— Возьмете ли вы на себя лично управление всем этим сложным делом? — спросил кто-то из акционеров.
— Да, охотно! — ответил Норбер Моони, — но с одним только условием, — а именно, чтобы у меня руки были ничем не связаны в технических вопросах этого Дела, а чтобы для контроля надо мной в денежных делах был избран особый контрольный комитет, в обязанности которого входила бы вся финансовая отчетность!
Желание всего почтенного собрания было до такой степени ясно и несомненно и до такой степени единогласно, что лорд Клэдероу не попытался даже вернуться назад, к первому вопросу, поставленному им на голосование, и без дальнейших околичностей предложил его в торично, уже в измененной форме.
— Господа, — сказал он, — я ставлю на голосование статью первую устава настоящего общества, о замене именем господина Норбера Моони имена трех господ инициаторов этого нового общества, которых я называл раньше!
— Вы не имеете на это никакого права! — ярости крикнул Костерус Вагнер, весь побледнев.
— Это было бы настоящим хищничеством, воровством… вы хотите обворовать нас, ограбить нас в наши правах…
— Я не стану останавливаться на том, как прискорбно и отвратительно слышать подобные слова в собрании порядочных людей! — с достоинством произнес молодой председатель. — Скажу только, что мы — учредители общества для завоевания и исследования Луны, но при этом не подлежит сомнению то, что мы отнюдь не отказались от права доверить бразды правления тому, кто по нашему убеждению кажется нам наиболее способным хорошо вести это дело и довести его до желанного конца. (Самые дружные аплодисменты). Вот почему я полагаю, что являюсь выразителем единодушного желания всего уважаемого собрания, ставя на голосование статью первую устава, измененную, как я уже сказал раньше!
— Если же я ошибаюсь, то голосование, без сомнения, докажет это. Итак, господа, те, кто желает избрать директором акционерного общества «Selene Company» господина Норбера Моони, со всеми присущими этому званию полномочиями, пусть потрудятся поднять руку.
Все руки разом поднялись вверх, кроме трех.
— Обратный вопрос! — провозгласил председатель.
Три руки одиноко поднялись над толпой; то были руки Костеруса Вагнера, Игнатия Фогеля и Питера Грифинса.
— Господин Норбер Моони избран директором «Selene Company»! — снова провозгласил лорд Рандольф Клэдероу. — Он просит слова. Я даю его!
— Господа, благодарю вас за ту честь, какую вы сейчас оказали мне! — сказал молодой астроном, — но позвольте мне еще раз напомнить вам о том условии, на котором я согласен принять возлагаемую на меня обязанность и материальную ответственность: все расходы по этому предприятию по моему предложению будут утверждаться контрольным комитетом. Капиталы могут оставаться в том банке, где они находятся в данный момент, а все выплаты будут производиться не иначе, как по чекам за моей подписью наряду с подписями господ членов контрольного комитета… Установив этот вопрос первейшей важности и полагая, что такого рода административный прием вряд ли кому может показаться нежелательным, я позволю себе предложить уважаемому собранию, как нечто должное по чувству справедливости, записать троих господ инициаторов нашего нового общества в число членов Контрольного комитета…
По-видимому, все присутствующие оценили по достоинству то чувство деликатности и такта, которые заставили господина Моони предложить господ инициаторов в число членов комитета, и предложение это было принято, но без особого энтузиазма. Со слабым большинством пяти или шести голосов господа Костерус Вагнер, Игнатий Фогель и Питер Грифинс были избраны в члены Совета администрации Общества. Хотя они не нашли ничего такого, на что бы могли возразить в плане, изложенном господином Норбером Моони, и, быть может, именно вследствие этого, собрание акционеров, по-видимому, потеряло всякое к ним доверие. Однако так или иначе, но все они оказались избранными в члены комитета и должны были считать себя счастливыми.
После того как председатель предложил в члены того же комитета своего приятеля сэра Буцефала Когхилля, который, по его словам, должен был явиться превосходнейшим контролером действий общества, так как упорно отказывался верить не только в успех, но и в осуществимость этого предприятия.
Это предложение было встречено с большим воодушевлением и тотчас же единогласно принято. Три профессиональных финансиста также вошли в список лиц, представляющих собой Контрольный комитет, после чего собрание разошлось, предоставив своим делегатам, или выборным, необходимые полномочия для решения всех остальных подробностей и вопросов второстепенной важности, согласно с требованиями устава Общества.
Таким образом осуществилось это смелое предприятие, задуманное Костерусом Вагнером с исключительной целью заманить легковерную публику и приобрести возможно большее число акционеров, — «Selene Company» теперь совершенно непредвиденно перешла в руки человека вполне порядочного, честного и в то же время серьезного ученого, всей душой преданного своей науке. После тщательных исследований и основательных размышлений и обсуждений этого важного вопроса Норбер Моони решил наконец избрать Судан полем действий для своих операций. Из отчета одного из своих друзей недавно только вернувшегося из серьезной научной экспедиции в восточную Африку, он узнал, что пустыня Байуда, а главным образом горная возвышенность Тэбали, лежащая на восток от Бербера и к северу от Хартума, представляет собой все необходимые для задуманной им программы геологические условия.
Правда, доступ туда был не из легких, но вплоть до Суакима можно было провезти все необходимые орудия, инструменты и материалы морем. Затем, земля должна была достаться даром. Рабочие руки были в очень низкой цене, и сверх всего этого, можно было не без основания полагать, что в тех местах намерения экспедиции никому не могли быть известны.
Само положение дел в Египте, номинальном владыке Верхнего Нила, угрожавшее превратиться в полную анархию, избавляло господ организаторов этого удиви тельного предприятия от необходимости испрашивать различные разрешения от местных властей — разрешения, которых, кстати говоря, было бы, вероятно, весьма нелегко добиться при иных условиях. Кроме того, действовать приходилось в глухой пустыне, что тоже было удобно предпринимателям, так как здесь они не подвергались никаким опасностям.
В сущности, Судан не представлял собой в данном случае никаких важных неудобств или недостатков, кроме недостатка в горючих материалах.
