– Это уже намного сложнее. Но опять же, все упирается в деньги.
– Оказывается, дружище, сам побег организовать намного легче, чем потом позаботиться о полуголодных беглецах.
– Согласен. Мы абсолютно об этом не думали с тобой.
– Черт! Совершенно забыл самое важное! – хлопнул себя по лбу юноша. – Нужны тяжелый молоток и зубило, чтобы освободиться от железных оков.
Деятельное участие в делах друзей приняла Мама Джульетта, вернувшаяся с рынка. Она в доме перерыла шкафы и сундуки с одеждой, достала из шкатулки скромные семейные ценности. Если продать золотые украшения, которые дарил ей покойный муж, можно было на вырученные средства купить на первое время хлеба и продуктов. С одеждой для беглецов дело обстояло намного хуже. Видно, придется наведаться к старьевщикам и в поисках чего-нибудь приличного порыться в старом тряпье.
– Мама, можно еще продать мой офицерский кортик и награды деда? – предложил Макото, ласково обнимая за плечи мать.
– А не жалко, сынок?
– Жалко, конечно, все-таки дорогие сердцу воспоминания, но зато мы спасем хороших людей.
– К чему жить далеким прошлым, когда у меня теперь рядом есть ты и Торбеллино, мое настоящее сокровище, – сказала добрая женщина, ласково целуя в макушку сына.
На веранде появился молодой фрид.
– Макото, нужен надежный человек с крытой повозкой. Надо рискнуть вывезти часть гвардейцев из города в сторону форта Алармо.
– Есть такой человек! Но это очень опасно! Повозку может досмотреть стража при выезде через городские ворота. Сейчас там усилены посты. Надежнее переправить людей по воде на лодке или баркасе. Проплыть темной ночью вдоль берега, чтобы не заметили корабли эскадры Гавилана, стоящие на рейде. Сегодня же переговорю с хорошим знакомым, мы вместе когда-то служили на одном корабле. У Паретто старенький шлюп, доставшийся от отца. Правда, он на нем тысячу лет не выходил в открытое море.
– Да, этот вариант будет понадежнее, чем с повозкой. Только корыто не мешало бы осмотреть. Проверить снасти, обшивку, парус. Как бы оно не потонуло во время плавания.
– Не волнуйся, проверим, – заверил Макото.
– Я оставлю вас на пару дней, необходимо увидеться с Ферри. До моего приезда в колодец не спускайтесь. Еды беглецам на первое время хватит. А вернусь, посмотрим, что нам лучше предпринять. Может, у Ферри удастся одежду и денег раздобыть.
Торбеллино переоделся в рэдпероса, поколдовал у зеркала над своим лицом и вывел за ворота Гнедого. Вскочил в седло и напоследок оглянулся: у калитки стояли Мама Джульетта и грустная Лила, у ног которых вертелся юркий Корезо.
Миновав сторожевой пост у городских ворот, молодой фрид поскакал в сторону Бельканто.
Проезжая мимо Таверны Толстого Авидо, он обнаружил, что за ним неотступно следует черная карета, запряженная тройкой резвых коней.
«Уж не слежка ли, – подумал юноша. – Нет, навряд ли. С какой стати будут следить за лесным охотником?»
Но что странно! Когда он замедлял бег коня, черная карета тоже замедляла ход. Это показалось фриду подозрительным, явно карета прицепилась к нему неспроста.
– Хорошо, сейчас проверим, слежка это или нет, – сказал вслух Торбеллино, резко сворачивая с дороги в сторону березовой рощи, видневшейся справа.
В карете, преследовавшей молодого фрида, сидели наши старые знакомые: Восто, Силбато и Сабуэсо.
– Ну, теперь Торбеллино от нас не уйдет, – выдал Силбато.
– А с чего ты взял, что это он, – поинтересовался, зевая, Сабуэсо.
– Я его профиль из тысячи узнаю, несмотря на всякую там раскраску. Я его еще около таверны срисовал. У меня, знаешь, какая зрительная память на лица! – похвастался молодой агент.
– А мне кажется, что это простой охотник.
– Скажи, с какой такой стати рэдперосу болтаться здесь? Пусть у себя в дремучих лесах разъезжает.
– Ну, может, по каким-нибудь торговым делам приезжал в Ноузгей. Может, шкуру убитого медведя или леопарда привозил продавать, – высказал предположение коллега Силбато.
– Сам ты леопардовая шкура, Сабуэсо! Разуй глаза, на таком коне только воду развозить да кирпичи!
– Да, согласен, жеребец у него слишком тяжеловат для охоты. На таком хорошо в деревне землю пахать да грузы возить.
– То-то и оно, что это не рэдперос, а чертов Торбеллино.
– И чего ты заладил, Торбеллино да Торбеллино? Может, это какой-нибудь чудак из Мейби так развлекается.
– Сам ты чудак, Сабуэсо! – выпалил Силбато.
