— Шеф, по вашей просьбе отставной майор госбезопасности Муромцев прибыл.
— Ты что себе позволяешь, майор? — спокойно просил Данилов. — Здесь тебе не балаган. Порядок надо соблюдать. Откуда ты появился? Опять из Сумрака? Почему не через приемную?
— Так вы же приказали мне быть к двенадцати нуль-нуль. Так вот он я! Форма прибытия и транспорт нами не оговаривались. А то, что в это время вы сами изволили устроить совещание, я не виноват.
— Перестань балагурить, — поморщился генерал. — Как там Алена? Все еще терпит тебя?
— Терпит. Куда ж ей деваться? — ответил Муромцев. — Мужчины сейчас в дефиците. Тем более не пьющие. Итак, чем могу служить, товарищ генерал?
— Ладно, непьющий. У меня к тебе дело есть, Сережа. И дело серьезное. Нам с тобой надо поговорить, так сказать по душам.
— Сегодня все что-то хотят со мной поговорить, — задумчиво вставил Сергей. — И обязательно по душам.
— Значит, пользуешься популярностью, майор, — парировал шеф и продолжил. — Скажи мне, вот сейчас, здесь, в этом кабинете, буквально пару минут назад тебе ничего не показалось странным?
Задав вопрос, Данилов привычно откинулся в кресле и уставился на Муромцева. «Интересно, — подумал Сергей. — Что это, дед, имеет в виду?»
— Ну, ну, — подбодрил его генерал. — Соображай. Ты же маг. Причем, кажется, Высший маг. Говорят Иные считают тебя своего рода уникумом. Магом экстра-класса!
Сергей вздрогнул. Мысленно, конечно. Данилов никак не мог знать про мага экстра-класса. При нем он ни разу не произносил этого полуофициального титула. Контактов Василий Петрович с Иными тоже иметь не мог. После того, как несколько лет назад, встревоженный Муромцев доложил Соколову о намерениях ФСБ и об имеющейся у них аппаратуре все маги — оперативники Москвы и Нижнего Новгорода были подняты по тревоге. Через час было применено воздействие пятого уровня. Память у сотрудников занимающихся «Нижегородским меморандумом», «Фантомом» и ученых работающих над аппаратурой слежения, генераторами Силы и оружием была в этой части полностью стерта. Акцию провели также в отношении всех кто хоть что-то знал о существовании Иных. Изъяты, а впоследствии уничтожены все созданные образцы техники и вся документация. Плененная чекистами вампирша была освобождена. Патрули не оставили после себя никаких следов.
Только один человек не был затронут в этой операции. Сам Данилов. Муромцеву было жать старика, и он упросил Соколова разрешить ему вербовку Данилова. Сергей знал, что некоторое, очень ограниченное количество особо доверенных людей знает о существовании Иных. Эти люди помогают Иным ну и… имеют с этого некоторую выгоду. Каждый свою. Муромцеву удалось убедить Леона, что вербовка Данилова принесет гораздо больше пользы, чем стирание его памяти.
— Подумайте, — говорил он Соколову, — Целый генерал ФСБ будет нашим человеком!
— Ну, положим, Сергей, есть не только генералы, но и даже министры, — сказал тогда глава Ночного Патруля, — но мысль у тебя здравая. Признаю. К тому же неизвестно, как скажется на психике генерала вмешательство в его сознание. Все-таки он уже достаточно стар.
Получив разрешение Леона, Муромцев в тот же день, вечером пока еще шла операция Патрулей, явился в кабинет Данилова и все ему выложил. Пропустив мимо ушей, естественное возмущение генерала он дождался, когда негодование Данилова немного утихнет. Потом в мягкой форме склонил его к сотрудничеству с Ночным Патрулем. Генерал казался подавленным крушением всех своих надежд. Из победителя Данилов в одночасье превратился побежденного. Мало того. Он еще и был перевербован. Но все это было довольно давно. За прошедшие годы никто от генерала не требовал поступаться своей совестью или офицерской честью. Постепенно Василий Петрович успокоился. Периодически он просил Сергея к нему зайти по той или другой надобности. Иногда Муромцев сам просился к Данилову на прием, но все те крайне немногочисленные просьбы Иных обращенные к генералу носили, благодаря Сергею такой щадящий характер, что Василий Петрович выполнял их быстро и даже с некоторым удовольствием.
Все это вспомнилось Муромцеву, пока он пытался понять, что же все-таки имеет в виду «дед». Ясно было одно, что если генерал не ошибается и не берет его «на пушку», то Сергей, что-то упустил из виду. Что-то важное. А это было плохо. Очень плохо. Людей, даже таких, как Данилов, следовало держать под постоянным неусыпным контролем. Магическим или обыкновенным — не важно. Главное что бы этот контроль был постоянным. Муромцев взглянул на Василия Петровича. Сидящий напротив, старый седой генерал, хитро прищурившись, рассматривал Сергея со странным выражением лица. Знакомым Муромцеву еще со времен его вербовки покойным Фадеевым.
— И что ты придумал? — спросил шеф Сергея. — Ничего? Я так и думал! — произнес он торжествующе. — Опыт лучше, чем Сила. Не так ли Сергей?
— У меня очень мало времени, Василий Петрович, — теряя терпение, сказал Муромцев. — В любой момент может вызвать Соколов. Вы сами знаете обстановку на планете, иначе бы не позвонили… Так что давайте перейдем к ближе делу.
— Обстановка… Да бог с ней с обстановкой. Она всегда одинаковая. Всегда кто-то воюет, болеет, куда-нибудь вторгается… А уж ваши Патрули, так это вообще! Отдельная песня, майор.
Данилов помолчал и снова спросил:
— Надумал? Мне почему-то хочется, что бы ты сам сообразил, что к чему.
— Зачем? — не понял Муромцев.
— А тогда шок будет меньшим, — непонятно объяснил генерал. — Вспомни, ты объявился здесь. Все были поражены. Так?
— Ну, так, — неохотно согласился Сергей.
— Молодец! — одобрил Данилов. — А дальше что было?
— Дальше я попросил их э… удалиться.
— Кого? — настаивал Василий Петрович.
— Что значит кого? — спросил Муромцев. — Всех. Они и ушли.
— Следовательно, ты произвел на всех присутствующих магическое воздействие. Так, кажется, у вас говорят?
— Ну, так, — согласился Сергей. Он начинал что-то понимать, но никак не мог уловить что именно. — Магическое воздействия шестого-пятого уровня. Кстати откуда это у вас такая терминология?
— Ну и? — не унимался генерал.
— Что «и»? Произвел и все. Они и ушли. Все-е…
— Так, так, — кажется обрадовался Данилов. — Сдается мне, ты начинаешь понимать, где тут собака порылась.
— Вы… вы ведь тоже должны были уйти. Я ведь не… не выделил вас… машинально… Просто забыл. Здесь вы совершенно правы, у меня по сравнению со старыми Иными маловато опыта.
— Уже тепло, — подбодрил его Василий Петрович.
— Вы остались, — подытожил Муромцев. — Следовательно, на вас, на человека, моя магия никакого влияния не оказала. Теперь резонный вопрос. Почему?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
