– Мне придется, Тесса. У меня не хватит денег на учебу в универе, где ректором будет уже не мой отец.
– Мы что-нибудь придумаем.
– Нет, это ведь не твои проблемы.
– Мои. Если ты уедешь в Англию, мы никогда друг друга не увидим.
– Ты поедешь со мной, Тесса. Я знаю, что тебе не хочется, но придется. Я не смогу опять быть далеко от тебя. Пожалуйста, поедем со мной.
Его слова так наполнены эмоциями, что у меня их и вовсе не остается.
– Хардин, все не так просто.
– Все как раз просто: ты найдешь точно такую же работу, как здесь, и может, даже с зарплатой побольше, переведешься в престижный университет.
– Хардин… – Я не отвожу взгляда от его обнаженной кожи.
Он вздыхает.
– Ты не обязана решать прямо сейчас.
Я едва не выпаливаю, что соберу вещи и поеду с ним в Англию, но все-таки молчу.
Я снова струсила и решила отложить новости о Сиэтле на другой день. Я переворачиваюсь на бок, и он прижимает меня к себе.
Этим утром впервые за все время он уговорил меня забраться назад в постель, к нему. Успокоить и поддержать его для меня намного важнее всех остальных дел.
– Хозяин, Дрю, может показаться придурком, но вообще он классный, – рассказывает мне Хардин, когда мы подходим к небольшому кирпичному зданию.
Хардин открывает мне дверь, и над головой звенит колокольчик. Мы заходим внутрь – Стеф и Тристан уже на месте. Стеф сидит в кожаном кресле, а Тристан рассматривает… эскизы тату?
– Что-то вы долго!
Когда мы с Хардином подходим к ней, Стеф делает вид, будто хочет пнуть нас, но он хватает ее за ботинок.
– Вижу, уже начинаешь всех доставать…
Он закатывает глаза и пытается подвести меня к Тристану, но я отпускаю его руку и остаюсь рядом со Стеф.
– Ей и со мной неплохо, – говорит она ему, а он сердито смотрит на нее в ответ, но молчит.
Хардин и Тристан стоят метрах в пяти от нас. Хардин берет еще одну черную папку, как у Тристана, и начинает перелистывать страницы.
– Я тебя тут раньше не видел, – поднимает на меня взгляд парень, протирая кожу на животе Стеф.
– Я здесь никогда и не была, – отвечаю я.
– Я Дрю. Хозяин этого местечка.
– Приятно познакомиться. Я Тесса.
– Собираешься что-нибудь себе набить? – с улыбкой спрашивает он.
– Нет, не собирается, – отвечает за меня Хардин, обнимая меня за талию.
– Она с тобой, Скотт?
– Да, со мной.
Хардин притягивает меня еще ближе. Он явно делает это напоказ. Он сказал, что Дрю кажется ему придурком, но я ничего такого не замечаю. Он довольно милый.
– Классно-классно. Тебе давно пора было найти себе девушку, – смеется Дрю. Хардин слегка отпускает руку, но все равно не опускает меня. – Почему бы тогда не набить что-нибудь, приятель?
Слышится гул машинки для тату; я перевожу взгляд на Стеф и с изумлением наблюдаю, как на коже ее живота появляются линии. Дрю вытирает лишние чернила салфеткой и продолжает.
– Может, и набью, – отвечает ему Хардин.
Я поднимаю глаза, и он ловит мой взгляд.
– Правда? Что ты хочешь сделать себе? – спрашиваю я.
– Пока не знаю, что-нибудь на спине.
Спина – практически единственная часть тела Хардина, на которой нет ни одной татуировки.
– Серьезно?
– Да. – Он упирается подбородком в мою голову.
– Кстати говоря, куда, на хрен, подевался твой пирсинг? – интересуется Дрю, опуская иглу машинки в чернила.
– Надоело. – Хардин пожимает плечами.
– Если он все испортит из-за болтовни с вами, то платить будешь ты. – Стеф смотрит на Хардина, и я смеюсь.
– Я ни хрена не собираюсь платить, – в один голос говорят Хардин и Дрю.
К нам наконец подходит Тристан – он берет стул и садится рядом со Стеф, а затем берет ее за руку. На коже Стеф появился небольшой рисунок в виде стаи птиц. Она и правда выбрала для него удачное место. Дрю подает зеркало, чтобы Стеф могла рассмотреть его получше.
– Здорово! – Она улыбается и возвращает зеркало Дрю, а потом встает.
– Что ты собираешься себе сделать, Хардин? – тихо спрашиваю у него я.
– Написать твое имя.
Моя челюсть отваливается чуть ли не до пола, и я с изумлением отодвигаюсь от него назад.
– Тебе не нравится эта идея? – спрашивает он.
– Нет! Господи, нет, это… не знаю, это безумие, – шепчу я.
– Безумие? Не совсем. Это показывает, что я предан тебе и что мне не нужно надевать кольцо или вступать в брак, чтобы сохранить свою преданность.
Его голос звучит так ровно, и я уже не уверена, шутит он или нет. Как за три минуты мы успели перейти от веселых шуток к разговору о браке и преданности? С нами всегда так, поэтому, наверное, мне уже пора к этому привыкнуть.
– Готов, Хардин?
– Конечно. – Хардин отходит от меня и снимает футболку.
– Цитату? – Дрю озвучивает мои мысли.
– Да, поперек спины вот эти слова: «Я не хочу расставаться с тобой с этого дня». Сделай сантиметра два в высоту, своим крутым фрихендом, – поясняет Хардин и поворачивается к Дрю спиной.
– Хардин, можно тебя на минутку? – прошу я.
Он точно узнал о моих планах поехать в Сиэтл и решил меня поддеть этой татуировкой. Он выбрал идеальную цитату, но жестокую своей иронией, учитывая, что я никак не могу рассказать ему о своем переезде.
– Нет, Тесс, я хочу ее сделать, – говорит он, отмахиваясь от меня.
– Хардин, я правда думаю, что это не…
– Да ладно, Тесса, это же не первое мое тату, – шутит он.
– Просто я…
– Если ты не замолчишь, я набью твое имя и номер социальной страховки на всю спину, – со смехом грозится он, но я чувствую, что он действительно пойдет на что угодно, лишь бы меня переспорить.
Я молчу и пытаюсь придумать, как это сказать. Надо сделать это прямо сейчас, прежде чем игла коснется его чистой кожи. Если я буду тянуть…
Раздается уже знакомый гул тату-машинки, и на спине Хардина появляются черные линии.
– А теперь иди сюда и держи меня за руку. – Он с ухмылкой протягивает мне ладонь.
Глава 123
Хардин
Тесса робко сжимает мою руку, и я тяну ее к себе.
– Не двигайся, – сердится Дрю.
– Виноват.
– Тебе больно? – тихо спрашивает она.
Невинность ее взгляда не перестает меня удивлять. Вчера она извинялась, а почти сутки спустя разговаривает со мной как с маленьким ребенком.
– Да, чертовски больно, – вру я.
– Правда? – встревоженно говорит она.
Мне нравится ощущение, когда чернила переходят из иглы мне под кожу, – оно уже кажется не болезненным, а успокаивающим.
– Нет, детка, это не больно, – уверяю ее я, а Дрю, как настоящий засранец, у меня за спиной изображает тошнотворные звуки.
Тесса хихикает, и я показываю ему средний палец. Я не хотел называть ее деткой при Дрю, но мне, в общем-то, все равно, что он подумает. И я точно знаю, что он по уши влюблен в свою девушку, которая несколько месяцев назад родила ему ребенка, так что пусть, на фиг, заткнется.
