До десантных вертолётов было достаточно далеко для прицельного огня, и сержант, держась за ручки пулемёта, выжидал, не рассекречивая своей позиции. Тем более что где-то рядом кругами в их районе, назойливо стрекотал ударный геликоптер, лишь однажды показав свой пятнистый узкий бок.
Савомото красноречиво посмотрел на Пашку.
— Да, да, — подтвердил предположение сержанта Пашка, — начнёте стрелять — этот «Апач» ваша первая угроза и моя работа, только бронированный весь…, такого свалить и из РПГ сложно будет. Это только….
Он чуть не выдал, что только в кино, удачно попадают по заднему винтовому редуктору. Точнее хотел сказать — все эти сложности с подбором в уме нужных слов при переводе с русского на японский, уже не раз его останавливали от того чтобы не ляпнуть чего-нибудь лишнего.
Где-то уже вовсю шёл бой, доносились звуки разнокалиберной стрельбы и взрывов. Пару раз загрохотало так… основательно, продолжительно и с разной интенсивностью.
«Подорвали многоэтажки на главных направлениях, — догадался Пашка, — создали завалы на дорогах, а если всё по уму, то и технику привалили».
Вполне пришедший в себя капрал, сильно нервничал, порываясь к пулемёту, но за ним терпеливо сидел Савомото, поэтому капрал — то сучил запасными кассетами с патронами, то теребил пальцами по ствольной коробке американского карабина.
Вскоре в конце улицы из-за домов, скрывающих площадь, появилась группа (человек десять) американских пехотинцев.
До них ещё было далеко (километра полтора) — добредут до эффективной дальности для пулемёта (1000 м), можно открывать огонь.
Савомото сконцентрировался, сосредоточенно вглядываясь сквозь застилающий видимость дым.
— Бей наверняка и не рискуй, — ещё раз настоял Павел, собираясь наверх. Он уже закинул на плечё подсумок с выстрелом к гранатомёту, когда вдруг подумал о некоторой странности. Постояв несколько секунд, он окрикнул изготовившегося к стрельбе Савомото, — погоди!
Уже привычно стал высматривать в оптику винтовки противника — американские солдаты, перемещаясь от укрытия у к укрытию, не оставаясь на одном месте, тем не менее почти не продвинулись вперёд.
— Не стреляй! — Ещё раз предупредил он сержанта, — это разведка — вызывают огонь на себя, выявляют огневые точки.
«Ага! Вот кого они ждали»!
Две двухвинтовые машины зависли над площадью в районе торговых рядов, пропадая за крышами домов, вскоре они видели одни вращающиеся винты — всё-таки сектор у них был не самый удачный. Зато нарисовался ударный вертолёт, как ищейка потерявшая след, он завис в воздухе, водя носом, невольно заставляя обращать внимание на жало пушки и утыканные оружием пилоны.
«Снаружи в глубине комнаты нас не видно — проверял, и хлам этот так живенько разгорелся, даже эти сволочные журнальчики из пожаростойкой бумаги, так что этот сука в свой „флир“ (надо же вспомнилось) тоже нихрена не разглядит».
«Апач» грациозно скользил в разных плоскостях, надрывая ушные перепонки, проходил порой совсем близко нарываясь на выстрел, однажды даже почти присев на площадку перед домом и Пашкина фантазия дорисовывала ему глаза на хищной морде — казалось винтокрылая стрекоза-охотник заглядывала прямо в окна дома. РПГ жёг руки, в голове лихорадочно просчитывался шанс свалить нахала. Шипел на нервного капрала Савомото. Однако и экипаж машины огонь не открывал, это походило на изматывание — кто первый.
«Что ребята, хреново воевать на своей территории? Где-нибудь в Ираке уже давно бы расхерачили эту халупу. Что собственно уже и пытались. Уж больно удобно для засады она тут торчит. Что видит командир экипажа? — Успокаивал себя Пашка, — дом обстрелян и явно недавно, потому как активно горит. В остальном тишь да блаж. Значит либо там никого, либо всем уже кирдык»!
«Апач» висел всего несколько секунд, потом с воем и свистом неожиданно воспарил, и ушёл по кругу. Навалилась тишина и сразу стало понятно — что именно двухвинтовые транспотники выгрузили там за домами. Сначала стало слышно — урчание двигателей, а потом и видно — колёсные машины пехоты. Собственно выползли только две БМП, да и те повернули во фронт, где начинал разгораться бой, и вскоре исчезли за домами.
«Всё-таки эти японцы, несмотря на некую продвинутость, мыслят ещё категориями прошлого. Выставлял лейтенант истребительные заслоны, заваливал проходы, минировал дороги, а амеры просто высадили моторизированный десант в тылу».
Пашка оторвался от оптического прицела:
— Можно сворачиваться!
«В нашу сторону даже не пошли! А зачем тогда эти все кульбиты вертолёта»?
