отказался, — вздохнул Стоян. — Это Молчун у нас привыкший, а мне в темные леса глубоко заходить не доводилось. Азгут запретил.
— Не печалься. Сам понимаешь — не последний поход.
Радислав. Новость о его отъезде в армию я услышал с внутренним довольством, потому что мне всё больше и больше кажется, что в той истории с нападением на нас он играл не последнюю роль. Дед Вышан однозначно сказал, что искать организатора надо среди Хвостовых, назвав Радислава в тройке наиболее вероятных кандидатов. Прямых доказательств нет, твердой уверенности тоже, но интуиция обвиняет его. Будем надеяться, на войне он сгинет, а если нет… Посмотрим.
Следует признать, что в чем-то наставница права. Всех тайн не открыть, всех врагов не убить. Некоторые вещи следует просто принять, смириться с ними, и идти дальше, не позволяя грузу прошлого виснуть на плечах.
Подошло ещё несколько человек сказать пару слов напоследок. За три месяца, проведенные в Восходнем, я незаметно оброс связями. Не дружескими, в лучшем случае приятельскими. Однако знакомых, с которыми сложились неплохие отношения, много, они сейчас здесь, пришли проводить отбывающую делегацию… Какое-никакое, а событие.
Посольства Обителей собрались ехать вместе, что должно было символизировать единство наследников божьих. В то же время, совместное движение сопровождалось определенными трудностями, в первую очередь вызванными соображениями престижа. Ведь кто идёт во главе обоза, тот и главный, хотя бы формально. Проблему решили просто — каждая делегация из города выбиралась самостоятельно, а уже в назначенном месте встречи собрались кидать жребий, в каком порядке будем двигаться.
— Всё, залезаем. Пора.
Я пожал руку Милану, обменялся рукопожатиями с другими мужчинами, расцеловался с девушками, сделав вид, будто не заметил попытки Дарины подольше меня обнимать. Старшим просто поклонился. Наш маленький караван на практике оказался не таким уж и маленьким — дополнительные возки для слуг, возки с подарками, которые продавать на месте нельзя, провожающие старейшину всадники. Конечно, Хвостовы выделили почетную охрану отъезжающей родственнице, их никто бы не понял, поступи они иначе. Часть гридней вернётся в Новгород-Восходний через несколько часов, кое-кто собрался сопровождать нас до границы.
Тронулись.
Неизвестно, суждено ли мне вернуться в Новгород-Восходний. Жизнь — штука сложная, непредсказуемая. Однако запомню я город навсегда. Именно здесь я обрёл совершенно новый опыт, какого не было ни в этой, ни в прошлой жизни. Увидел, что такое власть, как за неё борются. Получил уроки дипломатии, понял, что любую договорённость можно нарушить, и почему лучше всё-таки этого не делать. Запомнил, из-за чего люди предают, лгут, обманывают, убивают. Сам научился лгать с честным лицом.
Полезный опыт. Не самый приятный, но полезный. Если, конечно, я намерен в будущем взобраться повыше. А я намерен — точнее, мне придётся стать кем-то влиятельным. Босяку взойти на девятую ступень просто-напросто не позволят.
И надо сказать, начало выглядит удачным. Покровительница мной довольна, её задания выполнялись без грубых косяков и в срок. Контакт с дальней роднёй налажен, в разумных пределах на них можно рассчитывать. Повертелся среди бояр, то есть аристократии, заработал у них хорошую репутацию, что важно. Элита земель словенских тесно связана между собой, кого признали в одном княжестве, рано или поздно признают во всех. Ладно, не во всех, но в соседних точно. Так что из Восходнего я уезжаю с личной победой. Пусть не воинской, но, пожалуй, самой серьёзной из случившихся.
Первый триумф, незаметный для посторонних.
Надеюсь, свои сумеют его оценить.
Эпилог
Сколько я брата не видел? Почти полгода, получается, с момента отъезда из Лыково. За прошедшее время Остромир изменился мало, в его жизни не происходило меняющих мировоззрение событий, встреч, ему не приходилось принимать тяжелых, ломающих личность решений. Плавное, постепенное развитие; он медленно матерел, под опекой старших родственников уверенно идя к цели.
— … уговор мы выполнили, лес на означенном участке вычистили, — рассказывал он про то, как отряд провел зиму. — Соседи посмотрели, подумали, да новый ряд заключили. В общем, дядя Деян остался за старшего, чудищ гонять, а мы с дедом сюда махнули. Верно ли, что новгородцы поход на тьму готовят?
— Верно. Только вы не успеете, они в феврале пойдут. И вообще странно, быстро вы ряд закрыли. Мне казалось, дольше провозитесь.
— Так нас теперь четыре десятка, -ухмыльнулся брат. — Ватажку малую встретили. Их берестянцы побили, вожака и ещё двух до смерти, среди выживших пораненных много. Дед договорился, что он им лечение оплатит, взамен они в отряде службу отслужат. Потом еще в Березове троих наняли, да в Белом Озере двух, вот и вышел десяток.
— Надо же. Охотников много?
— Почти никого нет, а те, что есть… — Остромир разочарованно махнул рукой. — Лучшие на войну идут, там гридней всегда не хватает. Дед ещё переборчив, не каждого берет. Но мне-то хорошо — он обещал, если новиков будет много, и я на пятую ступень взойду, он мне свой десяток даст! На четвертую я уже взошел, так-то!
— Когда?
— Месяц назад в малой Обители Защитника у старцев испытание прошёл!
Конечно, я за него порадовался — брат давно готовился перейти в старшие гридни, для него подъём по воинской стезе очень важен. Божье сплетение у него хорошо развито, оружием он владеет намного лучше меня, в иных воинских науках, пожалуй, тоже превосходит. Так что четвертую ступень он заслужил. Хотя я не могу не отметить разницу в обстановке: его испытывали старцы в глухомани, на глазах у товарищей по отряду и немногочисленных зевак — за моим восхождением на третью ступень наблюдала совсем иная по статусу публика. То есть брата я обскакал, у меня славы больше.
Кстати, меня ведь по приезду в Березов тоже экзамен ждёт, на третий круг и следующую ступень. Надо будет обсудить с Веселой Желановной, когда его лучше сдавать и как. Раз уж я теперь её полноправный ученик, со всеми клятвами и дозволением главы рода.
Посмотреть на родню с материнской стороны Остромир тоже не отказался бы, но я честно сказал, что лезть туда ему не стоит — для него Белых слишком скользкие. Обведут вокруг пальца. Чтобы окончательно отбить охоту путешествовать, рассказал о нескольких стычках с кликой Даняты Ростиславовича, намеренно сгустив краски, заодно с пренебрежением отозвался о Восходнем. Впрочем, сделал оговорку, похвалив Снежану Брячиславовну, Вышана и кузенов.
— Избор, конечно, хитрый, но меру знает и своим гадить не станет. Может, скоро увидитесь — он хочет в Березов съездить. Я ему объяснил, как до
