борьбе за эти идеи полегли даже не сотни тысяч, а миллионы… Но главный ужас в том, что, несмотря на жертвы, ответа на вопрос о природе и критериях прогресса, который был бы принят большинством и всех успокоил, так и не получено. Ответить на вопрос – что есть прогресс? – до сих пор сложно, если пытаться предложить что-то такое, что должны принять условно все. Думаю, что это пока невозможно. Ситуация упрощается, если разговор ведется со «своими», то есть с теми, кто уже объединился, распознал друг друга по ценностным (ценностно-целевым) основаниям.
Но снова все становится весьма непростым, если говорить с самим собой и о самом себе… Непросто, а надо хотя бы к концу собственной жизни взглянуть на нее «с точки зрения прогресса».
Если говорить про тело, про физиологию, то тут сложностей нет: сперва – развитие и прогресс: ребенок растет, развивается, юноша взрослеет, тело обретает необходимые для дальнейшей жизни возможности и функции/опции. Потом в дело вступают два фактора. Один – осознанный, совершаемый самим человеком: пить-курить, есть вредную пищу и т. д. Эти действия не ведут к прогрессу тела, а ведут к его разрушению. Второй – неотвратимый процесс естественного старения. По отношению к нему прогрессивным можно считать поведение, способствующее замедлению старения, смягчению его последствий и т. п. В целом жизнь тела от рождения до смерти складывается из двух фаз: подъема (собственно, прогресса) и неизбежного спуска (деградации).
Другое дело – жизнь сознания, духовного развития. А я к этому добавлю еще и социальную жизнь человека, то есть наше взаимодействие друг с другом. Тогда с точки зрения прогресса моя жизнь (как и жизнь большинства) содержит в себе очевидные траектории развития: учеба, овладение знаниями и навыками; работа, в которой продолжается и накопление знаний и освоение навыков, но главным становится их использование, отдача. А результатом является… Результатом является результат труда! Мой профессиональный рост и духовное (в широком смысле) развитие воплощаются в результатах моего труда, в произведенном «продукте». Не менее важна и частная жизнь семья, родители и дети, дети и внуки, родственники и друзья, коллеги и соседи – все те, с кем жизнь сводит. В них остается нечто, произведенное мною. И в этом тоже есть мера прогресса и мера регресса. Это не всегда очевидные и не так просто замеряемые вещи, но в целом можно говорить и о мере добра, которое ты посеял вокруг себя, и мере любви, и простой помощи и сочувствия и всего прочего, что люди ценят во взаимоотношениях друг с другом. Есть мера и нанесенным обидам, оскорблениям, обманам, подлостям, воровству… Человек, оставивший о себе добрую память, человек, которого уважали при жизни и почитают память о нем после смерти, – такой человек, несомненно, прогрессировал сам и способствовал прогрессу общества (да человечества – что уж тут мелочиться!).
Такой взгляд на самого себя, оценка свой жизни с точки зрения прогресса можно описать и в других терминах, использующихся, например, в теории систем. Развитие (или прогресс) сложной системы характеризуется увеличением степени ее сложности, увеличением количества внутренних связей. Каждый из нас – сложная система, овладевающая знаниями и навыками, устанавливающая возрастающее количество внутренних (в том числе и ассоциативных) связей внутри собственного ментального мира (его отражением может служить, например, эта книга: она соткана из моих внутренних ассоциаций). Более того, как существа общественные, мы устанавливаем связи друг с другом, тем самым усложняя объект более высокого уровня – социум. Чем больше этих связей, чем они содержательнее, тем более развитым является общество. Но и человек и тем более общество, – системы чрезвычайно сложные, отказывающиеся свое развитие характеризовать только по количеству связей. Мы обязательно рассматриваем еще и качество этих связей, формируя представления о должном и не должном, об этике и этических нормах. Именно этический критерий является главным при оценке развитости человека и общества. Однако этот аспект пытаются подменить другими, например уровнем жизни или иными экономическими, материальными показателями. В этом состоит смысл деятельности манипуляторов сознанием, действующих в интересах собственной или чей-то наживы. Тогда вместо этической ценности социума «человек человеку друг товарищ и брат» на первое место в общественное сознание внедряются экономические показатели типа количества сортов пива в магазинах или ВВП на душу населения. Соответственно, прогрессом объявляется движение к тому типу, устройству общества, в котором уже по факту имеются четыреста сортов пива, а тот тип устройства, который этого не обеспечивал, объявляется ошибкой, регрессом, откатом от магистрального пути развития. Именно это под названием «перестройка» и было произведено в СССР. «Прогресс» состоялся: пиво в магазинах появилось. Но, как пелось в песне, «что-то главное пропало»…
Так что «социальный прогресс» – как глобальное движение от уровня дикости до уровня цивилизованного состояния – не является ровной, прямой дорогой. На этом пути немало поворотов «в сторону» и «вспять»… И никогда людей думающих не покидает вопрос: а туда ли мы идем? Куда надо идти? Что такое «хорошее общество»? Быть может, дикарь, проживший жизнь в поисках съедобных кореньев в африканской саванне, прожил – по его собственным ощущениям – более счастливую жизнь, чем Джон Рокфеллер (по собственным ощущениям самого Рокфеллера)? Стоит поразмышлять об этом, и необязательно на примере таких крайностей.
А есть ли такие, кто отрицает прогресс как таковой? Были и есть, причем их немало. Самый простой и устрашающе понятный ответ дает, разумеется, христианство. Христианская эсхатология расписала все от «А» до «Я»: и про «повреждение человеческой природы» Адамом и Евой, и про «спасение души»… Оперируя разделением «планов» бытия на материальный и духовный, ставя духовное выше материального, Церковь Христова предлагает единственный путь прогресса: путь спасения души через следование христианским идеалам. И. С. Аксаков в этой связи сказал так: «Прогресс, отрицающий Бога и Христа, в конце концов становится регрессом; цивилизация завершается одичанием; свобода – деспотизмом и рабством. Совлекши с себя образ Божий, человек неминуемо совлечет – уже совлекает с себя – и образ человеческий и возревнует об образе зверином». Это высказывание профессор Московской Духовной академии А. И. Осипов прокомментировал следующими мыслями:
«Но разве современные небывалые по своим масштабам и остроте проблемы: нравственные, социальные, экологические, экономические и другие – не свидетельствуют о характере прогресса, отвергшего Христа, Его духовные и нравственные ценности, возвещенный Им смысл человеческой жизни?
Разве узаконенная (!) пропаганда всеми видами СМИ всякого рода безнравственности и извращений, открытого глумления над телом и душой человека, господство золотого тельца, диктат преступных кланов и т. д. – не свидетельство одичания дехристианизированной цивилизации?
Разве
