Все это классика военного искусства. Рокоссовский ее хорошо знал, ибо до начала войны неоднократно отрабатывал вопросы, связанные с форсированием водных преград. Однако обстановка не всегда позволяет осуществить все необходимые подготовительные к форсированию мероприятия, да и переправочных средств не всегда хватало, а потому приходилось использовать подручные средства. Но, независимо от этого, как мы увидим, Рокоссовский довольно успешно справился с решением такой трудной задачи, как форсирование Днепра.
Первыми его с ходу форсировали передовые отряды 13-й армии генерал-лейтенанта Н. П. Пухова. «Форсирование Днепра началось в ночь на 22 сентября, – вспоминал Пухов. – Картина этой переправы поистине незабываема. На лодках, паромах и плотах переправляли людей, орудия, пулеметы, боеприпасы. Все неудержимо стремилось на западный берег. Первыми достигли того заветного берега разведчики – сержант Сухарев и младший сержант Лысанов. Они отыскали места, удобные для высадки войск, добыли ценные сведения об обороне противника и вернулись обратно. Когда началась переправа передовых отрядов, Сухарев и Лысанов чувствовали себя на Днепре подлинными хозяевами. Тридцать шесть часов без сна и отдыха работали отважные разведчики, быстро и бесшумно переправляя людей на правый берег. За этот подвиг им было присвоено звание Героя Советского Союза[505]».
На следующий день соединения 13-й армии продвинулись на запад от Днепра на 35 км и захватили плацдарм на правом берегу Припяти. К этому времени южнее к Днепру вышли части 60-й армии. На рассвете 24 сентября, когда над рекой еще лежал туман, передовые отряды 60-й армии на плотах и рыбачьих лодках двинулись к правому берегу Днепра. Противник открыл по ним огонь из всех видов оружия. Несмотря на это, воины армии уверенно продвигались к противоположному берегу. Выйдя на берег, они сразу же вступали в бой, стремясь расширить захваченные плацдармы. На следующий день противник начал подтягивать подкрепления, чтобы сбросить в реку передовые отряды 60-й армии. Тяжелое положение создалось на участке форсирования 75-й гвардейской Бахмачской стрелковой дивизии генерал-майора В. А. Горишного. Он обратился к командарму с просьбой приостановить атаки и перейти к обороне. Однако генерал Черняховский приказал принять меры к расширению плацдарма. Одновременно он распорядился поддержать дивизию огнем артиллерии, а сам на лодке переправился на правый берег Днепра, чтобы на месте разобраться в обстановке.
Артиллерия, находившаяся на левом берегу Днепра, поставила неподвижный заградительный огонь впереди и на флангах частей генерала Горишного. Все попытки противника сбросить высадившиеся части обратно в Днепр успеха не имели. Плацдарм не только удержали, но и расширили. Вскоре генерал Горишный доложил об успешном захвате второго плацдарма в районе восточнее села Глебовка.
Армии правого крыла Центрального фронта (48-я и 65-я), наступавшие на гомельском направлении, вышли к р. Сож и овладели двумя небольшими плацдармами на ее правом берегу. К концу сентября войска Центрального фронта отразили контратаки, закрепились на захваченных плацдармах на реках Днепр, Припять, Сож и продолжали борьбу за их расширение.
Советские войска стремились не допустить отхода врага за Днепр, но не смогли. Манштейн вспоминал: «Противнику не удалось сорвать сосредоточения войск у немногих переправ через реку или отрезать их от этих переправ. Несмотря на его численное превосходство, он не сумел использовать благоприятной обстановки, которую создавало для него стягивание наших войск к переправам, для того чтобы форсировать Днепр крупными силами в стороне от этих переправ и тем самым не допустить создания намеченной оборонительной линии по ту сторону реки. То, что он захватил на нескольких участках плацдармы на противоположном берегу реки, при нехватке сил с нашей стороны нельзя было предотвратить[506]».
Командующий группой армий «Юг» счел своим долгом поблагодарить войска, которые отошли за Днепр. В приказе от 29 сентября генерал-фельдмаршал Манштейн отмечал:
«СОЛДАТЫ ГРУППЫ АРМИЙ «ЮГ»!
После многонедельных тяжелых наступательных и оборонительных боев армии группы армий отведены за Днепр, чтобы здесь на выгодной позиции снова остановить противника.
Противник, которого вы постоянно громили на голову в обороне и контрударах, не смог воспрепятствовать этому движению. Он смог лишь выиграть территорию ценой потерь, во много раз превышающих наши.
В том, что этот отход удался, через немногие переправы были вывезены огромные припасы, а все необходимые для противника военные объекты разрушены, заслуга всех войск, которые даже в критической обстановке храбро исполняя приказы своих командиров, отражали благодаря боевому умению численно намного превосходящего противника.
Проведение этой особо сложной операции является блестящим свидетельством военного искусства командиров и особенно работы штабов.
Выношу благодарность командованию и войскам за выдающиеся подвиги во время гигантского оборонительного сражения, проведенного этим летом.
То, что врагу, несмотря на его силы, не удалось нам помешать сделать то, что мы хотели, исходя из общей обстановки, является для нас залогом того, что мы выполним и новые задачи[507]».
Манштейн, говоря о военном искусстве своих командиров, был прав. Они сумели своевременно и организованно отвести свои войска и спасти их от полного разгрома. Но командующий группой армий «Юг» забыл упомянуть, что к отходу их вынудило успешное наступление советских войск. В ходе Черниговско-Припятской операции генерал армии К. К. Рокоссовский в очередной раз продемонстрировал, что он является мастером маневра. Он своевременно и быстро реагировал на изменения обстановки, переносил главные усилия фронта с одного на другое направление, где обозначился успех. Все это позволяло наращивать силу удара, вынуждая противника расходовать резервы и латать дыры на различных участках фронта. Войска генерала Рокоссовского продвинулись до 300 км на запад со средним темпом наступления 10 км в сутки. Они захватили ряд плацдармов, имевших большое значение для последующей борьбы за освобождение Белоруссии и Правобережной Украины.
После захвата плацдармов на правом берегу Днепра появилась реальная возможность для быстрейшего овладения Киевом. В первом часу ночи 28 сентября представителю Ставки ВГК маршалу Жукову и командующему Воронежским фронтом генералу Ватутину была направлена директива Ставки ВГК, которая требовала: «…Прочно закрепив за собой плацдармы на правом берегу р. Днепр, нанести удар в общем направлении на Кагарлык, Фастов, Брусилов и во взаимодействии с левым крылом Центрального фронта разгромить киевскую группировку противника и овладеть городом Киев. Не позднее 7 октября выйти на фронт Ставище, Брусилов, Фастов, Белая Церковь. К 10 октября, не прекращая дальнейшего хода операции, принять от Центрального фронта 13-ю и 60-ю армии и установить с ними к этому времени надежную связь[508]».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
