Судья Корьери горячо поблагодарил священника и на этом они расстались. Если честно, отец Матео не верил, что список номерных счетов как-то поможет судье в разоблачении подрывной деятельности ложи П-2. В конце концов, для ареста счетов нужно решение суда, а для решения суда нужно расследование, а для расследования нужны факты, которые, видимо, мало кто готов рискнуть и огласить.
На этой встрече отец Матео так и не узнал ничего полезного для себя. Да, ситуация с П-2 интересна, загадочна и даже вызывает холодок страха, но нисколько не приближает его к теме ватиканской ложи, а такая ложа точно существует. После убийства кардинала Даниэлу и письма из Великого Востока Италии архиепископу Буньини, отца Матео не оставляли сомнения, масоны в Ватикане есть. Но кто и сколько?
Уже больше года отец Матео наблюдал, выискивал, систематизировал. В голове у него сложился список вероятных братьев в сутанах, но это были лишь подозрения, лишь результаты сухого анализа и ничего больше.
А через неделю в кабинет монсеньора Ройбера принесли свежий номер журнала «Боргезе». После прочтения одной из статей епископ, бледный и взволнованный, выбежал в приёмную и протянул открытый журнал отцу Матео:
— Посмотрите, посмотрите! — глотая ртом воздух, причитал он.
Отец Матео испугался, что епископу стало плохо с сердцем, но увидев крупный заголовок, сам на минуту онемел. «Масоны в Ватикане» — так называлась статья. А далее шёл список из сто двадцать прелатов католической церкви, кто по словам автора принадлежит к масонскому братству.
— Статс-секретарь, его заместитель — пытаясь успокоиться, перечислял монсеньор Ройбер. — префекты, нунции, даже личный секретарь папы!
Отец Матео пробежал текст взглядом. Точно, Паскуале Макки, принят в некую ложу ещё 23 апреля 1958 года за номером 5463-2 под псевдонимом МАПА, видимо, по первым буквам имени и фамилии. Да, отец Макки, конечно, мало приятный в общении человек, а с его настойчивой привычкой контролировать каждое движение папы, решать, кто с ним достоин говорить, а кто нет, кого назначить на ту или иную должность, а кого попридержать — зная это, не так уж и трудно поверить, что он масон и продвигает по ватиканской служебной лестнице своих братьев. В частности, своего друга епископа Марцинкуса. И какое совпадение, он тоже есть в этом списке — принят в ложу в 1967 году. Отец Матео попытался вспомнить послужной список епископа. Если он стал масоном в 1967 году, то уже на следующий год получил епископскую хиротонию, ещё через год стал секретарем ИРД, а ещё через два — его президентом, на коей должности пребывает по сей день и довольно неплохо себя чувствует — чем не плоды братской взаимопомощи? Особенно если учесть, что епископ Марцинкус первый американец, кто взлетел так высоко по карьерной лестнице в римской курии. Особенно если учесть, что итальянские ложи контролируют масоны из Штатов.
На всякий случай отец Матео проверил, есть ли в списке имя опального архиепископа Буньини — точно, есть, в рядах масонов он состоит с 1963 года.
— Это же скандал, — продолжал монсеньор Ройбер, — конгрегации поручат во всем этом разобраться. Здесь же имена кардиналов, епископов и высокопоставленных мирян, и не только из Рима.
— Здесь имена статс-секретаря и его заместителя, — холодно напомнил отец Матео, — так что могут не поручить.
— На что вы намекаете? — насупился епископ.
— На то, что архиепископ Ганьон два раза писал доклад о коррупции в Ватикане. И что, разве кто-то этот доклад прочёл?
— Но это ж совсем другое, — слабо возражал монсеньор Ройбер, — здесь имена конкретных людей, и их ославили на всю Италию.
— Вот и посмотрим, — только и сказал отец Матео, — время покажет, нужно ли кому-нибудь это расследование или нет.
С этого дня, прохаживаясь по коридорам и улочкам Ватикана, он принялся неустанно наблюдать за людьми, их лицами и жестами. Отец Матео прекрасно помнил весь список ложи и ватиканских служащих из него знал в лицо. И он начал сравнивать. Кто-то был зол, кто-то растерян, кто-то напуган, а кого-то просто веселило, что про него написали такую глупость, будто он масон.
Под вечер, направляясь к воротам Святой Анны, отец Матео увидел раздраженного епископа Марцинкуса и недовольного отца Паскуале Макки.
— Синдона, мерзавец, мутит воду, — шипел епископ на ухо Макки, и отец Матео следуя за ними поодаль, мог это слышать, — всё не может успокоиться в своем Нью-Йорке.
— Ты ошибаешься, Пол, — тихо отвечал ему папский секретарь, — он грозился опубликовать список пятисот своих вкладчиков, а не это.
— Но тогда кто его опубликовал?
— Не знаю Поль, не знаю.
Потом они сели в автомобиль с ватиканскими номерами и покинули пределы града, так и не заметив, шедшего за ними отца Матео.
На следующий день он отправился в кабинет кардинала Оттавиани «на чашечку чая». Обсудить было что.
— Сколько пап за двести с лишним лет разоблачали масонство, — сетовал кардинал, — сколько булл было написано, а теперь всё словно забыто.
— Мне кажется, — поделился сомнениями отец Матео, — что этот список верен лишь отчасти. Если половина информации правдива, то другая абсолютно не имеет никакого отношения к действительности.
— Интересное замечание, — признал кардинал. — Но если имена подлинных масонов смешаны с именами безвинно оклеветанных людей, зачем тогда публиковать в печати такой список?
— Кто знает? Может для того, чтобы внести смятение, запутать, сбить с толку. Те, кто найдут своё имя в списке ватиканских масонов, при этом масонами не являясь, будут считать его не более чем шуткой, а всех упомянутых — невинно оклеветанными, даже если это вовсе не так. А может список опубликовали для того, чтобы намекнуть посвященным, что в следующий раз вместо подставных имен появятся другие, более чем подлинные.
— Так вы думаете список неполный?
— Одна знакомая нам обоим княгиня то ли в шутку, то ли всерьёз, сказала, что в ватиканской иерархии масоны могут иметь сан выше кардинала. Так что, кто знает?..
— Вы правы, — безрадостно согласился кардинал, — Этот список — полуправда, которая хуже лжи. А что статс-секретариат?
— Как и в случае с досье архиепископа Ганьона — молчит.
— Очень интересно. Что, совсем никакой реакции?
— Может реакция и есть, а может до конгрегации по делам духовенства она просто не дошла. Вот если предположить, чисто гипотетически, что статс-секретарь Вийо и вправду масон, а его заместитель Бенелли попал в список случайно, то не удивительно, что заместитель статс-секретаря список в серьез не воспринимает, а сам статс-секретарь считает лучшим выходом из положения всё замолчать и ничего не предпринимать. Или, опять же чисто гипотетически, можно поменять их обоих ролями — молчание объяснится так же. Ну а если они оба оклеветаны, то тем более. На самом деле вы правы, список очень коварен и особой пользы никому от него нет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
