же получил кулаком прямо в глаз – аж искры посыпались!
- Ах ты, зараза!!!
Горничная силы на слова тратить не стала, а вместо этого обрушила на нарушителя целый шквал атак! Хозяева явно не пожалели времени и средств на обучение девушки боевым искусствам – как ни старался Неспящий, несколько чувствительных ударов по ребрам ему все же досталось! Вдобавок выяснилось, что Мион каким-то образом успела подоткнуть юбку, из-за чего получила возможность использовать в драке еще и ноги. Первый же удар пришелся точно в ухо, из-за чего в черепушке у Шрама нехило загудело. Поняв, что щадить противницу и дальше – верный способ проиграть и с серьезной вероятностью стать неполноценным, Игнат послал лесом все приличия и заработал кулаками, но все его атаки либо сбивались с траектории ловкими боковыми ударами, либо попадали в блок. А затем Мион попросту увернулась, молниеносно взбежала по стене и, совершив какой-то невероятный пируэт, уселась Неспящему на плечи, сдавив его шею, словно тисками! У Данковского потемнело в глазах. Кое-как развернувшись, он резко дернулся назад, ударив противницу о стену, раз, другой,… но горничная лишь усилила хватку! Чувствуя, что еще немного – и он свалится, Шрам вдруг увидел висевшую около одного из кабинетов деревянную табличку, прикрепленную к длинному штырю.
Дальнейшее заняло какие-то секунды. Страж со всей своей прытью ринулся вперед. Раздался звонкий стук, затем треск! Табличка разлетелась надвое! Хватка на шее Неспящего резко ослабла, а через пару мгновений Мион весьма неизящно брякнулась на пол,… но сознания не потеряла! Она попыталась было вскочить на ноги, однако Данковский, вновь сшиб ее, и завернул руки горничной за спину!
- Ну,… кхе-кхе! …все… бхэ! …зараза! – прохрипел он. – Теперь… кхе… не вывернешься!
У Мион, похоже, было явно другое мнение на этот счет, потому что она принялась яростно извиваться, так что парню пришлось усилить хватку и даже сесть сверху. Немая борьба продолжалась еще около получаса, но потом главная горничная все же выдохлась, и теперь тишину коридора нарушало лишь ее громкое злобное сопение. Но самое удивительное – за всю схватку девушка не издала ни звука, хотя, по логике вещей, должна была бы орать как резаная, призывая подмогу. Это немного удивило Шрама, но затем он отмел эту мысль и переключился на более насущные проблемы.
Выходило так, что оставлять все, как есть, нельзя: стоит ослабить хватку, как Мион тут же вновь полезет в драку, а если даже удастся удрать, главная горничная все равно преотлично знает, где его найти. Оставалось одно – спрятать проблемную девицу где-нибудь в тихом месте, а с утра пораньше прийти с Кротом, чтобы тот стер ей воспоминания. Придя к такому выводу, Игнат сорвал с ближайшей шторы удерживающую ее веревку и крепко связал противнице руки, после чего вытащил из кармана ее фартука пульт. Кнопок на нем, конечно, было в избытке, но страж прикинул, что с этим он уж как-нибудь разберется.
- Уж извини, цыпа, но придется тебе посидеть в кладовке! – пробурчал он, следом за пультом извлекая из кармана связку небольших ключей. – Утром освобожу, даю слово!
Мион отреагировала на это заявление с подозрительным спокойствием. Когда же Неспящий поднялся на ноги и помог встать ей, девушка вдруг рванулась из его рук с необычайной силой, а в следующий миг резко присела и сделала подсечку! Шрам рухнул как подкошенный, от души приложившись спиной об пол!
- Ах, ты ж… – закончить мысль он не успел, ибо через секунду Мион резко уселась на него и, быстро наклонившись, запечатала рот стража неистовым поцелуем!
- Не… ожиданно… – только и смог вымолвить Данковский, когда главная горничная, наконец, оторвалась от него. – Чего это ты?
Мион шумно выдохнула.
- Ты… ты хоть знаешь,… каково мне?! – громко прошептала она. – Как это тяжело… быть горничной?!
- Хозяева что ли третируют? – предположил Шрам.
- О, нет,… моя хозяйка просто ангел! Но… – глаза Мион как-то странно блеснули. – У МЕНЯ СОВСЕМ НЕТ ЛИЧНОЙ ЖИЗНИ!!!! А я молодая… Я любить хочу! Замуж выйти! Детей родить! А у меня… ДАЖЕ ОТПУСКА НЕТ!!!
Короче, у главной горничной выбило все предохранители и ее «понесло по кочкам». Осознав сей факт, Шрам счел за лучшее не влезать с комментариями, а подождать, пока собеседница вывалит все, что накопилось на душе.
- Обязанности, обязанности, обязанности! – твердила та. – Да я скоро с ума сойду! Все время быть при молодой госпоже, следить едва ли не за каждым ее шагом,… а она, между прочим, скоро станет невестой! Нет, я, конечно, понимаю, что мадам очень любит свою дочь, но это уж слишком! А ведь мне еще нужно контролировать работу прислуги в пансионе…
- Но ты с этим неплохо справляешься – заметил Игнат.
- Да, справляюсь! Но ты знаешь, как меня достало играть роль помешанной на правилах зануды?! Я же ни на секунду не могу расслабиться и вести себя более раскованно,… меня же попросту не поймут! У меня нет ни подруг, ни единой родственной души, с которой можно было бы поговорить хоть о чем-то, кроме работы! А уж это чертово правило насчет возраста наемных работников… да я выть от него была готова! Когда же появились вы, у меня впервые родилась надежда на счастье! А ты… ты,… дебила кусок, почему-то увиваешься за кем угодно, но только не за мной! А я ведь, между прочим, тоже ДЕВУШКА!!!
«Копец! Клиника!» – подумал Данковский. – «Нужно срочное лечение!»
А вслух сказал:
- Слушай… Мион… ты бы хоть потише орала, что ли? Перебудишь же всех! – Главная горничная испуганно ойкнула и замолчала. – И это… можешь меня отпустить?
- А ты не убежишь? – подозрительно раздалось в ответ.
