спешил, внимательно следя за поведением нуэ. Оно же, учуяв запах очередного чужака, с шумом втянуло ноздрями воздух, повернуло в его сторону плоскую морду и прищурилось, так как Кенджи подступал к чудовище таким образом, чтобы солнце било прямо в глаза твари, ослепляя ее.
Когда между ними осталось локтей пятнадцать, не более, Кенджи остановился. Он уже успел подметить, на каком расстоянии волшебник ослабляет свою ментальную хватку, позволяя нуэ полностью отдаться своей природе. Отсюда Кенджи легко мог разглядеть каждую складку на роже демона, пыль на ворсинках его гривы, темный песок, на который из раскрытой пасти капала слюна чудовища.
Кенджи замер — не двигалось и нуэ; наверное, они напоминали две статуи, пытающихся расколоть друг друга взглядом. Наконец, нуэ тихо рыкнул, точно кидая Кенджи вызов — и он принял его в тот же миг под радостный гул толпы. Вот только поднырнув под тяжелым хвостом, он ринулся не к ящику с искомыми флажками, а напротив — совершенно в другую сторону.
Нуэ, явно не ожидавший подобного, слегка замешкалось. Зеваки же оживились как никогда. Распаляемые собственными воплями и пойлом, они, видимо, подумали, что Кенджи просто струсил и решил покинуть ристалище ни с чем; думается, никогда после он не получит на свою голову такого количества гневных воплей, оскорблений и проклятий.
Но Кенджи, мысли которого занимали совсем не сердитые выкрики, и не думал бежать. Повесив прямо перед собой завесу из тьмы, он нырнул в нее и принялся ждать, пока нуэ подберется поближе. Оно же ворвалось за ним ревущим комом ярости и, завидев во тьме какое-то движение, набросилось на него с явным намерением разорвать наглеца на куски.
В самый последний миг Кенджи упал на землю — нуэ же влетело прямо в ограду. Один из столбов чуть накренился, но выдержал. Ошеломленное чудовище не сразу поднялось на лапы, ожесточенно мотая башкой и издавая тихий удивленный рык. Кенджи же, не мешкая, со всей возможной скоростью побежал к искомому ящику.
Когда нуэ окончательно пришло в себя, Кенджи уже покинул арену и куда большей наградой ему стали не возгласы с трибун — особо впечатленные зрители чуть ли не клялись назвать будущих сыновей в его честь — а скупая похвала Рю.
— Что ж, — произнес он, подергивая себя за бороду. — Конечно, ты, как и все прочие участники этого балагана, совершенно бездарно тратишь собственное мастерство на потеху всем этим болванам, но хотя бы пытаешься делать это красиво.
— Вот старикан все брюзжит, а когда за тобой зверюга гналась, он себе цельный клок волос чуть от волнения не выдрал, — шепнул Макото на ухо Кенджи. — Я уж думал еще немного — и он сам туда полезет. Ох и не позавидовал бы я тогда твари — этот зануда ее б до смерти заболтал…
— Если что — со слухом у меня все в порядке, — проворчал Рю, у которого слегка покраснела шея.
Кенджи оставил их спор за спиной и направился к тихо переговаривающимся судьям.
— Поздравляю. Прекрасное выступление, — произнес Чикара, принимая из рук Кенджи флажок; после же главный советник повернул голову к Ичиро, что стоял от него по правую руку и сказал: — Боец вашего Дома пускай и не столь опытен, но пока что показывает отличные результаты. Не даром многие пророчат ему победу в Турнире.
— Гордыня что камень на шею — легко взять, но трудно не сломиться под тяжестью, — заметил тот, однако все же холодно улыбнулся и наградил Кенджи коротким кивком; и если верить словам Макото, даже такая скромная похвала от его старшего брата была на вес золота.
— А еще говорят, что излишняя ворчливость — признак скорой старости, — хмыкнула Кин. — Ичиро, на мой взгляд ты излишне стараешься походить на своего отца — возможно ты уже и не помнишь, но в твои годы он еще не был таким занудой.
— Я просто пытаюсь быть непредвзятым, тету… госпожа Кумо, — слегка смущенно ответил тот и откашлялся в кулак. — Многие и без того считают, что мы подыгрываем бойцам наших Домов — так зачем же давать злым языкам лишний повод для сплетен?
— Люди здравые о таких глупостях и не задумываются, пустобрехов же ты не убедишь даже поклявшись могилами собственных предков, — отмахнулась Кин. — Поэтому не стоит тратить на них… Господин Хицу, кажется, у нас возникли кое-какие непредвиденные проблемы.
Кенджи оглянулся. От очередного участника удача не то, что отвернулась — закрыла глаза и ушла куда подальше. Молодой мужчина, кажется, из Дома Тигра, лежал на песке, стискивая зубы от боли. Из правой ноги его торчал обломок кости, песок вокруг вымок от крови, а на груди его зияла глубокая царапина. Сейчас нуэ сдерживали только несколько земляных элементалей, не дающих чудовищу приблизиться к хозяину, но тот, казалось, вот-вот потеряет сознание — и тогда тварь расправится с ним в считаные мгновения.
К чести Чикара, он не стал рисковать жизнью бойца, дабы потешить его самолюбие и потешить толпу. Несколько быстрых приказов — слуги открыли ворота и на ристалище высыпали стражники, вооруженные сетями, трещотками, мушкетами и кама-яри — длинными копьями, которые, помимо острия, имели также лезвия по бокам от него. Воины выученно выстроились полукругом и принялись медленно подбираться к стонавшему бойцу. Нуэ же лишь бешено размахивало хвостом, с каждым ударом по земле поднимая клубы пыли.
Но вот оно вдруг резко сорвалось с места, легко уклонилась от оставшихся элементалей и ринулось прямо на стражу. Те подняли перед собой копья, грянули трещотки, которые должны были сбить зверя с толку, раздались выстрелы — но если пули и настигли цель, то не нанесли ей совершенно никакого урона. Нуэ, оттолкнувшись от земли мощными лапами, взмыло в воздух под испуганные крики толпы — и, грузно приземлившись, в тот же миг помчалось в сторону раскрытых настежь ворот.
Слуги попытались было захлопнуть их прямо перед мордой твари — но куда там; через мгновение они бросились врассыпную, чтобы не угодить в лапы зверя. При виде вырвавшегося на волю чудовища на трибунах началась настоящая паника. Нуэ же, ни на мгновение не задумавшись, огромными скачками понеслось прямо в сторону Чикара.
Кенджи и сам не успел понять, как и когда он успел вызвать теневого фантома. Казалось бы еще миг — и императору пришлось бы искать себе нового главного советника, так как то, что осталось от Хицу, с легкостью бы поместилось в ладони. Но двойник Кенджи, сотканный им из Тьмы, буквально на одно мгновение, но все же успел опередить нуэ, уже метящего в
