Сидя в укрытии, Кети оглянулась на луг и удивила Стивена, явив мистическую сторону своей натуры, о которой он никогда не подозревал.
— В этом месте творились ужасные вещи, Стивен. Я могу чувствовать это. Разве не могут быть эти мухи душами злодеев, творивших страшные преступления?
— Да ладно тебе, Кети, что за чепуху ты говоришь?
Они так по-настоящему и не ободрились, пока не свернули на посыпанную гравием дорожку к коттеджу, и Кети не увидела старые двойные колпаки дымоходов над деревьями. Когда они вошли в дом, она, в своем восторге, стала похожа на ребенка.
Стивен, научившийся понимать и наслаждаться большинством ее настроений, положительно получил удовольствие, показывая ей все вокруг. Кухня была переделана по сравнению с прежними сельскими временами. Со стороны озера было добавлено окно. Каждая часть кухонного оборудования была не только современной, но и удобной в использовании.
Глядя на все это, Кети приложила ладони к щекам.
— Ох, Стивен, если бы у нас был такой же уютный дом.
— Однажды он у нас будет, Кети.
Она повернулась и обняла его.
Снаружи был небольшой фруктовый сад и размеченный камнями участок под огород. Сарай расположился в дальнем конце сада. Это было каменное сооружение с новой кровлей из гофрированного металла. Оно было чуть ли не в полтора раза больше дома. Каменные стены сарая окружали высокие разросшиеся сорняки, но дорожка от дома через сад к маленькой боковой двери была чиста и аккуратно приведена в порядок по краям.
Стивен отомкнул навесной замок и открыл дверь для Кети. Когда она шагнула внутрь, он щелкнул выключателем рядом с дверью. Сверкающие лучи затопили огромную комнату, изливаясь из мощных ламп, подвешенных на трубах к стропилам. В центре возвышался большой резервуар. В нем было шесть метров длины, а диаметр составлял два с четвертью метра. В резервуаре было два маленьких, установленных на уровне глаз кварцевых иллюминатора, по одному с каждой стороны. Еще одно окошко находилось в уплотнительном люке воздушного шлюза в самом конце этого сооружения.
Кети, наслышанная от Стивена по поводу его пребывания в резервуаре, промурлыкала:
— Он такой маленький. Ты что, в самом деле однажды был вынужден здесь сидеть целых четыре дня?
— Он достаточно комфортабелен, — сказал Стивен. — Там есть санузел с двойным уплотнением, телефон. Единственным неудобством были датчики, которые Пирд заставлял меня носить.
Стивен провел Кети к дальнему концу, продемонстрировав длинный верстак с инструментами, кабели, идущие в резервуар, и, под конец, стеллажи и полки с принадлежностями аппарата для дыхания под водой. Этим приспособлением они пользовались, когда купались в озере. Затем Стивен продемонстрировал два французских компрессора с усовершенствованными воздушными фильтрами.
Кети посмотрела сквозь одно из окошек в резервуар.
— Мне было бы очень скучно сидеть там столько времени, — сказала она.
— Я брал с собой кое-какие книги. На самом деле, Кети, там очень спокойно. Большую часть времени я занимался и спал.
Кети отпрянула от холодного металла и отряхнула руками свою юбку.
— Я хочу приготовить в этой кухне прекрасный обед для нас, — сказала она. — Я еще никогда в жизни не видела такой великолепной кухни. Ты все захватил по моему списку?
— Все лежит в багажнике.
Пока Кети хлопотала на кухне, Стивен занес чемоданы, отдельный пакет со своими учебниками и таблицами насыщения крови для Пирда. Он оставил чемоданы на кровати, удостоверился, что Кети больше ничего не нужно, и устроился заниматься в крохотной гостиной. Ему было слышно, как Кети что-то мурлычет себе под нос и звенят кастрюли. Можно было представить себе их обоих, благополучно поженившихся и не торопясь устраивавших свой семейный уют.
Это состояние духа Стивен сохранил на протяжении всего обеда вплоть до того мгновения, когда в постели стал объяснять Кети, каким именно образом он собирается соблюдать осторожность. Стивен показал ей презерватив, купленный одним из его сокурсников в Англии.
Кети, с зардевшимся лицом, выхватила его из руки Стивена и швырнула через всю комнату.
