В перспективе возможен переход на новый, более совершенный двигатель АЛ. Произошел резкий (если не сказать революционный) скачок и в уровне «интеллекта» самолета.
Генералы бывают разные. Тимур Апакидзе
Тимур Автандилович Апакидзе родился в 1954 году. Детство и юность провел в Ленинграде, там он окончил Нахимовское училище на крейсере «Аврора». Военным летчиком стал в Ейском авиационном училище.
Службу в военно-морской авиации начал в городе Остров Псковской области, где четверть века спустя поднялся в воздух в последний раз. В Ленинграде в середине 80-х годов окончил Военно-морскую академию. Потом служил в Крыму, командуя полком палубной авиации Черноморского флота.
После распада Советского Союза в 1991 году служил на Северном флоте командиром полка, а потом авиационной дивизии. В конце 90-х годов после окончания Академии Генерального штаба стал замкомандующего морской авиации.
Это некоторые вехи из непростой биографии Тимура Апакидзе…
17 июля 2001 года печальный день в истории авиации, да и всей России.
Легендарный морской летчик Герой России генерал Тимур Апакидзе и автор книги Лидия Кузьмина на МАКСе-99.
В этот день, выполняя показательный полет в честь 85-летия Российской морской авиации близ Пскова, погиб один из великих современных летчиков, Герой России, заместитель командующего военно-морской авиации генерал-майор Тимур Автандилович Апакидзе.
Какая несправедливость: предатели, разрушители великой страны, грабители народа живут и процветают, а лучшие люди, самые преданные ей сыны, уходят. Нет теперь очень скромного, удивительно простого в общении, светлого, чистого душой и помыслами человека. Но есть память о нем тех, кто с ним работал, летал, просто общался.
Самолеты Су и двигатели АЛ – величайшие создания авиаспециалистов. Так считают люди, чья профессия связана с небом. Так думал Тимур Апакидзе. «Летаю на Су-27 несколько лет и до сих пор не могу опомниться от того счастья, что мне его доверили. Это один из лучших истребителей. Он прекрасен, а общепринято считать среди авиаторов, что красивый самолет красиво летает».
Высочайший профессионализм и высочайший авторитет, завоевать который дано далеко не каждому, Тимуру Апакидзе это удалось с лихвой.
В глазах начальства он был слишком самостоятелен, самолюбив и талантлив. Но он был летчик от бога. Начальство, не представляя его к государственным наградам, не могло не представлять к очередным званиям и должностям. И поэтому как лучший летчик части Тимур был назначен командиром первого авиаполка первого авианосца «Адмирал Кузнецов». Для подчиненных офицеров он установил такое правило: кто курит, «злоупотребляет», не занимается спортом, тот в полку у Апакидзе не служит.
С точки зрения воинского устава это похвальное правило, но оно вызвало сильнейшее беспокойство у вышестоящего начальства. Ознакомившись со стилем руководства подполковника Апакидзе, один из руководителей Министерства обороны выразился так: «Он довел свой полк до такого состояния, что тот готов выполнить любой его приказ». Это явилось основанием для отстранения Тимура от командования. Для спасения своего товарища и командира сослуживцы сделали максимум того, что можно было сделать в те времена: в 1990 году они избрали его делегатом XXVIII съезда КПСС… На съезде Тимур был включен в комиссию по межнациональным отношениям.
Это и понятно: отец – грузин, мать – русская. Вскоре после съезда Апакидзе восстановили в должности командира полка.
…После развала СССР наши политики, делившие Черноморский флот, забыли о советской палубной авиации и Саках, где она базировалась.
«Авиаполк со всей техникой и личным составом, – говорил командующий в те годы морской авиацией генерал-полковник Владимир Григорьевич Дейнека, – переходил в собственность Украины. Нашим летчикам предложили принять украинскую присягу, а в случае отказа они будут освобождены от должностей и квартир. К Апакидзе прибыли эмиссары самостийной Украины. Обещали золотые горы. Тимур ответил им: «Я присягал уже. Больше не могу. То же он сказал президенту Грузии Шеварднадзе, когда тот предложил ему быть главкомом ВВС или министром обороны Грузии».
Непререкаемый командирский авторитет Апакидзе сослужил свою службу. 17 корабельных летчиков, 85 инженеров и техников отказались принимать украинскую присягу. Полк добровольно выполнил приказ своего командира и отбыл с ним из Крыма в Североморск. Из субтропического теплого климата, из обжитых квартир и от обилия фруктов – на Север, где не было тогда для них приличного жилья. Не могли мы им дать и соответствующие должности, но все согласились на понижение. Потом у них будет все – и очередные звания, и жилье, и академия. А тогда их встретила полярная ночь, вместо улиц снежные коридоры. Они выдержали все трудности. Через несколько месяцев научились садиться и взлетать с корабля. И вместе со своим командиром сохранили отечественную палубную авиацию, сохранили авианосец «Адмирал Кузнецов», который «умные» головы хотели продать так же, как сделали с авианесущим кораблем «Горшков».
Мы много наслышались за последние годы былей и небылиц о генеральских дачах, охотах, денщиках, «Мерседесах». У генерала Апакидзе не было ни дачи, ни сбережений, ни квартиры. Обитал он с женой-учительницей, дочерью-студенткой, сыном-школьником в общежитии Академии Генштаба. Будучи слушателем этой академии, чтобы прокормить семью, легендарный летчик, генерал, Герой России подрабатывал ночным сторожем в детском саду.
Став заместителем командующего морской авиации, он не приобрел личной машины, и прав на вождение тоже не было. Домой он ездил на метро, генерал покидал штаб морской авиации в двенадцатом часу, когда водитель служебной машины уже давно был дома. Москвичи с недоумением смотрели на генерала, ехавшего с ними в вагоне метро, а он открывал книгу и читал. Генералы бывают разные…
Сотрудничество Тимура Автандиловича Апакидзе с Комсомольским авиационным производственным объединением началось в начале 90-х годов, когда КнААПО приступило к серийному выпуску корабельных Су-27К. Он много раз бывал на предприятии. Забирал технику, решал многие другие вопросы. Очень переживал, когда в середине девяностых, в годы кризиса, завод терял свои производственные мощности и кадры.
«Очень больно, – говорил он, – потому что уверен, Комсомольский завод – самый сильный самолетостроительный завод страны, ее гордость». А в последний свой приезд весной 2001 года радовался тому, что КнААПО сумел сохранить и приумножить технический потенциал.
Каждый раз, отмечают заводские летчики-испытатели, Апакидзе приезжал на предприятие, пытался дотошно разобраться во всех существующих проблемах. Он много работал на испытаниях, хотя официально летчиком-испытателем не значился…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
