– Нет? Почему нет? Ты сделал эту штуку… ты видел, что она работает… ты знаешь, что ему нужна моя кровь…
– Нет. Она работала с водой, а не с кровью. Я не знаю, как тебе это сказать. В ту же ночь, как только мы это сделали, я испытал ее. Мне нужна была уверенность. – Он задрал рукав и показал ей шрам на внутренней стороне локтя. – Я наполнил это устройство своей собственной кровью. Через клык прошло всего несколько капель, и все. Твоя кровь, как и моя, свертывается. Она очень быстро свертывается в клыке. У меня нет даже возможности прочистить канал. Нет ничего такого тонкого, чтобы можно было протолкнуть через него.
Когда он говорил, лицо Юдит помрачнело, но теперь уже без того выражения безнадежности, которое было при первоначальном шоке. Она ответила после короткой паузы:
– Хорошо. Я буду держать его в тепле и покое и покормлю, как только он проснется. Но Марк, дорогой мой, – ее рука взяла руку мужа и сжала ее так сильно, как это не делал еще ни один мужчина, – ты должен найти выход. Ты же веришь, что выход можно найти. Я не так в этом уверена, поэтому найти выход должен ты… должен… он все, что у нас есть…
Она отпустила руку и присела рядом с Киросом. Марк кивнул головой.
– Я найду. Я сделаю все, что смогу, – он задумался, потом заговорил с девушкой, которая все это время стояла в пещере и внимательно слушала. – Элита, сделай так, чтобы все время была готовая пища. Мы сами должны есть даже против нашего желания, и мальчику, когда он придет в себя, потребуется пища.
Ни слова не говоря, девушка подчинилась, но ее глаза постоянно переходили то на Кироса, то на Юдит, то на Марка. Марк сел в отдалении от остальных и задумался. Трудно сказать, сколько часов прошло.
Его вернул к действительности голос Элиты.
– Вы должны поспать, госпожа. Я пригляжу за ребенком.
– Я не могу оставить его, – дрожащим голосом ответила Юдит.
– Вам не надо оставлять его. Я могу принести вашу постель сюда. Я могу поглядеть за ним, пока вы спите, а если потребуется, то разбужу вас.
Марк ожидал возражений, но Юдит, ни слова не говоря, улеглась на расстеленные служанкой одеяла. Это уже было облегчение. До того он боялся уходить, не зная, что может потребоваться жене. Пока она спит, он может пойти поработать. Он прошел в свою мастерскую, присел перед верстаком, поставил перед собой воронку с трубкой и задумался.
Элита была совершенно права. Сон необходим.
Он внезапно проснулся, сообразив только две вещи: в его ухо что-то кричал девичий голос, а его плечо отчаянно трясла девичья рука, воронка с верстака исчезла.
– Хозяин! Господин! Идемте… идемте скорее!
Он вскочил на ноги, мельком взглянул в лицо Элиты и поспешил за ней в главную пещеру, насколько позволяли его еще слегка занемевшие конечности. Ему можно было не спешить.
Кирос лежал, как его и оставил Марк. Юдит присела около него, когда Марк приблизился, она ничего не сказала и не двинулась. Золотая воронка лежала рядом с голой рукой ребенка. Трубка была под углом перерезана, а ее конец запачкан. На руке ребенка, как раз в том месте, где Марк брал кровь для своей неудавшейся пробы, был разрез. Клыка нигде не было видно.
Он подобрал отрезанную трубку. Крови в чаше не было, и не было следов, что она там когда-то была. Но Киросу кровь уже была не нужна.
Довольно долго Марк и девушка, так же как и женщина, молчали. Юдит, казалось, не замечает их, но вот она заговорила. Она произнесла только три слова, на которые у Марка не нашлось, что ответить.
– Это я сделала.
Она медленно встала на ноги. Муж попытался положить руку ей на плечо, но она молча стряхнула ее и удалилась в свою спальню.
В следующий полдень, когда Марк вернулся от четвертой могилы, она вообще исчезла из пещеры.
Ее исчезновение моментально прогнало оцепенение, которое охватило его, когда он впервые увидел мертвое тело своего последнего ребенка. Он внезапно осознал, что есть и другие вещи, ради которых стоит жить.
– Элита! – его голос слабо прокатился по залу, но девушка услышала и побежала на зов. Когда он услышал ее шаги в тоннеле, то спросил: – Когда ты последний раз видела ее?
– Только… только когда она пошла к себе в спальню прошлой ночью, – запыхавшись, ответила девушка. – Что случилось?
– Не знаю. Ее нет.
– Я уверена, что не в саду. Я позвала ее, когда вы принесли сюда малыша, но она не ответила. Я решила, что она спит, и не стала ни проверять, ни звать снова. А вы не смотрели в мастерской? Или, может, она пошла к ручью умыться.
– Еще не смотрел. Иди, посмотри ее в мастерской, а я схожу к ручью. Поспеши!
Он вернулся через несколько минут и обнаружил, что Элита уже его ждет. Девушка сообщила, что Юдит нигде нет, и что пропала одна лампа.
– Тогда она, наверное, пошла в сад камней, – сказал Марк. – Оставайся здесь, чтобы помочь, если она вернется. А я сначала проверю путь к выходу. Вернусь через несколько часов.
– Но, господин… – Элита начала было говорить, но замолчала на полуслове.
– Что? – нетерпеливо спросил он.
На какое-то мгновение девушка растерялась, как бы набираясь храбрости.
– Я могла пропустить ее, если она тихо шла по саду. Может быть, она… пошла в другое место?
– В какое еще другое место?
– Туда, куда вы ходите поздно по ночам.
– А ты откуда знаешь?
– Я видела вас много раз.
Марк хотел расспросить ее подробней, но все же заставил свои мысли вернуться к насущным проблемам.
– Ты ей об этом говорила?
– Нет, господин.
– Тогда я не пойму, почему она может быть там, она же не знала, что я туда хожу. Я поищу там, если больше ничего не останется, но, на мой взгляд, выход из пещеры более вероятен. Подожди.
Он исчез из поля зрения девушки в проходе, который вел через сад камней.
Марк торопливо шел по проходу, обращая больше внимания на проблески света, чем на те опасности, которые могли его там подстерегать. Только работа подсознательной памяти спасла его от опасного падения. Были места, где пол был мокрым, в этих местах он прилагал все усилия, чтобы найти следы своей жены. Но когда достиг входа в пещеру, он так и не обнаружил следов жены.
У входа в пещеру он внимательно поискал лампу, которую его жена, если она прошла этот путь, должна была бы оставить здесь. Но никаких следов лампы тоже не было видно. Он осмотрел овраг на предмет следов или каких-нибудь других признаков, что здесь была Юдит. Он не был ни опытным охотником, ни следопытом, все его знания в этой области состояли из остатков детских навыков, но когда он закончил, то был почти уверен, что Юдит этим путем не проходила. Как только он пришел к этому выводу, поспешил обратно в пещеру.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
