class="title1">
376
В УА Гримо называет эти темы излюбленными предметами «застольных бесед», к которым Амфитрион данной ему за столом властью должен подводить гостей (УА, 305). Что касается тем, приемлемых для беседы не в узком кругу близких знакомых, но на большом обеде, где многие гости видят друг друга впервые в жизни, то их Гримо призывает отбирать еще строже: «В таких собраниях предпочтительно не говорить не только о предметах политических, но также о философических учениях и недавних происшествиях, о религии и богословии, о нравственности и безнравственности; всего этого светский человек мало-мальски осмотрительный касаться не будет, из боязни не потрафить Амфитриону либо возмутить слуг» (УА, 302–303). Точка зрения Гримо – взгляд человека, пережившего эпоху Террора и политических доносов; завсегдатаи салонов XVIII в., по замечанию новейшего исследователя, вовсе не чуждались разговоров о политике, под которой, впрочем, понимали не борьбу политических партий и не теоретические проблемы монархического и конституционного правления, а придворные и дипломатические новости (Lilti. P. 358).
377
Упоминание о «господине Настоятеле» – это, по-видимому, шутливая отсылка к монастырской трапезе (воспоминание о двух годах, проведенных в Домеврском аббатстве – см. примеч. 424).
378
В Новом Завете неоднократно упоминается горчичное зерно (см.: Мф. 13:31–32; 17:20; Мк. 4:31; Лк. 13:19; 17:6).
379
Имеется в виду свинья.
380
Античные врачи были уверены, что психические заболевания имеют причиной нарушение равновесия в головном мозгу между четырьмя основными жидкостями, наполняющими человеческий организм (см. примеч. 77); в частности, если мозг слишком влажен, это может являться причиной тихого помешательства.
381
См. выше в АГ–1 главу «Об индюках и индейках» (с. 177).
382
Сорт репы, выращиваемый в городке Френёз неподалеку от Парижа (современный департамент Ивелин с центром в Версале), считался одним из самых вкусных.
383
Уксусник Поль Савалет (ум. 1671) был прототипом честного уксусника Доминика из драмы Мерсье (см. примеч. 116). Его правнук Шарль-Пьер Савалет де Маньянвиль (1713–1797) занимал должность хранителя королевской казны в 1756–1789 гг.
384
Господин Май скончался в прошлом году после долгой и мучительной болезни. Задолго до смерти он передал бразды правления господину Аклоку, и почтенные сыновья этого последнего ведут сегодня дела на фабрике так умело, что, как мы уже сказали в нашем первом томе, продукция ее по-прежнему превосходна. Тень господина Майя не покинула созданное им заведение и, кажется, до сих пор руководит всем, что там делается (ГдЛР).
Об Аклоке см. примеч. 298.
385
1 франк или 1 франк и 25 сантимов.
386
Дижонскую горчицу ввел в употребление в начале 1750-х гг. Жан Нэжон (1714–?). Что же касается философа Жака-Андре Нэжона (1738–1810), друга и соратника Дидро, автора статей на философские темы в Энциклопедии, то в XIX в. были в ходу две версии его происхождения: согласно одной, он родился в Париже; согласно другой, был родом из Дижона и происходил из семьи богатого фабриканта, производившего горчицу. Гримо, как мы видим, был убежден в правильности второй версии.
387
Территория, которая в древности называлась Арморикой, покрывала историческую Бретань и часть нормандского побережья.
388
Господин Лемут не ограничивается изготовлением горчицы, он славится в Бретани такими изделиями, как эликсир Гаруса, уксусный сироп, уксус четырех воров, одеколон, лавандовая вода, мыльная эссенция и даже невыводимые чернила, чем лишний раз доказывает свои таланты химика и дистиллятора (ГдЛР).
Уксусом четырех воров назывался винный уксус с травами и пряностями, благодаря которому, по преданию, в 1630 г. во время эпидемии чумы в Тулузе уцелели пившие его ежедневно четыре вора.
389
Правило это помещено здесь недаром, ибо не счесть тех особ, которые являются к Автору этих строк именно в тот час, когда он садится за стол. Он полагает уместным предупредить всех этих людей, что невозможно причинить ему огорчение более чувствительное, нанести оскорбление более страшное. Ведь люди эти отвлекают его, смущают и унижают разом (ГдЛР).
390
Один из наших знакомых завел это обыкновение в своем доме, и поначалу дело шло весьма успешно. Однако челядь роптала, и хозяину, к его великому огорчению, пришлось отказаться от нововведения. Мы призываем тех из наших читателей, кто настоящий хозяин в своем доме, употребить всю твердость характера и настоять на введении нового порядка подачи блюд (ГдЛР).
391
Гарантией назывался длинный кусок шерстяной ткани, которой оборачивались сзади все стулья после того, как гости уселись. Гарантия, объясняет Гримо в АГ–3, вещь удобная и экономичная: если погода уже не очень холодная, но еще и недостаточно теплая, она позволяет не разжигать огонь в камине; сама гарантия согревает поясницу и ноги, а чтобы не мерзли ступни, достаточно постелить на пол ковер (в Париже это необходимо 9 месяцев в году). Некоторые называют недостатком гарантии то обстоятельство, что она делает гостей как бы пленниками и мешает им выйти из-за стола; однако выходить из-за стола учтивому Гурману совершенно не обязательно; другое дело Амфитрион: он должен отлучаться ради интересов гостей, но гарантия начинается и кончается как раз около его стула, так что он легко может ее приподнимать, не тревожа никого из сотрапезников (АГ–3, 308–311).
392
См. в АГ–1 главу «Господин Ланж», с. 245.
393
Об этом см. подробнее в первой части УА, с. 595–597.
394
См. примеч. 157.
395
Намек на фразу, которую приписывали знаменитому учителю танцев Марселю (ум. 1759); глядя, как танцует одна из его учениц, он воскликнул: «О, как много тонкостей таит в себе менуэт!»
396
Хотя «Устав господина Аза» может показаться выдумкой Гримо, сам Жан-Батист-Филипп Аз (1725–1808) был не вымышленной фигурой, а реальным лицом, сыном парижского мясника, отцом 20 детей, ремесленником, владевшим многими профессиями («литейщик, резчик, гравер, позолотчик и серебрильщик» – Correspondance philosophique de Caillot Duval. Nancy, 1795. P. 34–35). Другой вопрос (остающийся без ответа), сочинил ли он в
