Пару десятков секунд я уворачивался, не давая ему загнать меня. Работа ног — это одна из первых вещей, которой меня учил тренер на факультативе. Да и Сергей эту науку вбивал. Я легко порхал по матам, не давая по мне попасть, чем бесил противника. Он тяжелый и неповоротливый.
Я не спешил, отслеживая изменения. Поединок не лучшее место, где это надо делать, но с другой стороны… Как, если не здесь, проверить, что изменилось во мне?
Убедившись, что я стал быстрее, перешёл от уверток к нападению. Тяжелая рука Кирилла летела мне в голову, когда я пригнулся и выбросил ему кулак в живот. Ага, мои удары стали сильнее, вон как парень скривился… А раньше бы он этого и не почувствовал.
Больше не сдерживаясь, я включился в то, что называется старой доброй рубкой. Это когда нет стратегии и позволяешь телу действовать самому. Главная фишка — расслабиться и не мешать.
Только вот ничего не получилось. Драка продлилась секунд десять, а потом Кирилл как-то неожиданно слёг. Нарвался полным ходом челюстью на кулак и… оказался не таким крепким, как я думал про него.
Остановившись, я недоуменно уставился на противника. Почему так легко?
Легкая победа. Легкая и бессмысленная, потому что я не проверил себя полностью, как хотел. Ну да ладно.
— Заберешь его? — глянул я на Тимура.
Тот кивнул угрюмо, но продолжать конфликт не захотел. Помог подняться другу и потащил его в раздевалку. Оставшись одни, Слава, который и не подумал свалить (а может подумал, но по каким-то причинам остался), подошёл ко мне.
— Эд, Эд! Ну ты крут!
— Ты чего здесь делал? — спросил я. — Как нос, кстати? Тебе бы умыться.
— А? — он было хотел пощупать нос, но, зашипев от боли, отдернул руку.
Выглядел парень… Как чувак с окровавленным лицом. Причем кровь он размазал.
— Блин… Да, надо бы умыться. Но там же эти… — глянул он в сторону раздевалки.
— Не думаю, что они тебя тронут. Но давай я с тобой схожу.
Раздевалка в спортивном комплексе большая. Пока шли, я видел двух парней, которые затихли при нашем появление. Пока Слава умывался, они собрались и свалили.
— Так что ты здесь делал?
— Ну… — смутился Слава, — Подкачаться хотел.
Глядя на щуплую фигуру студента в это было трудно поверить.
— А с этими как сцепился?
— Да они сами пристали. — скривился он, — Я думал, что один буду. Пришёл заниматься, а тут они заглянули. Сказали, что такому, как я, здесь не место.
— Прямо так и сказали?
— Ага, — с обидой опустил взгляд Слава. — Уроды.
— Трудно не согласиться. Ну ты не унывай. Лучше пошли заниматься. Тренировку никто не отменял.
— Может сегодня тогда не надо?
— Надо, Слава, надо.
Глава 15. Провокация
После тренировки я зашёл домой, скинул вещи, переоделся и отправился на урок вождения. Записался всё же в автошколу. Если никаких экстренных ситуаций не возникнет, то через месяц получу права. Для этого мне надо подтвердить навыки езды, сдать экзамен, пройти несколько врачей и… всё. Удивительно, но факт: при наличии денег этот вопрос можно значительно ускорить. Водить меня ещё Сергей учить начал, а изучить правила — никогда на память не жаловался. Достаточно пару раз прочитать, чтобы запомнить.
Как закончил, поехал в мастерскую, наводить последние штрихи на изделия. Речь про сотрудничество с Соболевыми. Мудрить слишком сильно не стал. Сделал несколько вариантов в стиле: чтобы блестело, выглядело круто и привлекало внимание.
На самом деле с некоторыми камнями работы почти и не требуется. Изумруды, сапфиры, рубины, бриллианты — они требовали минимального вмешательства, чтобы придать им необычность, на фоне общей красоты камней. Например, заставить сверкать или пульсировать в такт сердцу. С металлами тоже поработал. Придал им различные забавные эффекты.
