новым подругам:
- В принципе, знание того, что у Ярослава не три слабых места, а пять, меняет не так уж и много. Ведь первый уже сделанный ход новой Большой Игры, целью которого является уничтожение доброго имени вашей команды, бьет «по площадям». Как это выглядит в реальности? Сразу в нескольких друзьях и товарищах наших сыновей внезапно проснулось жгучее стремление к справедливости. Они пришли к выводу, что будущий император обязан продемонстрировать благоволение к «героям Империи»! Причем не абы как, а устраивая в вашу честь приемы, балы, званые обеды, ужины и охоты. А вторым слоем, причем на редкость аккуратно и умело, разжигается интерес молодежи к «настоящим воительницам», с которыми обычным «разряженным курицам» никогда не сравниться. И не только в Мирославе, но и во всем его окружении.
- Говоря иными словами, вас вот-вот начнут друг от друга отрывать… - криво усмехнулась Татьяна Константиновна и по очереди оглядела девчонок. – К вам будут подкатывать расфранченные красавцы и красавицы, обещать золотые горы и небо в алмазах, использовать профессиональные навыки обольщения и специальную химию. А когда добьются своего, используют в качестве средства давления на Ярослава, сломают, заляпают грязью и выбросят за ненадобностью!
- Мы должны вам намного больше, чем жизнь. А еще любим своих сыновей и не хотим, чтобы они превращались в подлецов и негодяев. Увы, влиять на Мирослава и Леонида у нас давно не получается – они выросли, живут своим умом и нечасто прислушиваются к советам или просьбам родителей… - мрачно сказала Анна Николаевна и подвела итог всему вышесказанному: - Короче говоря, почаще оглядывайтесь по сторонам, не подпускайте к себе тех, в ком не уверены, и не ведитесь на умопомрачительные предложения – ближайшие несколько лет практически каждый такой «подкат» будет ловушкой!
Уложив в голове и основную нить повествования, и все неявные намеки, я поймал взгляд Императрицы и мягко улыбнулся:
- Нас, порубежников, считают замшелыми ретроградами. Ну и пусть. Зато мы ценим людей не по словам, а по способности совершить Поступок. Это предупреждение – тоже Поступок, причем по целому ряду причин. И пусть о том, что нас обязательно попробуют поймать в так называемые медовые ловушки, мы подумали еще на борту «Левиафана», факт остается фактом – в мире, который нас окружает, остались Личности, достойные глубочайшего уважения.
- Готовясь защищаться от этой и еще нескольких наиболее вероятных проблем, мы очень четко разделили окружающий мир на своих и всех остальных, а потом закрылись от последних незримым щитом из недоверия, настороженности и равнодушия… - продолжила мысль Забава, как обычно, «прочитав» ее по моим глазам и творчески доработав. – Несколько дней назад сквозь него прошла Ульяна, проявив исключительные человеческие качества и став еще одной «своей». Сегодня то же самое сделали вы. Мы счастливы. И обязательно ответим добром за добро.
- И последнее… - начал я параллельно с новыми подругами, попытавшимися заявить, что мы и так сделали для них предостаточно. А когда они замолчали, озвучил новость «не для всех»: - Планы по нашему охмурению уже неактуальны: через пару-тройку дней мы улетим на Рубеж. Думаю, что надолго…
…Последние полчаса перед вылетом из дому вся женская часть компании куда-то свалила, а я, переодевшись «на выход», вернулся к бассейну, завалился на лежак и ушел в планетарную Сеть. Что искал? Подарки. Друзьям, оставшимся на Рубеже, тем Логачевым, которых все еще считал родственниками, супругам Императора и своим девчонкам. И первых, и вторых больше всего интересовало современное оружие, поэтому первым делом заглянул на сайт ближайшего магазина концерна «Ижевскiй Оружейный Заводъ» и сделал заказ весьма приличный заказ. Естественно, сразу же оплатив и его, и доставку покупок. Куда везти своих дам, тоже определился без особых проблем. А на Романовой и Белкиной начал тормозить. Ведь все необходимое у них наверняка уже было, а преподносить какую-нибудь ерунду не лежала душа. Кроме того, полет фантазии «обрезал» и предельно узкий «коридор возможностей» в отношении замужних женщин и супруг «верховного сюзерена». В общем, поломав голову эдак минут десять, но так и не придумав ничего дельного, я написал сообщение Даше и попросил скинуть информацию об увлечениях наших «старших подруг».
Выдержки из личного архива Федосеевой прилетели через несколько минут, но ознакомиться с ними я не успел – одновременно с получением пакета с файлами Забава сообщила в общий канал команды, что Анна Николаевна и Татьяна Константиновна уже выдвинулись в сторону ангара. Я тут же закрыл окно почтовой программы и рванул к ближайшей лестнице.
К «Хищнику» успел первым. Влез в свое кресло, прогнал стандартные предполетные тесты, поднял обе двери и, чуточку подумав, трансформировал кресла салона в два сплошных дивана. В этот момент в ангар ворвалась развеселая компания, пробежалась от дверей лифта до флаера и ворвалась внутрь. Шереметевы и Телепнева сходу попадали задний диван, Романова, Беклемишева и Федосеева – на «средний», а Белкина перебралась вперед, плюхнулась в соседнее кресло, накрыла ладонями передние полусферы подлокотников и мечтательно прикрыла глаза.
- Летаете? – спросил я, опуская двери.
- Летала. Еще до замужества… - вздохнула она. – А сейчас не разрешают.
Я представил себя на ее месте и предложил:
- Залейте в систему айдишку. Если хватит допусков, то дам порулить. По территории района и в рекомендованном скоростном режиме.
Татьяна Константиновна ошалело посмотрела на меня, сообразила, что я не шучу, по-девичьи взвизгнула, сжала кулачки, закрыла глаза и застыла. А когда защитные крышки полусфер системы управления движением «лопнули» пополам и призывно замигали, вдруг не на шутку испугалась:
- Ярослав, я не летала двадцать с лишним лет!
Я пожал плечами, пообещал, что буду в системе вторым темпом, сдвинул «Жуть» на транспортную плиту, попросил «пассажиров» активировать индивидуальные системы безопасности и быстренько изменил настройки гравикомпенсаторов так, чтобы чувствовался любой маневр тяжелой, но чертовски мощной машины. Пока возился с настройками, флаер подняло на крышу. Тут я на несколько мгновений отключился от реальности, ставя особняк под охрану, а затем коротко кивнул «исполняющей обязанности пилота», разрешая начать движение. Белкина чуточку поколебалась, затем закусила губу и решительно бросила «Жуть» в воздух.
Моя помощь не понадобилась: в разгонный коридор Белкина влетела, как по ниточке, очень быстро разобралась с трехмерной схемой воздушных трасс Зеленого Холма, заложила плавный вираж и, потихоньку ускоряясь, понеслась к внешнему кольцу, проходящему вдоль периметра района. Первые километра полтора тестировала возможности машины. Когда более-менее почувствовала ее характер, поиграла с тягой движков, с приличным ускорением вписалась в очередной поворот и минут шесть-семь
