Но за такие речи старые астрономы смотрели на него, как на еретика, и возмущенный такой рутиной Норбер Моони поклялся в душе сохранить все свои мечты и планы до поры до времени про себя и дождаться того дня, когда ему представится возможность применить их на деле.
Уже давно ему казалось, что он нашел решение этой трудной задачи. Единственное затруднение, представлявшееся ему, это -необходимость больших денежных затрат: на это требовался крупный капитал, которого он не имел в своем распоряжении. Но теперь этот капитал был налицо. Весьма возможно, что собрание потеряло уже право вернуть обратно свои деньги, да, но оно во всяком случае сохранило за собой право располагать по своему усмотрению этими деньгами, или вернее, управлять ими. Теперь весь вопрос заключался в том, одобрит ли и примет ли уважаемое собрание то решение вопроса, какое он, Норбер Моони, собирался предложить.
— Говорите! говорите! — кричали ему со всех сторон.
— Итак, я приступаю теперь к самому плану достижения поставленной «Selene Company» цели, плану, который я, по-своему глубокому убеждению, считаю осуществимым! — сказал молодой ученый, выпивая стакан воды, чтобы прочистить горло.
ГЛАВА VII. Sic vos non vobis
— Прежде всего, — продолжал Норбер Моони, обращаясь к собранию, очарованному его ясной, увлекательной речью, — нам следует прояснить себе сам характер той задачи, которая теперь представляется!
— Чего все мы, собравшиеся здесь, собственно говоря, желаем?… Съездить на Луну с чисто научной целью и вернуться оттуда с большой тетрадью любопытных записок и заметок?… Конечно, многие удовольствовались бы и этим, но ядумаю, что не ошибусь, если скажу, что акции «Selene Company» нашли стольких охотников отнюдь не ввиду этой прекрасной цели… (Одобрительные улыбки на всех лицах). Нет, то, чего требует громадное большинство наших акционеров, — это установление постоянного сообщения с Луной, такого рода способа общения, который, будучи раз установлен, дал бы каждому из нас возможность ездить туда и обратно в любое время с тем, чтобы заняться там исследованиями и изысканиями минеральных богатств Луны, иметь возможность перевозить на землю продукты этих изысканий… Кроме того, необходимо, чтобы этот способ сообщения не представлял собой никаких особых затруднений, никаких чрезвычайных трудностей и притом не был очень дорогостоящим — одним словом, чтобы он был практичен и доступен для многих, чтобы это сношение с Луной могло стать делом обычным для обитателей земного шара наравне с мореплаванием или путешествиями по железным дорогам.
Да, но вот, господа, какие два препятствия стоят на нашем пути к изобретению подобного способа сообщения: первое — это расстояние между землей и Луной, совершенно незначительное в теории, но весьма серьезное на самом деле; а второе — это то, что относительно атмосферы Луны до настоящего момента нельзя еще сказать ничего положительного. Существует ли эта атмосфера? Многие астрономы сомневаются в этом… Я лично не принадлежу к их числу и мог бы представить вам в подтверждение своего мнения такого рода факты и доказательства, которые считаю неоспоримыми и неопровержимыми. Но что касается того, можно ли человеку жить и дышать в этой атмосфере, то это дело другого рода: в данный момент, строго опираясь на нашу науку и исследования, никто не может дать положительного ответа на этот вопрос!… Во всяком случае, осторожность требует, чтобы мы, отправляясь на Луну, имели при себе достаточный запас необходимого нам для дыхания воздуха, по примеру того, как это делают водолазы, спускающиеся на дно океана. Уже из одного этого явствует, что дело это неосуществимо в этих условиях для большого числа людей, неосуществимо для массы в широких размерах, а следовательно, непригодно для промышленных целей, если даже и допустить, что это возможно в отдельных случаях, для единичных личностей в целях научных исследований… (Разнородное движение в толпе).
— Такого рода соображения привели меня к тому, что для разрешения этой задачи есть еще другой, более практичный способ, заключающийся главным образом в том, чтобы прежде всего одарить Луну такой же атмосферой, как наша, — а единственное средство достигнуть подобного результата — это «заставить Луну спуститься в нашу атмосферу»… (Невольные восклицания, выражения удивления и неожиданности). При этом заметьте, что мы одновременно в самой сильной степени сократим расстояние, отделяющее нас от Луны, и вместе с тем удалим и множество других затруднений… Если это нам удастся, с того самого момента наш спутник в полном смысле этого слова станет легко доступен для нас; ничто не помешает нам тогда отправляться на Луну на воздушных шарах, или в поездах железных дорог, устроить там по всем правилам горные работы, прииски, шахты, рудники, изыскать из недр Луны ее нетронутые еще минеральные богатства и отправлять, доставлять или перевозить их таким же путем на Землю… если только мы не пожелаем окончательно устроиться и поселиться там, чтобы основать на Луне постоянную, цветущую колонию! (Громкие аплодисменты и веселый смех).
— Следовательно, в общей сложности мы можем сформулировать нашу задачу так: «Не надо нам отправляться на Луну, надо заставить Луну спуститься к нам!»
— И на это есть множество причин и оснований. Во-первых, уже потому, что это будет менее утомительно и более удобно для нас! Затем потому, что тогда Луна станет обитаемой для нас, тогда как теперь она, быть может, необитаема в силу атмосферных причин. И, наконец, потому, что наша задача, вероятно, разрешимая таким способом, кажется совершенно неразрешимой иным путем.
— Замечу, кстати, что нас не должен даже смущать вопрос о том, что мы потревожим в жизни и привычках почтенных обитателей Луны, потому что, судя по всему, они уже давно исчезли, если только когда-либо существовали. Луна — не живой мир. Это дочь Земли, охладившаяся и отжившая прежде матери своей, потому что масса ее — менее значительная. И так мы только окажем ей несомненную услугу, сделаем по отношению к Луне доброе дело, возвратив ей немного тепла и использовав те громадные залежи различных горючих веществ, которые, вне всякого сомнения, таятся в недрах Луны! (Громкие аплодисменты).
— Но, скажут мне, вы так прекрасно и свободно рассуждаете о том, что следует заставить Луну спуститься к нам… Но знаете ли вы такое средство, с помощью которого могли бы воздействовать на нее, заставить ее повиноваться вашему желанию?… На это я мог бы ответить, как некогда ответил Архимед: дайте мне рычаг достаточной длины и надежную точку опоры, — и я подыму весь мир! да, но такой ответ, в сущности, не был бы ответом, а потому я предпочитаю сказать вам, господа: да, я глубоко и искренне убежден, что мы имеем в своем распоряжении такую силу, которая может повлиять на Луну и заставить ее приблизиться к нам! (Признаки усиленного внимания в толпе слушателей).