Убедившись, что всё работает, как надо, собрал материалы в коробку и отправился на выход.
***В цеху Соболевых меня встретил главный мастер. Крепкий старик. Но крепкий он потому что жилистый, а вовсе не от больших мышц. Мне иногда кажется, что его самого кто-то отлил в печи, а потом сковал, как надо.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Показывай, — сказал он мне, когда мы оказались в его кабинете-мастерской.
С мастером меня свёл Соболев.
— Как скажете, Казимир Янович.
Открыв коробку, я аккуратно выложил содержимое и разложил перед ним.
— Чудеса, ничего не скажешь, — покачал старик головой, — Но это всё баловство. Готов сегодня урок продолжить?
— Конечно.
Познакомились мы с ним недели три назад. И как-то так вышло, что он поинтересовался моими навыками, я кое-что показал у них в мастерской, получив не особо высокую оценку. Ну и попросил дать мне пару уроков, раз так.
Так-то я обладал всеми навыками для работы в ювелирном деле. Как никак, опыт имеется. Но необходимый минимум не значит, что я соответствую высоким стандартам. Алхимику нередко приходится поработать руками, в том числе выковать что-то, или металл отлить, сделать гравировку, вырезать печати, камням форму придать. Но алхимик — это про практичность. Работа же ювелира требовала несколько другого уровня. Не более сложного, но более изысканного, со своими тонкостями. Эти тонкости я и осваивал, раз уж представился случай. Не то, чтобы это сильно нужно, скорее для общего развития пригодится.
Да и просто интересно.
Помещение, где обитал главный ювелир, делилось на две части: кабинетную и мастерскую. В кабинетной стоял большущий стол, на котором лежали, когда бы я сюда не приходил, актуальные чертежи и наброски проектов. Во второй зоне, в мастерской, находился необходимый набор для точечной работы. В здание были и другие мастерские, где велись основные и базовые работы. Я в них тоже бывал. В прошлые разы мы делали заготовки. Выбирали металл, плавили в тигле, смешивали с другими металлами, отливали формы… Потом гоняли бруски через фальцевальные катки, делая пластины… В итоге получились заготовки под кольца.
— Сегодня шлифовать будешь, — поставил задачу Казимир, — Пользовался таким станком когда-нибудь?
Спросил он это, когда мы забрали из его кабинета заготовки и принесли их в другую мастерскую, где, собственно, и занимались шлифовкой.
Что мне особо нравилось в нашей с мастером работе, так это то, что я увидел десятки новых устройств и инструментов, которыми пользовались ювелиры. Я когда заказ у князя делал, то не подозревал о существовании и половины того, что используют в мастерской.
— Нет.
— Тогда сначала смотри, как я буду делать.
Мастер установил первую заготовку в токарный станок, взял инструмент, включил машину… и начал работу. Я смотрел внимательно, подмечая детали. Как он держит резец, как управляет им, с какой силой нажимает. С заготовки снималась стружка и постепенно из грубой штуковины рождалось что-то более менее похожее на настоящее кольцо.
— Теперь ты, — встал он и уступил мне место, закончив с первым экземпляром.
Вздохнув, я уселся и взялся за резец.
Занятие оказалось несложное. Приноровившись, я быстро вошёл в колею, получил одобрение от мастера и следующие указания, что и как делать, чтобы добиться нужного эффекта.
С помощью алхимии трансформации можно было сделать то же самое гораздо быстрее. Почти… Надо начертить печать, вложить прилично энергии мира и хорошо представлять конечный результат. Иначе говоря, надо быть опытным алхимиком.
Но для меня был незыблем закон: всё, что можно сделать без алхимии, должно быть сделано без алхимии. Незыблемость его была двоякая. Какая-то часть меня уже начала задумываться о том, что это правило актуально для мира, где уровень энергии мира в разы меньше, а здесь, в этом мире, можно законом и пренебречь. Иногда…
Впрочем, это не означает, что не надо учиться работать руками. Чем больше я умею без алхимии, тем больше смогу с помощью неё. Это ещё одно не совсем очевидное правило.
