было дальше? – все же не вытерпел Спанидис.
– Не помню… я молилась… наверное, не очень долго, потому что катамаран растворялся довольно быстро… но молитва кончалась, я начинала заново… похоже, я была в трансе. А потом осознала, что меня покачивает, но я не в воде. Открыла глаза и увидела, что экраноплан растворился почти полностью, остался небольшой кусок, и я в самом центре. А вокруг обычная вода, с обычной рябью. Безбрежная гладь. Безмятежная. В этот момент меня до глубины души поразил контраст между ожиданием неминуемой смерти и… пасторалью, иначе не скажешь. Кажется, я начала хохотать, как безумная… а потом навалилась апатия, и я упала в обморок. Ну, мне так кажется. Потом очнулась, еще раз ужаснулась произошедшему и поняла, что нужно что-то делать. Достала плотик, перебралась в него и стала грести наугад. Сначала все было хорошо – плотик хотя бы волны не захлестывали… а потом начался шторм… и все, дальше одни кошмарные обрывки.
– Это самая странная история, какую я когда-либо слышал. Уж извините, госпожа Моро.
– Вы имеете полное право мне не доверять, профессор, – устало улыбнулась женщина. – Я сама уже не верю. Все это кажется дурным сном. Особенно второй и третий день, как теперь выяснилось. Я-то счет времени потеряла, такое ощущение, что постоянно в забытье находилась…
– Это на вас так тепловой удар и обезвоживание отразились, – блеснул я медицинскими знаниями.
– Да, доктор Росси сказала то же самое. А еще сказала, что мне повезло. Нашли меня вовремя. Еще день, и обезвоживание перешло бы в тяжелую форму. Так что большое вам спасибо, Анте.
– Да будет вам, – смутился я. Не привык как-то, чтобы меня персонально за спасение чьей-то жизни благодарили. И, если честно, подобного опыта у меня раньше не было. – Я же не один участвовал. А вообще вам бы дельфинов поблагодарить. Если бы не они, мы бы даже и не подумали в тот район наведаться. А так начали анализировать причины их паники…
– Дельфинов? – удивилась Франсин.
– А вы что, их не видели? Ну, когда все эти… чудеса начались?
– Если честно, Анте, то не припоминаю… может, и резвились где-то рядом… но я больше за шепчущим китом наблюдала. Я же специалист по эндемикам, привнесенные виды меня мало интересуют.
Оп-па! Опять шепчущий кит.
– А зачем? – немедленно уцепился я за обмолвку. – Если не секрет, конечно.
– Я их изучаю, – пожала плечами женщина. – Они тема моей исследовательской работы.
– Надо же, – усмехнулась Тинка, – моей тоже.
– Так мы с вами коллеги?
Вот тебе и шанс, девочка моя! Не… пролюби, если деликатно выразиться.
– Возможно.
Ну вот. Могла бы и прогнуться, и намекнуть, что не отказалась бы от консультаций, да и вообще… может, вторым руководителем подпишетесь? Ведь реально сработало бы, даже я это понял. Так нет, гонор решила показать!
– Почему же я тогда не слышала о такой молодой и перспективной девочке?
Тинка вспыхнула, едва удержав язык за зубами, и я немедленно пришел ей на помощь:
– Наша Альбертина не только умна не по годам, но еще и необыкновенно скромна. И не спешит обнародовать свои, несомненно, грандиозные достижения.
– Действительно?..
– Рано ей, – подключился проф. – Мы пишем большую статью, но работа пока не завершена. Поэтому я как научный руководитель запретил ей раньше времени рассекречивать результаты.
– Ага, – энергичным кивком подтвердил я, проигнорировав Тинкин кулак, который она втихаря мне продемонстрировала. Не впечатляет ни разу. – Это будет бомба, попомните мои слова, Франсин! Перед нами, возможно, будущее светило науки Терра-Нова. А может, и межколониального уровня, если я ее на Новый Оймякон сумею вывезти.
В качестве трофея, блин. Но этого я, естественно, вслух говорить не стал. А вообще не дай бог, конечно. Просто мыслишка шальная, не более того. Рано мне еще остепеняться, хотя маман, несомненно, была бы рада.
– Я очень польщена знакомством, – с непробиваемой серьезностью сказала Франсин. – И постараюсь запомнить этот день, юная коллега.
Ч-черт, ведь до белого каления сейчас Тинку доведет! Зараза какая, а? Вроде бы только что чуть ли не в обмороке валялась, а уже более молодую и перспективную потенциальную соперницу троллит. Очки в моих глазах зарабатывает? А зачем? Да не, фигня… не может она уже на меня планы строить… скорее, как раз Тинку на психологическую устойчивость проверяет. Да чтоб этих баб!
– Так что скажете, Анте? – переключилась на меня доктор Моро. – Подтвердила я вашу теорию?
– В какой-то степени. – Не знаю почему, но в голове упорно крутилась мысль про дельфинов. Ведь чего-то же они испугались. Если вообще поблизости были. Могли, кстати, от того самого обломка шугануться, как Люченте. – А скажите, Франсин… не было ли еще каких-то… э-э-э… спецэффектов?
– Что вы имеете в виду, Анте?
– Я не знаю… звук, вибрация, запах…
Женщина снова задумалась, потом отрицательно помотала головой.
– Уверены?
Ответом мне стало пожатие плечами. Оно и понятно. Хоть человек и является универсальным регистрирующим комплексом, возможности его ограничены. Тот же слух – мы воспринимаем лишь определенный диапазон частот. А дельфины ультразвук слышат, например. Тьфу, опять дельфины!.. А есть еще инфразвук, не воспринимаемые человеческим глазом спектры излучений, да много всего. Что-то вполне могло быть. Если вся эта история вообще Франсин не привиделась в горячечном бреду.
– А не допускаете ли вы связи между шепчущим китом и этим… загадочным явлением, скажем так?
– Как вы себе это представляете, Анте? Кит выделил какое-то вещество в окружающую среду?
– Алкагест.
– Что, простите?
– Алкагест, – повторил я. – Я понимаю, что звучит бредово, но признайте – очень похоже. Ваш катамаран растворился. То есть если это допущение верно! – уточнил я специально для профессора. – Считанные секунды, и нет его. Раст-во-рил-ся! А поскольку незадолго до этого растворяться он не собирался, я делаю вывод, что в забортной воде появилось какое-то вещество, обладающее свойствами абсолютного растворителя, сиречь алкагеста.
– Альбертина, а ты чего киваешь? – ожил профессор Спанидис. – Вот от кого, но от тебя не ожидал…
– Но ведь все логично, профессор! – вскинулась Тинка. – Я вчера тоже его на смех подняла, но теперь у нас есть свидетель! Свидетельница.
– Я бы не стал безоговорочно доверять свидетельским показаниям. Кто знает, каково было психическое состояние доктора Моро