– А ты… а ты…, – обиженный Сабуэсо тщетно пытался подобрать для коллеги колкое словечко, но ничего не шло на ум.
– Хватит болтать, идиоты! – взорвался рассерженный Восто, оборачиваясь к спорившим подчиненным. – Заткнитесь оба! Лучше оружие проверьте!
Агенты примолкли, продолжая наблюдать за всадником.
– Братцы, смотрите, он съехал с дороги и улепетывает! Быстро в погоню! – заорал, не выдержав, Силбато.
– Молчать, болван! – прикрикнул старший группы и приказал вознице. – Продолжаем ехать, как ехали, по дороге.
– Восто, он же уйдет! – стал возмущаться подчиненный.
– Никуда он от нас не денется! Дорога в Бельканто одна. А он направляется именно туда! Проверяет нас, наверное, что-то заподозрил. Продолжаем движение, как ни в чем не бывало.
Проскочив до Бельканто, агенты остановились у полосатой будки сторожевого поста и стали ждать появления одинокого рэдпероса. Здесь они решили его арестовать и выяснить, кто он такой. Восто тоже стал склоняться к мысли, что это был переодетый Торбеллино.
Убедившись, что его никто не думает преследовать, Торбеллино, переждав в березовой роще с полчаса, вновь выехал на дорожный тракт. Не доехав до столицы километров десять, он свернул на проселочную дорогу. До молочной фермы брата Ферри было рукой подать. Бойцы, прятавшиеся на ферме, рады были вновь увидеть своего молодого командира. Им до чертиков надоело околачиваться без дела в коровнике, они рвались в бой. Новость о побеге из крепости боевых товарищей, привела их дикий восторг. Повстанческая армия выросла еще на двести опытных и отважных бойцов. Юноша отвел брата Ферри в сторону и рассказал о проблемах беглецов.
– Возвращайся, парень, в Ноузгей и не волнуйся. Завтра я доставлю туда мясо пары откормленных бычков и несколько мешков с пшеном и кукурузой. На первое время им провизии вполне хватит. Больше пока дать не могу, своих тоже кормить чем-то надо. С одеждой, увы, помочь ничем не смогу. Передам Ферри, может, он по своим каналам что-нибудь раздобудет.
– Меня здорово напрягает, что по пути за мной долго ехала какая-то подозрительная карета, пока я не свернул в рощу.
– Плохо, брат. Это похоже на слежку. Так что не рассиживай, собирайся в обратный путь. Ночью, думаю, тебе передвигаться будет безопаснее.
В Ноузгей юноша возвращался в хорошем настроении: пока гвардейцы полковника Осадо находятся в подземном туннеле, им не грозит голод. А с одеждой со временем вопрос все-таки решится.
Прождав у сторожевого поста впустую день и всю ночь, злые и голодные агенты помчались на карете в обратную сторону. Прочесали вдоль и поперек маленькую рощицу, где скрылся рэдперос. Но подозрительный всадник бесследно исчез, не оставив никаких следов.
– Черт! Куда же девался чертов охотник? – ругался Восто, не находя себе места. – Эх, надо было Флари с собой брать! Он бы точно тут что-нибудь разнюхал!
Когда наш герой спрыгнул с коня у калитки на Улице Кипарисов, к таверне Толстяка Авидо подлетела взмыленная тройка, запряженная в карету. Узнав у зевак, торчавших у заведения, что одинокий рэдперос уж три часа, как проехал, агенты охранки чуть не лопнули от переполнявшей их злости. После обеда старший сыщик отозвал в сторонку подшефных.
– Вот вам парни за моральный ущерб. Когда вернемся, о подозрительном всаднике шефу ни гугу, договорились? – сказал Восто, доставая кошелек и отсчитывая агентам золотые монеты. Задобрив недовольных провалившейся операцией агентов, он всю дорогу до Бельканто с угрюмым видом молчал.
«Все равно продадут, черти! – думал он, глядя в окно. – Особенно нет доверия зеленому шустрому Силбато. Что-то он в последнее время зачастил в кабинет Рабиозо».
Глава 32
Переброска гвардейцев к форту «Алармо»
Уважаемые читатели, вернемся же в сад Мамы Джульетты, посмотрим, что же там происходит. Если бы двор не был со всех сторон закрыт буйной зеленой растительностью, то соседи бы страшно удивились, увидев несколько огромных котлов, в которых варилась пшенная каша. Около них с большой поварешкой колдовал взмокший и раскрасневшийся Макото. Изредка в саду появлялась Мама Джульетта и придирчиво снимала пробу, иногда пожилую женщину заменяла общительная Лила, чему доморощенный повар был страшно рад.
Потом приготовленную еду Торбеллино в брентовых мешках переправлял через колодец в подземный ход, где его поджидали дежурившие гвардейцы. Они, забрав провизию, переносили ее в широкий туннель к своим товарищам.