— Стивен! То, что мы делаем, это уже достаточный грех, но такого я на свою душу не возьму!
Ему потребовалось около часа, чтобы ее успокоить. После этого Кети была особенна нежна, рыдая и смеясь на его плече. Когда они наконец заснули, ее голова покоилась на его груди. Стивен проснулся поздно и сразу услышал звуки, производимые хозяйничающей на кухне Кети.
Он раньше не подозревал о наличии такой домовитости в ее характере, и это наполнило его теплом удовлетворения. Она включила радио и напевала под музыку. Стивен взглянул на свои часы, лежащие на тумбочке возле кровати, и обнаружил, потрясенный, что уже почти одиннадцать часов утра. Тут он смутно осознал, что музыка по радио прекратилась и звучит мужской голос, рассказывая о чем-то со сдерживаемым волнением.
Приняв ванну, одевшись и выйдя на кухню, Стивен спросил:
— Что там за новости передавали по радио? Я ничего не смог разобрать.
— А, просто какие-то неприятности на Эчилле, — ответила Кети. — Тебе одно яйцо или два?
— Три, — сказал он, целуя ее в шею.
— Может, пойдем искупаемся в озере? — предложила Кети.
— Будет холодно, но мы можем вернуться и согреться.
Она покраснела. Стивен начал поворачивать ее к себе, но его прервал зазвеневший телефон.
Он не сразу нашел аппарат за грудой журналов на этажерке в гостиной. Это был Пирд.
— Ох, слава Богу, ты на месте, Стивен. Твоя подружка с тобой?
Стивен ответил после некоторого колебания:
— Да, но я не…
— Для щепетильности нет времени! Финтан Доэни вызвал меня на большое медицинское совещание. Предмет обсуждения касается и тебя.
— Доэни? САМ Доэни? Что могло…
— У меня не так много времени, Стивен. Безумец, разбирающийся в рекомбинантной ДНК, заразил новой чумой Эчилл. Там установили карантин, но никто не рассчитывает, что это так и останется. Теперь слушай внимательно. Кажется, эта чума убивает только женщин. На данный момент она стопроцентно смертельна. Так вот, мне пришло в голову, что ты и твоя подружка в коттедже, и у нас есть тот славный резервуар в сарае. Женщина в этом резервуаре с положительным давлением была бы в весьма эффективной изоляции. Ты понимаешь, о чем я говорю?
— Разумеется, я понимаю, но не вижу как…
— У меня нет времени на споры. Просто выполни мою просьбу.
Стивен бросил взгляд на Кети, стоявшую, глядя не него.
— Я не знаю, будет ли она… Я хочу сказать, ты просишь меня…
— Мне надо идти, Стивен. Сделай все возможное, чтобы посадить ее в этот резервуар. Если будет нужно, заберись туда вместе с ней. Подключи телефон. Я перезвоню позднее. Ты сделаешь это?
Стивен сделал глубокий вдох.
— Эта чума…
— Она уже убила многих женщин. Мы не знаем, где этот безумец мог еще распространить ее. Посади свою подружку в этот резервуар!
Пирд прервал связь.
Глава 10
Насилие, терпимое слишком долго, приводит к моральной анестезии. Оно разлагает даже религиозных лидеров. Общество разделено на жертвенных агнцев и тех, у кого в руках ножи. Кровавую действительность маскируют высокопарные ярлыки: фразы с такими словами, как «свобода» и «политическая автономия» и вроде того. Подобные слова мало значат в обществе, лишенном морали.
Отец Майкл Фланнери Все письма О'Нейла, кроме двадцати, были сданы на почту прежде, чем агенты ФБР вошли в лос-анджелесский офис с ордером на обыск. Офис представлял собой крохотное служебное помещение в кирпичном здании на Фигуэра вблизи делового центра ЛА. Обслуживался он мисс Сильвией Тропер, костлявой женщиной, выглядевшей на все свои пятьдесят, с дико оранжевыми от хны волосами и густо нарумяненными щеками. Два молодых агента, похожих, словно близнецы, в своих аккуратных синих костюмах, резко раскрыли свои бумажники, чтобы дать ей возможность взглянуть на удостоверения. Потом, словно синхронизированные танцоры, вернули бумажники в свое карманы и потребовали рассказать им о письмах О'Нейла.