Буквально через минуту стало понятно «зачем».
Для начала «Апач» чем-то влепил по крыше, затем прошёлся пулемётной дробью по фасаду, однако до первых этажей не дотянулся, и резко ушёл сторону. Сверху навалилась туша транспортника.
Американцы даже не стали высаживать пехоту для прикрытия, удовлетворились зачисткой вертолёта, действовали быстро, слаженно как на учениях. Не успел вертолёт приземлиться, пилот уже открыл заднюю аппарель, пехотинцы заранее отсоединили машину от внутренних креплений, механик водитель уже крутил стартером двигатель. Едва транспортник коснуться колёсами поверхности, на асфальт съехал «Хаммер», высыпались фигурки солдат.
Самое хреновое, что всё это происходило фактически вне сектора обстрела, то есть видно было только край аппарели и приземистый «Хаммер». Броневик живо откатил в сторону дороги прикрывать высадку (на крыше за щитками копошился стрелок, водя толстым обрубком шестиствольного пулемёта, а транспортный вертолёт тут же отвалил, уступая место другому гружённому толстобрюху.
Поминая бесов, сержант и капрал двинули пулемёт ближе к окну. Пашка их уже не слышал, он бежал наверх. Почти сразу за спиной, словно дятел, задолбил пулемёт.
Стрельба позади подгоняла, словно пинками под зад, а тащить на себе винтовку, подсумки и гранатомёт оказалось вдруг очень неудобно. Длинная «палка» РПГ пару раз чиркнула о стену, и ему пришлось сбавить шаг. Пулемёт внизу захлебнулся, это заставило Пашку, плюнув на верхние этажи вильнуть к ближайшей двери, ударом ноги сходу выбить её и — к окну.
Пулемёт снова затакател (парни меняли кассету с патронами), в первую очередь Пашка шарил глазами в небе в поиске ударного вертолёта, но невольно уставился на картину прямо перед собой.
Пули загнали пехотинцев за «Хаммер», кто-то не добежал, а Савомото сходу переключился на вертолёт, пройдясь по лакомо подставленному борту, затем полосанул по двигателю и заднему винту.
Как уже говорилось, Боинг Вертол CH-46 «Си Найт» были исключительно надёжной машиной. Но вертолёт, в который впивались пули посылаемые сержантом, был уже весьма старым. В компоненте несущих винтов этой машины намечались мелкие трещины. Возможно, вскоре они бы проявили себя и сами, но пули попали в редуктор, повредив сложный механизм, вибрация передалась на лопасти, а далее с треском произошёл отрыв пилона заднего несущего винта. Вертолёт качнуло назад, корма резко опустилась. Готовый к высадке «Хаммер» свалился вниз с переворотом, вмяв пулемётную турель, крышу, калеча экипаж, лопнул топливный бак, потекла маслянистая вонючая жидкость, вслед за бронемашиной посыпались не удержавшиеся фигурки пехотинцев, тяжело сел на задницу вертолёт, заваливаясь на бок, медленно занялась солярка, выбрасывая чёрные клубы дыма.
Всё это, как перцем острое блюдо, посыпал свинцом из пулемёта сержант.
Грохот от пошедшего в раздрай вертолёта стоял жуткий, с ещё свистящими турбинами, с треском разлетающихся лопастей, скрипом сминаемого фюзеляжа. Мозг где-то на границе восприятия улавливает ещё и беспорядочную пальбу, крики людей, короткий перерыв и возобновление чавканья японского пулемёта, на удивление отсутствие опасного свиста «Апача».
«Ну, эта тварь если и улетела куда, то ненадолго»! — Пашка помня прелести стрельбы из РПГ, засовывал себе в уши заранее подготовленные комочки ваты.
Добавилось противное завывание привода «Минигана», погнавшим сплошной ручей из шести стволов — на «Хаммере» у дороги, наконец, сообразили, откуда примерно ведётся огонь.
Савомото видимо тоже уже ничего не видел сквозь дым и садил просто по площадям.
«Ну, давай же дурень, говорил — не увлекаться»! — Почему-то Пашка подумал только о Савомото. Образ капрала совсем затерялся, возможно потому что всё ещё сказывалось его неверие в эту реальность (словно спектакль смотришь какой-то) и капрал просто второстепенный герой.
Огибая мешающую чадящую технику, «Хаммер» ползёт осторожно. Сверху в дыму широкая машина напоминала пятнистую черепаху. Торчащий на стрёме в небо гранатомёт, качнулся вниз — в прицеле скукожившийся в пулемётном гнезде пехотинец.
Взвёл, предохранитель, спусковой крючок. Бухнуло! Затычки в ушах одно название — в голове гудит. «Хрен с ним — главное, что там „Хамви“…, ага! Ах, я мазила — в движок попал! Но всё одно — отъездился, полезли тараканы! РПГ в сторону»!
