уголь, так как с его помощью можно было достичь более высокой температуры и прогорал он медленнее.
Разогрев печь, я приказала закрыть трубу металлической заслонкой. В дальнейшем кислород необходимый для горения подавался с помощью мехов из пристройки, сооруженной рядом. Заслонка открывалась лишь на несколько секунд, чтобы засыпать уголь и тут же закрывалась назад.
Мужчины, нагнетающие горячий воздух с помощью мехов, сменялись каждые полчаса. Чтобы огонь не потух им приходилось довольно активно работать на протяжении шестнадцати часов. Из-за того, что сегодняшний процесс длился довольно долго, я заранее приказала поставить у печей что-то вроде шатров, в которых можно было отдохнуть, поесть и поспать.
По-хорошему, пока варилась сталь, необходимости в моем присутствии не было. С этим делом вполне мог справиться Алеб с сыновьями и еще двумя парнями из моей охраны. Но я все же решила остаться, чтобы точно видеть, что никаких накладок не случилось. Кроме того, мне все равно делать было нечего. Ведь ближайший склон я уже обследовала и не один раз. В связи с чем, вчера мне так и не удалось обнаружить ничего нового. Это не значит, что с прогулки я вернулась с пустыми руками. Вот только, если я хочу найти еще что-то стоящее дополнительного внимания, мне не помешало бы, или подняться гораздо выше к вершине, или, прогуляться к соседней горе. Последний вариант был интереснее. Вот только рисковать и идти в поход одной, пусть и с охраной, но без мужа, я не хотела. Все же поездка в Сторгард показала мне наглядно, сколько неприятных, а то и опасных, встреч, может произойти в момент, когда ты их меньше всего ждешь.
Завершив с нагревом доменной печи, не раскупоривая ее, мы все отправились спать. Извлечь тигли можно будет лишь после полного, неспешного остывания. А это произойдет, не раньше, чем через десять часов. А то и позже.
Извлечь тигли мы смогли лишь через четырнадцать часов. Кто бы только знал, с каким нетерпением я ждала, когда можно будет вытянуть все емкости. Хотя, один человек все же испытывал почти все те же эмоции, что и я. И лишь мое высокое положение останавливало кузнеца от того, чтобы замучить меня вопросом, когда, ну, когда же. Но всему приходит конец. И нашему ожиданию также.
Стоило мне подать сигнал о том, что можно извлекать формы, как Алеб лично бросился разбирать заложенную камнями боковую дверцу. И каково же было мое разочарование, когда я увидела, что три тигля полностью раскололись, из-за чего их содержимое вылилось, сплавив между собой все емкости. Так что ни один из сосудов извлечь в целом виде у нас не получилось. Но кузнецу я сказала, что получившийся слиток надо будет выковырять из печи и использовать его в следующей варке.
Но это было не единственное досадное происшествие. Оказалось, что еще пять тиглей треснули. А это значит, что часть содержимого из них также вытекло. А даже если и нет, то вовнутрь поступал воздух, что уже меняло структуру металла. Несмотря на то, что это была неплохая сталь и ее можно использовать в создании многих полезных вещей, меч из этого материала получиться не самого лучшего качества.
Окончательно я не расстроилась лишь по одной причине - целых тиглей оказалось четыре. И один из них заполнялся кричным железом. А ведь именно на этот материал я возлагала самую большую надежду. И именно на него указала Алебу, уточняя, получиться ли из данного куска стали сделать меч. Вот только кузнец, ничего не мог мне гарантировать, пока не проверит ковкие качества выплавленного нами железа. Хотя при этом я видела, что руки мужчины, когда он держав в них полученный кусок сплава, дрожали, а в глазах было неверие.
Еще во время варки стали я поинтересовалась у кузнеца, видел ли он, когда учился, как мастер, плавил железо? Но как оказалось, его учитель не занимался этим делом. У них в селении была целая цепочка производственных процессов, поделенных между разными семьями, которые занимались своей узкой специализацией. Это было сделано специально. Так как наглядно демонстрировало всем важность и необходимость каждого рода. Одна семья добывала руку и плавила ее, вторая – изготавливала тигли, которые не трескались, выдерживая высокие температуры. Третья - используя полученный материал, варила железо, добавляя в нее, что-то свое, тем самым придавая необычные и неповторимые свойства металлу. И уже его учитель, из полученных слитков ковал меч. Тем удивительнее для кузнеца было, что я одна знаю всю цепочку по изготовлению стали. Ведь ни одна семья никому бы не рассказала свою часть секрета. Он бы еще понял, если бы я происходила из рода, в котором были маги металла, но он уже знал, что это не так. По взгляду Алеба, внимательно следящего за всеми моими действиями, было заметно, что у него не только возникло ко мне множество вопросов, но еще он стал сомневаться в том, что я свои знания могла почерпнуть в библиотеке при храме. Но все же кузнец не стал ничего у меня допытываться и лишь посоветовал быть осторожнее.
Завершив с плавкой железа, я вернулась в замок. Все что могла, я сделала. Стоять же над душой кузнеца, пока он будет вспоминать процесс изготовления меча, не видела смысла. Тем более, что это займет не день, и даже не два. Так что, взяв с него обещание, что при любом раскладе, независимо от того, получится создать оружие или нет, Алеб сразу же прибудет в замок, я отправилась домой. А еще я попросила кузнеца, когда он будет ехать в Дюршарс, взять с собой все то, что у него получится, или уже получилось, изготовить как из кричного железа, так и из всей той стали, что мы сварили сегодня. Думаю, Адер оценит наш совместный труд. И тогда мы уже вдвоем с ним обсудим, чем выгоднее всего будет торговать и что стоит запустить в производство. Но и это еще не все. Дело в том, что мне нужна будет помощь мужа в создании нескольких больших, жаропрочных емкостей для варки стали в промышленных объемах, а также отдельные доменные печи для них. Ведь за эти несколько дней, пока мы плавили руду и варили булат, я поняла, что тратить столько времени на получение пятидесяти килограмм железа, довольно глупо. Такой метод работы подойдет для изготовления эксклюзивных и дорогих вещей. А если я хочу поставить дело на поток, точнее металлопрокат и литье со штамповкой всевозможных изделий, чтобы заполнить ими рынок и хорошо заработать,
