в ладонь.
Тело Зависти дернулось, а веки затрепетали. Выбрав еще один нож, Атран пригвоздила к столу другую ее руку, а затем подняла с пола Злобу и бросила ту на другой край стола. Еще два ножа пришпилили к столу руки второй сестры.
Какая-то часть Атран, прятавшаяся в дальнем уголке ее разума, словно бы смотрела на происходящее со стороны и понимала, что у нее внутри что-то надломилось. Безумие выплеснулось наружу, заполнив комнату, и продолжало кипеть. Широко раскрытые от страха глаза с ужасом и недоверием взирали на происходящее из этого темного угла, даже когда Атран шла к вешалке, чтобы снять с нее плащ и набросить его на израненные плечи.
Она знала, что девочек надолго не удержать. Какое бы колдовство их ни наполняло, оно было слишком могущественным, слишком жаждущим свободы. Нужно спасти как можно больше обитателей дома. Вывести всех наружу, а потом сжечь этот дом дотла.
Шатаясь и спотыкаясь, женщина двинулась к двери.
И тут в дверь вошла Подлость, держа над головой кусок каменной кладки. Она швырнула его, будто кирпич, и массивный камень врезался в грудь Атран, ломая ребра. Она упала навзничь, с громким треском ударившись затылком об пол. Ее ослепил яркий свет. Женщина не могла дышать, все внутри заполнилось жаром, и она поняла, что уже мертва, а легкие ее утопают в крови. Свет внезапно померк, и она еще успела увидеть Подлость, с распухшим посиневшим горлом и запекшейся кровью в уголках рта. Девочка подобрала громадный камень и снова занесла его над Атран.
Взгляд, который медичка заметила за мгновение до того, как камень опустился на ее лицо, был пустым и безжизненным: она прежде встречала подобные тысячу раз.
«Быть не мо…»
Череп Атран расплющился, во все стороны разбрызгалась кровавая каша. Подлость уставилась на дело рук своих. На хирургическом столе судорожно дергались ее сестры, пытаясь освободиться от удерживавших их ножей.
Подлость повернулась к ним.
– Я здорово на вас разозлилась, – сказала она. – Вы забрали с собой фонарь и бросили меня совсем одну в темноте!
– Впредь мы ни за что не станем так делать, – прошипела Зависть. – Обещаем, больше никогда!
– А теперь будь хорошей девочкой и помоги нам! – взмолилась Злоба.
Вент, тяжело ступая, вошел в столовую. Раньше его пришел только Сетил, мрачно сидевший за столом, который еще не накрыли. Старший конюх нахмурился:
– Во имя Бездны, колокол уже давно прозвонил. Но я даже запаха с кухни не чувствую – где слуги? Куда все подевались? – (Сетил моргнул и пожал плечами.) – Тебе не пришло в голову взглянуть, в чем дело?
Не дожидаясь ответа, которого от Сетила бы в любом случае не последовало, Вент направился к служебной двери, что вела на кухню. Что-то явно было не так. Он ждал этого ужина с тех пор, как узнал, что Ивис не будет на нем присутствовать. Вент в очередной раз злился на капитана. Лошадей слишком загнали: несчастным животным не хватало ума противиться тирану, каковым Ивис, несомненно, являлся.
«Можно подумать, дело идет к клятой войне…»
Он распахнул дверь. На выложенном плиткой полу в лужах крови лежали трупы. Несколько мгновений конюх пытался осмыслить увиденное, а затем, развернувшись кругом, ринулся обратно в столовую:
– Сетил!
Тот поднял взгляд.
– Собери домашнее войско! Позови капрала Ялада!.. Кто-то перебил прислугу! И… где все остальные? Бездна меня побери – где заложница? Ну иди уже! Зови солдат! И чтобы все были при оружии!
Когда Сетил вышел, Вент пересек зал и свернул в боковой проход, который вел к покоям заложницы. Потрясение быстро сменялось страхом. Ничто не являлось более священным, чем безопасность заложницы Обители. Если он найдет Сандалату мертвой, повелитель не переживет последствий. Даже Матерь-Тьма не сможет его защитить.
«Стоит Ивису ослабить хватку, как все тут же идет кувырком, – подумал Вент. – Клятый дурак зачем-то ушел на всю ночь в лес! А теперь…»
Он убеждал себя, что с заложницей все в порядке, иначе и быть не может. Кому она нужна? Некий убийца сумел пробраться в дом. Это было нападение на Драконуса – кто-то решил посеять ужас в доме повелителя в его отсутствие.
«Трусы», – промелькнуло в голове у Вента.
Проходя мимо комнат служанок, он помедлил, а затем постучал в дверь ближайшей. Ответа не последовало.
«Куда-то ушла… или мертва».
Вент двинулся дальше, не сразу поняв, что достает нож.
Со стороны главного входа послышались крики. Появились солдаты домашнего войска. Подходя к двери заложницы, конюх вдруг подумал, что, возможно, опоздал и ее уже убили.
В пяти шагах от ее комнаты он услышал, как внутри повернулся ключ. Дверь распахнулась. На пороге стояла Сандалата, живая и невредимая.
– Вент? Что случилось? Я видела во дворе бегущих солдат…
– Госпожа, прошу вас вернуться в комнату, – сказал конюх.
Заметив в его руке нож, женщина попятилась, и он увидел в ее глазах страх.
Вент покачал головой:
– Убийцы, госпожа. В доме случилась резня. Прошу вас, вернитесь. Я буду охранять этот коридор, пока не появится кто-то из солдат.
– Резня? А кого убили? Моих служанок?
– Я ничего про них не знаю, госпожа, но опасаюсь худшего. Лишь Сетил и я пришли на ужин: больше никого в столовой не было. Ни Атран, ни Хидаста, ни Хилит.
Он повернулся, услышав в коридоре топот бегущих ног. Чувствуя, как внезапно бешено заколотилось сердце, конюх приготовился отдать свою жизнь, защищая заложницу. А если он успеет ранить этого подонка…
Но это оказался капрал Ялад – бледный, с обнаженным мечом. Увидев Вента, а затем Сандалату, он остановился. И отрывисто кивнул:
– Хорошо! Оба следуйте за мной…
– Капрал, – возразил Вент, – не будет ли лучше, если заложница останется в своих…
– Нет, я хочу, чтобы все уцелевшие собрались в столовой. Знаю, я мог бы выставить охрану, но, если честно, пока мы не выясним, кто на нас напал, я не собираюсь разбрасываться солдатами.
– Капрал, но в вашем распоряжении шестьсот солдат…
– Здесь те, кого я знаю и кому доверяю, конюх. Остальные окружают дом.
– Ничего не понимаю, – произнесла Сандалата.
– Госпожа, – ответил Ялад, – если мы успели вовремя, убийцы все еще среди нас. Но как бы то ни было, если они проникли в дом… вполне возможно, что у них есть сообщники. Собственно, учитывая количество новобранцев, убийцы могут быть и из числа солдат. Я прямо сейчас выясняю, не пропал ли кто. Пока же, однако, хочу, чтобы все уцелевшие собрались в одном месте, где я могу обеспечить их безопасность. Так что прошу вас обоих следовать за мной.
Вент жестом предложил
