Именно таково было первое впечатление Ла Рока, а его представления о галактике не сводились к фотографиям. Собственно, он привык к межпланетным, а не к межзвездным перелетам, но потеряться внутри системы какой-нибудь звезды почти также легко, как и между ними. Когда же ему стало абсолютно необходимо на время исчезнуть из виду, он неожиданно решил, что в небольшой семейке Солнца для него слишком тесно.
Приобрести корабль, даже легально, совсем не сложно; перелеты от Солнца до ближайших звезд – дело обыкновенное, и единственным затруднением для частных путешествий являются обычные таможенные преграды. Ла Рок же намеревался совершить совершенно частное и даже тайное путешествие.
Он купил корабль; событие, вынуждавшее его отбывать столь срочно, снабдило его достаточными финансами. Корабль был невелик: обычный флаер для перелетов второго порядка, представлявший собой металлическое яйцо футов семьдесят в длину и тридцать в диаметре в самом широком месте. В нем были два обязательных конвертера второго порядка, любой из которых мог поддерживать корабль с шестьюстами тоннами груза во время межзвездных перелетов на сверхсветовой скорости. Истинная его грузоподъемность, разумеется, была далека от этой цифры. Конвертеры работали на ртути, но могли быть перенастроены на потребление любого умеренно плотного металла с низкой температурой плавления.
Ла Рок предпочитал скрываться в толпе и поэтому для отправки выбрал шумный и людный порт Аллахабад. И одним поздним июльским вечером, уже незадолго до полуночи, направляющий луч вывел его корабль за пределы земной атмосферы; к часу ночи он отключил автоматическое управление, направил тупой нос своего корабля на центр ковша Большой Медведицы, проверил свой выравниватель и отправился в полет второго порядка. Вселенная вокруг него оставалась в некотором роде видимой, но аберрация изменила ее вид до неузнаваемости. Звезды качнулись вперед; когда скорость вчетверо превысила скорость света, они все собрались в круг с центром на пути его движения и дугой чуть больше восьми минут. Прямо впереди было Солнце, и оно мешало хоть как-то разглядеть его цель через телескоп.
Ла Рок не был навигатором и об астрономии знал не больше чем обычный образованный человек его времени. Хотя звезды-маяки – Ригель, Денеб и Канопус – были видны из любой части галактики, в которой мог оказаться корабль, для него они были бесполезны. Его единственная надежда вернуться, в конце концов, на Землю заключалась в приборе, который каждый час автоматически снимал на долю секунды поля второго порядка, фотографируя при этом небо позади корабля. Даже это будет бесполезно, если его занесет в район с низкой звездной плотностью, где пленки не зафиксируют поблизости каких-либо узнаваемых объектов, по которым можно найти обратный путь. Он прекрасно понимал это и потому направился примерно в центр галактики. Он был более-менее уверен, что найдет подходящую для жизни планету; звезды без миров были скорее исключением, чем правилом. Миры типа земного встречались реже, но достаточно часто, чтобы принять несколько постановлений, направленных против неконтролируемой колонизации.
Сделав первый шаг в своем бегстве, он стал прикидывать возможные варианты действий представителей закона. При удаче способ его побега установят не раньше, чем через месяц, поскольку известно, что в космической навигации он не разбирается, а корабль не станут искать, пока не пройдет достаточно времени, чтобы слетать на Тау Кита и обратно – именно это место он назвал в Аллахабаде местом своего назначения. Вычисление направления, в котором он действительно отправился, займет еще день-два, когда просмотрят записи в обсерваториях, наверняка отметивших его «фарватер». После этого времени останется немного: любой крейсер Лиги соответствующих размеров за два-три дня покроет все то расстояние, на которое он сможет оторваться за этот месяц. От преследования никуда не деться: скорость двигателя второго порядка неизбежно зависит от его размера.
Поэтому и необходимо найти укрытие. Планету, где его корабль можно будет закопать или скрыть как-нибудь иначе, после чего вряд ли его найдет и целая сотня кораблей Лиги – если только там нет обитателей, которые некстати запомнят посадку. Такой мир можно найти, блуждая наудачу, но за ближайший месяц он может покрыть только ограниченное расстояние; в том направлении солнц не так уже много, сообразил он. Он достал гелиоцентрические карты и стал искать по ним.
Этому нет никакого оправдания. Надо было заранее предусмотреть место назначения, прежде чем улетать, – разобраться с расположением планеты. «Дела» он всегда планировал тщательно и вдумчиво; посмеивался, когда не столь осторожные коллеги, не последовавшие его примеру, отправлялись на более или менее длительный отдых в исправительных заведениях Лиги. Невозможно понять, почему он не применил тот же подход к межзвездным перелетам. И ведь не применил же!
Приложения к картам оказались весьма полезны. Звездные системы были сгруппированы по прямому восхождению, склонению и удаленности; ему просто надо было найти нужную страницу, где приводился общий список всех систем, имевшихся поблизости от его маршрута.
Там было двенадцать солнц, образовывавших семь систем, лежащих в пределах светового года от его курса – расстояние, которое он мог преодолеть за месяц. Поразительно большое число: в цилиндре диаметром в два световых года и длиной в тридцать пять световых лет вполне могло не оказаться ни одной звезды. Большинство из имевшихся звезд, конечно, были «мертвыми», обнаружимыми только с близкого расстояния. У шести из них были планетные системы, но эти планеты, без исключения, имели температуру поверхности ниже точки замерзания ртути. Вот невезение! Чтобы выжить на такой планете, ему придется оставаться в корабле и тратить его энергию на тепло и освещение. Даже такое слабое излучение означало, что его быстро обнаружит корабль Лиги, которому достаточно пройтись над поверхностью планеты. Нужно найти место, где в его корабле будет поддерживаться пригодная для жизни температура даже при отключенных конвертерах. Без света переживу, решил он.
Конечно, это не было бы проблемой для пилота с хоть каким-то опытом. Корабль с легкостью можно было бы пустить по круговой орбите любого желаемого радиуса вокруг одной из звезд. К сожалению, есть определенное соотношение между массой звезды, желаемым радиусом орбиты и начальной тангенциальной скоростью корабля. Этого простого соотношения Ла Рок не знал. Метод проб и ошибок здесь не годился; ошибка могла поначалу оказаться совершенно незаметной, но привести к необходимости исправления ее как раз в тот момент, когда его будут искать поблизости. Корабль продолжал путешествие, а на хмурящемся лице Ла Рока все появлялись новые морщины.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
