Тарона»), что таронцы еще не передали византийцам крепость Аидзеац и что он написал Льву о своем отказе занимать эту крепость. По этому поводу Адонц замечает, что таронские князья, у которых империя отняла их земли, продолжали по крайней мере до 975 года владеть там несколькими «заповедными» территориями, которые византийцы оставили им.
К письму, адресованному Ашоту III, присоединено другое, которое Иоанн Цимисхий послал армянскому ученому Леону Философу. В нем он приглашал Леона в Константинополь «вместе с Бабом Багратуни из области Андзевацик и протоспафарием Сембатом Торнеци». Император желал, чтобы они «провели беседу с нашими учеными и нашими философами». Речь явно идет о новой попытке византийцев вернуть армянскую церковь в греческое православие. Совещания по этому вопросу продолжались без больших успехов до самой гибели Византии. Матвей фактически подтверждает, что после возвращения Цимисхия на Босфор «наш армянский ученый выдержал в присутствии императора состязания со всеми учеными столицы, остался непобедимым в своих рассуждениях, ответил, ко всеобщему удовлетворению, на все поставленные ему вопросы, был осыпан похвалами и получил от императора в награду очень ценные подарки, а после этого, невероятно довольный этим приемом, вернулся в Армению к знаменитому семейству из Ширака», то есть к царю Ашоту III в Ани.
Царствование Сембата II
После Ашота III следующим царем Армении стал его старший сын Сембат II, который правил в Ани с 977 по 989 год. В самый день смерти Ашота Сембат был коронован в Ани. История дала ему прозвание Тиезеракал, что по-армянски означает «Хозяин мира» или «Покоритель». Несомненно, он был назван так потому, что ему представился случай объединить, по примеру отца, армянских правителей под своим началом против чужеземной угрозы.
По примеру своих предшественников Сембат II остался в истории и как строитель. Город Ани он перестроил. «Он засыпал рвы Ани и построил над ними круговую стену от реки Ахурян до долины, которую называют Цахкотсадзор („долина цветника“). Эту стену он построил из камней, скрепленных известью, а по бокам поставил бастионы и высокие башни. Эта стена, которая была намного выше старой, делая повороты, охватывала собой все пространство города. В ней были ворота из кедра, укрепленные железной обшивкой и большими, прочно вбитыми гвоздями. Он также заложил фундамент великолепной церкви в том же городе Ани под руководством архитектора Трдата, уже построившего церковь в Аркине, в резиденции патриархов». Армянский архитектор Трдат был большим мастером, поэтому именно ему византийцы поручили реставрировать собор Святой Софии в Константинополе, который был частично разрушен землетрясением. Закладки многочисленных построек продолжались в течение всего царствования Сембата II. Двойная стена вокруг Ани и круглые башни по ее бокам были построены за восемь лет. В 989 году, последнем жизни Сембата, был заложен собор, который был достроен в следующее царствование невесткой Сембата, царицей Катрамиде. И тоже в конце царствования Сембата II, в его предпоследнем, 988 году была начата на берегу восточного притока Ахуряна постройка монастыря Мармашен, основанного Ваграмом Пахлавуни. По словам Самуела Анеци, этот монастырь был достроен в 994 году, но более точная дата – 1029 год, она указана в надписи, которую изучал Броссе.
С тех пор Ани состоял из двух частей, заметно отличавшихся одна от другой, – «старого города, окруженного стенами, построенными царем Ашотом, и нового города – расширения, опоясанного двойной стеной во времена царя Сембата. И город не переставал увеличиваться, его население не умещалось в прежних границах и селилось за его стенами, и даже за особой стеной, построенной на расстоянии нескольких сот метров перед внешними стенами».
Недовольство Мушеха, царя Карса, и вмешательство Давита, Куропалата Таика
Сембат II был вынужден бороться со своим дядей Мушехом, царем Карса и Вананда[406]. Асохик рисует образ Мушеха не слишком светлыми красками: «Он не имел в душе никакого страха перед Богом. Он жил с куртизанками, которых богато содержал». Сембат II отнял у него крепость Шатик. Как писал Киракос Гандзакеци, эта крепость находилась в округе Джакатк, но место, где она стояла, ищут также в Шираке, возле Эрасхадзора. Тогда Мушех позвал себе на помощь могущественного северозападного правителя Давита, куропалата Таикского.
Давит, князь Таика, награжденный византийским титулом куропалата, происходил из той ветви семейства Багратидов, которая стала иберийской, то есть грузинской. Жители Таика, как указывал Галуст Тер-Мкртчян Фредерику Маклеру, несомненно, были армянами по происхождению. Если он и не прав, то древнейшие жители этих мест, народ таок (от которого Таик, иначе называемый Тао, и получил свое название), уже давно стали армянами по культуре и обычаям. Но поскольку жители Таика находились под влиянием Византии и так же, как их соседи грузины, приняли халкидонское православие, церковные писатели той эпохи, как армянские, так и византийские, считали их грузинами. О куропалате Давите нам известно, что он был правнуком царя Грузии Адарнасе II из рода Багратидов, правителя Кларджета, Колавера и местности Артахан, о жизни которого мы рассказывали раньше. В грузинской летописи сказано, что Давит был «сыном куропалата Адарнасе и внуком царя-куропалата Сумбата (т. е. Сембата) Багратида», а этот Сембат был сыном царя Адарнасе II и царствовал с 923 по 958 год. Из этого можно сделать вывод, что Адарнасе, отец Давита Таикского, был младшим в роду царей-куропалатов Грузии и получил удел поблизости от Таика. Мы еще узнаем, как Давит потом значительно увеличил этот удел.
Давит Таикский был типичным правителем с армяно-грузинской границы. Как правило, они были армянского происхождения (как раз таким и был Давит). Они отчасти становились грузинами по культуре, по крайней мере исповедовали, как грузины, греческое православие (без этого нельзя было сделать карьеру на византийской службе), но, несмотря на это, душой оставались почти вполне армянами. К тому же Давит, видимо, обладал сильным характером и был, в сущности, хорошим человеком. В «Грузинской хронике» он описан так: «Благочестивый, милостивый к беднякам, сострадательный, незлобивый, щедрый, большой друг монахов, великий строитель церквей, благодетель для всех».
И все же этот Багратид из младшей ветви рода, который исповедовал греческое православие, как и его ставшие грузинами родители, был очень рад стать третейским судьей в споре Багратидов из старшей ветви, оставшихся армянами и григорианцами. Он встал на сторону Мушеха, царя Карса, против Сембата II, царя царей из Ани. «Встав во главе грузинской армии, – рассказывает Асохик, – он повел ее против Сембата и встал лагерем в области Ширак у селения Бавац-Дзор („долина границ“)». Вместе с ним был Мушех, позвавший его на помощь.
Это вторжение заставило Сембата II вернуть Мушеху предмет спора – крепость Шатик. «Тогда был
