— Конечно, соглашусь.
— Замечательно… но перед этим ты поклянешься сохранить в тайне то, что сейчас узнал.
— Клянусь, Владетель, — Раф клятвенно поднял руку, — от меня ни одна живая душа не узнает, о том, что Вы мне сейчас рассказали или расскажите. За исключением самой Владетельницы, конечно.
— Это, само собой разумеется, от нее можешь не скрывать, что знаешь о ней. Ей так легче будет. Да, еще… Сразу в логово дракона не суйся… сначала разузнай все… и магию постарайся не использовать, чтоб он тебя сразу не засек. Твоя задача найти ее и диадему ей передать, а дальше она должна сама справиться. В крайнем случае, если дракон тебя поймает раньше, чем ты успеешь ей диадему передать, отдай диадему дракону. Со временем она сумеет заставить его, возвратить ее ей.
— Хорошо, я понял.
— Тогда подумай, что тебе может пригодиться в северных горах и отдохни, а завтра утром я отправлю тебя туда.
— Нет, Владетель, — Раф отрицательно покачал головой.
— Что значит: нет? — рявкнул Маграт, вставая с кресла.
— Отправьте меня туда сегодня. Она абсолютно беспомощна. Он может сделать до утра с ней что угодно, даже убить.
— Не убьет, — Маграт усмехнулся, — Она нужна ему совсем для другого… Мучить может и будет, чтобы заставить ему подчиниться, но убивать не станет. Однако моя дочь сильная, она выдержит. И не только до утра… Тебе же необходимо отдохнуть перед дорогой. Иначе вместо пользы, ты лишь осложнишь и без того непростое ее положение. Так что не спорь.
— Откуда Вы знаете, что выдержит?
— Ее учили этому. Она очень многое может вынести.
— Вы мучили родную дочь, заранее приучая ее к такому?
— Не я… — Владетель отрицательно покачал головой, — Ее учителя.
— И Вы позволяли им это?
— Не я, — вновь повторил Владетель, и с усмешкой добавил, — Она сама позволяла… Она знала, что стоит ей только пожаловаться, любой ее учитель будет тут же мучительно казнен. Да даже она сама могла казнить любого, однако ей ни разу не захотелось этим воспользоваться.
— Вы… Вы… — у Рафа перехватило дыхание, он даже слова подобрать не мог, чтобы охарактеризовать действия Владетеля.
— Не ищи слов, побереги язык, — нахмурился Маграт и предостерегающе поднял руку, — Я — Владетель империи и воспитал достойную наследницу, и не тебе судить меня.
Стиснув зубы, Раф отвел взгляд. Он понял, что если сейчас не сдержится, Владетель такого поведения ему не спустит… И язык это будет меньшее, с чем он может тогда распрощаться.
— Вот и молодец, — тихо произнес Владетель, — это радует, что ты сообразительный, и мне не пришлось искать кого-то другого, чтобы послать к ней.
Он прошел в дальний конец комнаты, достал из большого резного шкафа красивую, но изрядно запыленную бутылку и кубок. Поставил кубок на маленький столик рядом со шкафом. Открыл бутылку и, наполнив кубок до краев, вновь убрал ее в шкаф. Затем замер над кубком, распевно произнося заклятье, после чего повел над кубком рукой. Под его ладонью вспыхнуло голубоватое сияние, и напиток заискрился. Маграт поднял кубок и, шагнув к Рафу, произнес:
— Выпей, это поможет тебе освоить язык уртов и прибавит сил.
По глазам Владетеля Раф понял, что отказаться нельзя. Он принял кубок и залпом выпил.
Маграт удовлетворенно кивнул, забрал у него из рук кубок и убрал в шкаф. Затем обернулся и хлопнул в ладоши. Дверь тотчас отворилась, и на пороге появился слуга.
— Его в апартаменты для гостей, и чтоб охрана глаз с него не спускала. Если ему что понадобиться мне доложишь, — произнес Владетель, кивком указывая на Рафа.
Слуга с поклоном посторонился, пропуская Рафа, Выйдя из покоев Владетеля, он повел его по мрачным коридорам дворца, махнув рукой охранникам, которые тут же последовали за ними.
Апартаменты для гостей оказались огромным залом со спальней, ванной комнатой и небольшим уютным кабинетом с письменным столом и двумя креслами. Раф сел в одно из кресел и задумался. Ему надо было переосмыслить полученную от Владетеля информацию и выстроить свою линию поведения в сложившейся ситуации.
Владетельница Лорена оказалась драконом, который ему очень нравился и которому он был благодарен. Однако при этом выяснилось, что сама она постоянно ему лгала и обыгрывала его словно маленького ребенка. Но с другой стороны Къяра никогда и не скрывала, что хорошо умеет лгать, предостерегала его и даже открыто предупреждала, что б он "не верил глазам своим".
Самым поразительным было то, что когда она говорила правду, например про ее учителей, он не верил ей. А как только начинала лгать, он верил, не задумываясь.
Получалось, что Къяра была откровенна и в то же время скрытна, ее правда переплеталась с ложью, и было непонятно, где заканчивается одно и начинается другое. Она была загадочна и непостижима.
И самое необъяснимое было то, что это делало ее лишь еще более восхитительной, привлекательной и прекрасной в глазах Рафа. Мысли о ней притягивали теперь его как магнит, он даже думать ни о чем кроме нее не мог.
Воображение постоянно рисовало ему картины недавнего прошлого: Вот она на поляне, с мечом в руках, с развивающимся хвостом черных волос. Вот она стоит на краю расщелины, а ветер треплет ее черно-серый брючный костюм, и мановению ее руки подчиняются мощные потоки магической энергии. Или она на крыльце дома Виарда, в черно-сером с серебром парчовом платье недовольно кривит губы и отводит взгляд.
И тут Рафу в голову пришла мысль, что любимые цвета Къяры: черный и серебристо-серый были отнюдь не случайны… это цвета ее дракона, ее настоящие цвета.
А потом в его голову пришла совсем другая картина. Огромный коричневый дракон мучает ее, заставляя подчиниться и покориться ему… Этот ярко представленный им образ был невыносим. Раф помотал головой, отгоняя неприятное видение, и отправился в спальню, чтобы попытаться уснуть, а завтра утром решить, что ему может потребоваться в северных горах и быстрее отправиться туда, чтобы постараться хоть что-то сделать для Къяры.
14
Раф стоял у входа в пещеру где, как он теперь знал, жил дракон уртов. Урты поклонялись ему как божеству, и площадка под отвесным склоном, который предохранял вход в пещеру от непрошеных гостей, была уложена богатыми подношениями.
Владетель открыл выход магического перехода на вершине горы. И Рафу пришлось с помощью веревки и крючьев медленно спускаться вниз.
Спускаясь вниз, Раф ругался про себя, на то, что Владетель переместил его не к подножию горы, а забросил на вершину. Однако теперь, смотря на отвесную стену перед входом, он понял, что это было правильное решение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
