– Для чего Манкрифу понадобилась Анжела?
Джэйс помялся. Было видно, что разговор на эту тему ему неприятен.
– Собственно говоря, ему нужна не Анжела, – ответил Джэйс. – Ему нужна просто девочка.
– Двенадцатилетняя девочка? – взвился Дэн.
Джэйс кивнул.
– Для чего?
– Да так, для одной программы.
Дэн прекрасно догадывался, какая именно программа требовалась Кайлу, но все-таки спросил:
– Что это за программа?
Джэйс скорчил виноватую физиономию.
– Сам что ли не понимаешь какая! – выпалил он.
– Опять секс-машина? Только с ребенком? Так?
– Ну так, – процедил Джэйс.
Дэн с ненавистью смотрел на Джэйса. «Значит, абсолютно права была Сьюзен, когда говорила, что эта гнида помогает Манкрифу совращать нашу дочь», – подумал он. Его начало трясти и от злости, и от гадливого вида Джэйса, пытающегося изобразить смущение.
– Это было частью нашей сделки, – продолжал Джэйс. – Кайл нанял меня и пообещал давать мне все, что нужно, пока я буду работать над этой программой. А ты что, совсем дурак?! – внезапно крикнул Джэйс. – Сам не мог догадаться? Ну для чего еще ему нужно вбухивать столько денег в какую-то долбаную школу?
Дэн был ошарашен. Разгадка любви Манкрифа к детям была так близка, ее знал даже ублюдок Джэйс, а он ни о чем и не догадывался. «И если бы не Сьюзен…» – с горечью подумал он.
– А когда я ему рассказал про тебя и про Энжи, он просто впился в меня.
– Ну ты и сволочь, – проговорил металлическим голосом Дэн. – Я считал тебя своим другом, а ты все это время развращал мою дочь. Ах ты, гадина…
Дэн вскочил и, сжав кулаки, двинулся на Джэйса. В висках у него стучал молот, сердце готово было выпрыгнуть из груди, глаза горели так, что Джэйс шарахнулся в сторону.
– Сейчас ты у меня за все ответишь! – Дэн продолжал надвигаться на трясущегося Джэйса. Тот от страха не смог даже найти край шторы и отдернуть ее, чтобы выскочить наружу.
– Эй, Дэн, постой, не надо… Я же не… – лепетал насмерть перепуганный Джэйс.
– Ну, Джэйс, сейчас я тебе покажу реальный мир! Да я тебе всю рожу раскрою. – Дэн бросился на Джэйса, но тому удалось все-таки нащупать край шторы и выскочить как раз в тот момент, когда к Дэну направлялся врач, обрюзгший, лысеющий мужчина средних лет в белом халате и со стетоскопом на шее.
– Вы что тут делаете? – спросил у Джэйса врач.
Дэну показалось странным, что при всей строгости в голосе на лице врача была самая дружелюбная улыбка.
– Я? Я ухожу, – бросил Джэйс и скрылся за шторой.
Врач с удивлением посмотрел на Дэна. Вид у того был поистине страшен – горящие глаза, до боли сжатые губы и крепкие кулаки, поднятые на уровень груди.
– Похоже, вам ввели слишком много адреналина. Мне кажется, вы собирались кого-то убить, – все с той же застывшей, неменяющейся улыбкой констатировал состояние Дэна врач. – Я не ошибся? – спросил он.
– Нет, не ошиблись, – сухо ответил Дэн.
Врач покивал головой, посмотрел на Дэна и, продолжая улыбаться, произнес:
– Ну а раз так, значит, вы вполне здоровы и вас можно отправлять домой. А вы сами как думаете? – Врач заглянул в глаза Дэну.
– Точно так же, – ответил Дэн, бросился к креслу, на котором валялась его одежда, и начал торопливо одеваться.
Дэн уже застегивал рубашку, когда из-за перегородки показалась та же медсестра с портативным телефоном в руках.
