Как там Гопник говорил? Я одной рукой мешаю им, а другой помогаю. То есть я встроился в этот механизм на правах важной шестерёнки, управляющей событиями. Вот только пока что мне непонятно, как Система относится к этой постановке погорелого театра? Очевидно, что она пытается её использовать для своих нужд. Вполне вероятно, что именно ради этого я появился в этом мире. Но это не даёт гарантий того, что всё пройдёт так, как задумывают высшие силы. Потому что тут далеко не один игрок сидит за карточным столом. И кто кого переиграет — тот ещё вопрос. Так что для меня довольно опасно ставить на выигрыш одной из сторон. Что ж, будем думать. Время пока ещё есть.
Радость Поттера по поводу обретённого богатства была недолгой. Видя его довольную морду, я не преминул сделать гадость, ткнув счастливчика носом в суровую реальность.
— Гарри, ты, я вижу, разбогател?
— Да, Дункан. Теперь я богаче тебя.
— Ну, это ненадолго.
— Почему? Ты заработаешь ещё больше денег? — Недоумённо уставился на меня Поттер.
— Нет. Дело в том, что мои деньги лежат в банке у гоблинов, и украсть их оттуда довольно сложно. А вот твои деньги лежат в кошельке, откуда их может вытащить любая крыса. А у нас в комнате ажно две крысы живут. Вот и думай, на сколько у тебя эти деньги задержатся.
Улыбка тут же слезла с лица Поттера, и он подозрительно посмотрел на кровать Рона Уизли, по которой ползал Питер Петтигрю в образе крысы.
— Но я ведь тоже могу положить деньги в банк? — Уточнил Гарри.
— Можешь. Но ты не забыл, что Дамблдор твой опекун и может распоряжаться всеми твоими деньгами? К наследству Поттеров у него доступа нет, а вот твои личные деньги будут в полном его распоряжении. Вот он обрадуется такому пополнению счёта.
В глазах Поттера зажглись угли гнева, а крылья носа затрепетали.
— И что делать?
— Ну, для начала можешь наложить на свой сундук дополнительные защитные заклинания. А то его любой открыть может.
— Да ладно! Там же кровная защита.
— Спорим на тридцать миллионов галеонов?
— Э-э-э… нет.
— То-то же! В общем, бери Гермиону за шкирку и валите в библиотеку искать подходящие заклинания. А то оглянуться не успеешь, как опять станешь нищебродом.
— Да если у меня кто-то деньги украдёт, я его… — Потряс Поттер кулаком.
— А толку-то? Деньги-то уже исчезнут без следа. Это заработать их сложно. А просрать всё нажитое непосильным трудом можно за секунду.
— Это да… Пойду Гермиону искать.
Вот! Глядишь, и сделаем ещё из него человека. Жадность — отличный стимул для саморазвития. Особенно если у тебя есть что терять. Это голытьбе и нищебродам просто быть щедрыми. А чем ты богаче, тем сложнее делиться своим имуществом со всяким сбродом, не сумевшим заработать даже миллиона. Ведь ты страдал — зарабатывал деньги, а они просто так страдали — безо всякого умысла и цели. И с таким отребьем ещё делиться? Нет уж!
Пока Гарри и Гермиона перерывали библиотеку в поиске нужных заклинаний, я занялся давно подготавливаемой спецоперацией по экспроприации тела Филча. На складе забытых вещей нашлось немало интересных книжек, где в том числе описывались и тёмные ритуалы переселения души. Там, конечно, были свои проблемы, но общие подходы решения этой задачи я изучил. Так что у меня уже имелся рунический круг, позволяющий упростить процесс замены души в теле.
Операцию «Ы» я назначил на тринадцатое июня воскресенье. По выходным Филч почти не доставал учеников. В этот день у него тоже был почти выходной, и он предпочитал проводить его вдали от подрастающего поколения. В ночь с субботы на воскресенье я конфисковал у Поттера амулет с душой культиватора и после двух часов ночи вышел «на дело».
Я не мог просто оглушить Филча Ступефаем и бросить в центр рунического круга с тёмным заклинанием. Создатели школы предусмотрели возможность возникновения у учеников желания «покарать» преподавательский состав, а потому все применения заклинаний отслеживались «искусственным интеллектом» замка. И как только он фиксировал факт нападения на работника школы, в кабинете директора тут же активировался специальный артефакт. Конечно, вряд ли Дамблдор решит эскалировать конфликт, но ему вообще не нужно знать о моём особом внимании к Филчу.
Впрочем, в школе было одно помещение, изолированное от общей системы наблюдения — та самая пыточная, с которой меня познакомил Снейп. Всё, что мне нужно было сделать, это заманить Филча в пыточную, где уже можно было делать с ним всё, что угодно. Эта задача не была особо сложной. Я всего лишь нашёл и усыпил кошку Филча, после чего отнёс её в пыточную и посадил в клетку.
Проснувшаяся животина обнаружила себя запертой в клетке. Рядом горел огонь, нагревая воду в котле, а в дальнем конце комнаты кто-то в бесформенном плаще точил кривой нож и напевал песенку про «суп с котом». Кошка тут же заволновалась и послала сигнал тревоги своему хозяину. Филч выскочил из своей каморки в одних подштанниках и побежал по коридорам, выкрикивая имя своей любимицы. В руках он держал канделябр, который явно собирался использовать в качестве оружия.
В противостоянии завхоза и голема под управлением культиватора я бы поставил на последнего, но Филч смог удивить своими навыками обращения с канделябрами. Он хитрым движением выбил нож из рук «неведомого злодея» и даже огрел его канделябром по голове, но увы, у голема в оной голове мозгов не было ни капли. Зато он мог использовать заклинание «заморозки», которое парализовало Филча и заставило его рухнуть на пол. Кошка, видевшая весь бой с начала до конца, заунывно мяукнула, осознавая, что шансов миновать котёл с супом у неё не осталось.
Меня весь год терзали мысли о природе внебрачной связи Филча и Миссис Норрис. Они каким-то образом чувствовали друг друга, но эта связь не была похожа на ту, которая образовалась между Поттером и Мистером Лапкой. Так что первым делом я приступил к исследованию этого феномена.
Простое сканирование особого понимания ситуации не дало, а вот проверка воспоминаний Филча сразу всё поставила на свои места. Эта связь была следствием неудачно проведённого ритуала магии крови
