– А-а-а, ну, как у всех людей. Ладно. Только втроем на одном коне не поместимся.
– Поместимся, – возразила она. – Мы все трое не толстые.
– Все равно неудобно втроем, – сказал он. – А коня можно добыть только далеко внизу. В долине. Спереди или сзади.
Она спросила:
– А куда ближе?
Он задумался, в это время из одеяла пропищал спасенный:
– Ближе всего к Тинналанду.
Ютланд буркнул:
– А что это?
– Наша страна, – ответил тихохонько детский голосок.
Ютланд сказал враждебно:
– Не слышал о такой.
– Она закрыта для людей, – проговорил тихонько эльф. – И для тварей этого мира.
– Магией закрыта? – уточнил Ютланд.
– Да…
Мелизенда смотрела непонимающе, а Ютланд кивнул с хмурым видом.
– Тогда, значит, никто о ней в окрестных краях не знает. А как туда добраться?
Эльф спросил настороженно:
– А тебе зачем?
Мелизенда вскрикнула:
– Он помочь тебе хочет! Отвезти туда!
– Я этого не говорил, – возразил Ютланд.
– Я же вижу, – сказала она пылко. – Инниэль, как тебя туда доставить?
Эльф посмотрел на обоих исподлобья.
– Тебе скажу, – произнес он тоненьким голоском, – а ему… нет. Он черный и страшный. В нем зла больше, чем камней в этих горах.
– Глупенький, – возразила она ласково, – мы же с ним вместе. Я не могу тебя доставить, меня он тоже спас и везет домой. Но я из Вантита, туда еще далеко, а твоя страна, говоришь, рядом?
Эльф поколебался, все еще смотрел с недоверием, наконец произнес тихо:
– Вы слишком разные… Он – само зло. Я не знаю, как это вы вместе…
– Ты еще совсем маленький, – сказала Мелизенда рассудительно. – А мы уже почти взрослые. У взрослых все иначе. Злые и черные не всегда злые и черные, если они… ну, не одни.
– Не понимаю, – упрямо сказал эльф, – но тебе верю. Если так говоришь, то… моя страна вон за той горой с раздвоенной вершиной в виде седла. Вход в нее закрыт, но я знаю особое слово…
Ютланд сказал саркастически:
– Ну-ну, и вот однажды, пока взрослые тебя не видели, воспользовался своим словом и тайком выскользнул в этот мир, чтобы поглазеть на диковинки!.. Так что не такие уж мы и разные, сопливый и не такой уж и светлый эльф.
Эльф молчал, уронив голову, плечи тоже опустились. В глазах заблестели слезы.
– Нас было двое, – прошептал он.
– И где второй? – спросил Ютланд.
Мелизенда уточнила:
– Или это была девочка?
– Нет, мой друг Чинаэль… Когда за нами погнались, мы бежали так быстро, что потеряли друг друга. Но я убегал от одних, наскочил на других…
– Мальчик, – протянул Ютланд, – ну, мальчика не так жалко.
Мелизенда посмотрела с упреком.
– Мне всех жалко!
– Девочку было бы жальче, – сказал Ютланд равнодушно. – Не знаю почему… Ладно, давайте все на коня, а там посмотрим.
Эльф посмотрел на Алаца и содрогнулся всем телом, а когда к нему подошел хорт и начал с подозрением обнюхивать, закрыл глаза и привстал на цыпочки, словно надеялся взмыть в облака.
Ютланд поднялся в седло, протянул руку, но Мелизенда подала ему сперва заодеяленного эльфа, а потом поднялась сама. Ютланд пересадил ее за спину и сунул в руки спасенного.
– Готова?
– Да, – ответила она с беспокойством. – Только не гони, а то я теперь не держусь…
– Так держись!
– А кто будет держать Инниэля?
Он недовольно буркнул что-то себе под нос, Алац двинулся шагом, затем рысью, но чувствовалось, что старается не делать резких рывков, даже когда перешел на галоп.
Глава 13
Вскоре начался незаметный спуск. Горы впереди исчезли, и хотя пока еще не видно долины, однако впереди безбрежная синь неба, облака, а не угрюмые каменные стены.
Дорога пошла резкими изломами, то поднимаясь, то падая, даже не дорога, а то единственно проходимое место, каким эльфенок пробрался от скрытого входа в свою зачарованную страну.
Ютланд начал ворчать, слишком далеко, не дурачит ли этот червячок, новых ловушек только недоставало, но он завозился в руках Мелизенды и пропищал:
– Вот эта стена!
Ютланд молча направил туда Алаца. Каменная стена вздымается чуть ли не до небес, огромная, древняя, изъеденная ямками и щербинами. Все звериные тропки заканчивают здесь свой долгий бег, ударившись с размаху в эту несокрушимую твердь.
Эльф сказал тоненьким голосом:
– Это… здесь.
Мелизенда поцеловала его в щеку и спустила с коня на землю.
– Тогда беги.
Ютланд буркнул:
– Но, если нужное слово вдруг выбили из твоей дурной головы… возвращайся.
Эльфенок подбежал к стене так торопливо, что ударился о нее, быстро уперся обеими руками и лбом, прокричал нечто звонким голосом невообразимо длинное слово, которое Ютланд при всем желании повторить не смог бы.
Раздался треск, земля дрогнула. Алац беспокойно ржанул и переступил с ноги на ногу, а хорт отпрыгнул. В стене пробежала вертикальная трещина, углубилась, обе половинки начали раздвигаться в стороны.
По ту сторону беспощадно ярко и непривычно засверкала радостная молодая зелень, такая неожиданная после этих скучных сырых скал и нагромождения камней, блеснуло удивительно синее небо, так еще и яркое солнце, хотя на этой стороне темные тучи…
Эльфенок заорал счастливо и с растопыренными руками вбежал в свой мир.
– Ну вот и все, – сказал Ютланд, – одно сопливое существо отвез, осталось другое.
Он повернул коня, Мелизенда промолчала, уже ухитрилась привыкнуть к эльфенку и чувствовала грусть.
Алац сделал два шага, изготовился к галопу, как вдруг сзади раздался голос:
– Стоять!
Ютланд повернул голову. Из широкой трещины высыпало с десяток стройных лучников в серебристой одежде, все с наложенными на тетивы стрелами, все целятся в его спину.
Он медленно повернул коня, Мелизенда закричала возмущенно:
– Вы что?.. Мы же вернули вам потерявшегося ребенка!
Один из лучников сказал без вражды, но непреклонным голосом командира:
– Таков закон. Сойдите на землю… и медленно идите сюда.
Ютланд нахмурился, Мелизенда старалась не встречаться с ним взглядом, зря его не послушала, сейчас были бы уже на дороге к Вантиту.
Лучники расступились при их приближении, один властным взмахом руки красноречиво указал, что надо идти через трещину. Все стрелки, как рассмотрел Ютланд, очень стройные, гибкие, как молоденькие девушки, ясноглазые, на вид слабые, однако луки в их руках большие и тяжелые, а стрелы со стальными наконечниками, острыми, как иглы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