– Вам звонит жена, – сказала медсестра и передала Дэну трубку.
– Сью, это ты? – заговорил он. – Пожалуйста, не волнуйся, у меня все прошло. Я в полном поряд…
– Дэн! – заорала Сьюзен таким голосом, что внутри Дэна все похолодело. – Энжи не вернулась домой! Манкриф куда-то увез ее прямо из школы.
43
– Откуда ты звонишь? – кричал Дэн в трубку.
– Из «субару», – ответила Сьюзен. – Я еду в полицию. Все, Дэн, больше разговаривать не могу. Если Анжела позвонит домой, то компьютер тут же переключит ее на меня.
– Сьюзен! – кричал Дэн. – Ради Бога, веди машину осторожно!
– Дэн, как ты чувствуешь себя? Что с тобой случилось?
– Ничего особенного, – соврал Дэн. – Обычный приступ астмы. Сейчас я в больнице, но, как только выйду отсюда, сразу же поеду в полицию.
– Хорошо, – ответила Сьюзен. – Там и увидимся.
Дэн услышал щелчок, это Сьюзен выключила телефон.
– Без справки об оказании медицинской помощи вас отсюда никто не выпустит, – сообщила медсестра.
– В таком случае позовите сюда врача, и побыстрее, – взволнованно ответил Дэн, надевая туфли. – У меня пропала дочь, и я не собираюсь торчать здесь. Я иду в полицию.
Сестра развернулась и нырнула за штору. Дэн не стал дожидаться ее возвращения. Он вылетел вслед за медсестрой и помчался через приемную, наполненную горсткой старушек со страдальческими лицами и матерями с поцарапанными детьми. Уже подходя к двери, Дэн услышал истошный крик медсестры, но останавливаться не стал. Не сбавляя скорости, Дэн выскочил в полуоткрытую дверь на залитую палящими лучами солнца улицу, прямо к стоянке автомобилей. И только тут он сообразил, что его машина осталась у здания «Парареальности». «Они привезли меня сюда или на «скорой помощи», или на чьей-нибудь машине», – подумал он.
Дэн стоял у лестницы, ведущей к дверям больницы, и лихорадочно размышлял. «Если я вернусь в больницу, чтобы позвонить в лабораторию, медсестра меня обязательно сцапает и продержит не меньше часа». Словно затравленный зверь, Дэн дико озирался, ожидая такси или сердобольного частника. В течение нескольких минут никто не останавливался, и Дэн начал подумывать о том, не угнать ли ему со стоянки чью-нибудь машину. Вдруг недалеко от него остановился видавший виды зеленый седан, и послышался чей-то голос:
– Подвезти?
Дэн увидел за рулем машины того самого доктора, который подходил к нему и разрешил одеваться. Только теперь он был уже не в халате, а в помятой легкой спортивной куртке, какие носят сейчас все – начиная от чемпионов мира по боксу и кончая бродягами. На лице врача сияла все та же добродушная улыбка.
– Мне нужно немедленно добраться до полицейского участка, – проговорил Дэн.
Продолжая дружелюбно улыбаться, врач удивленно согнул брови и, уверенно кивнув, предложил Дэну садиться. Он сел справа от врача. Люк Петерсон, а это, конечно, был он, легонько нажал на газ, и «форд» плавно отъехал от входа в больницу в то самое время, когда из него в сопровождении какого-то человека в белом халате выскочила медсестра.
Полицейский участок Пайн-Лейк-Гарденс занимал половину прохладного и уютного здания районной администрации, выстроенного, как и все остальные дома, в стиле «модерн». Начальником участка был сержант Уоллес, широкоплечий, подтянутый мужчина с бобриком седых волос, почерневшим от загара морщинистым лицом и глазами грустными и печальными, как у волкодава. Сцепив пальцы на начавшем полнеть брюшке и откинувшись на спинку стула, он сидел за столом, как за барьером, отгораживающим его от разъяренной женщины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
