Над головой устрашающе сияли зеленоватые огни. Они обеспечивали тусклое, наводящее жуть освещение, которое скрывало не меньше, чем высвечивало. Тени причудливо выплясывали, когда свет мерцал и колебался. Наряду с дрожащей землёй это говорило о том, что вокруг текут и пульсируют незримые энергии. И снова в мыслях Феликса возник образ некой огромной, сложной и абсолютно непостижимой машины. Но он был готов поверить, что здесь задействованы силы, способные медленно и неумолимо смещать континенты.
Как только его посетила сия мысль, Феликс снова услышал звуки битвы, эхом разносящиеся по огромному строению.
Шум ожесточённого противостояния слышался всё ближе. Феликс, щурясь, вглядывался в сумрак. У следующей развилки яростно сражались орки и зверолюды. Столкнулись две мощные группы чудовищ, и никто не желал уступать. Феликс не мог сказать, кто побеждает, но сие его и не волновало. Он лишь хотел выбраться из этого места и окружающего их вечного сумрака.
Теклис поднял руку и жестом показал всем остановиться. Мужчины и женщины приготовили оружие: нацелили копья, занесли для удара мечи. Феликс не представлял себе, как даже в этих широких коридорах можно использовать столь внушительные клейморы. Он сомневался, что здесь достаточно места, чтобы в одном ряду могло биться более двух или трёх мужчин, вооруженных подобным образом. В ограниченном пространстве они могут представлять для друзей не меньшую угрозу, чем для врагов.
— Нет, — произнёс эльф. — Мы сражаться не станем. Не сейчас. Мы должны найти другой путь.
Они напряжённо ждали, что сражение повернёт в их сторону, но этого не случилось. Вместо этого оно сместилось в сторону и затихло вдали. Маленькая армия людей снова продолжила движение.
Они подошли к другому пандусу, который вёл вниз, в глубину. Оттуда доносился мерзкий запах давнего гниения и стоячей воды, заражённой искривляющим камнем. Здесь стены покрывала плесень, необычная чёрная субстанция, почему — то казавшаяся ядовитой. Она выела древнюю узорную резьбу, образовав новые причудливые очертания, которые напоминали чудищ и гаргулий, хотя и не являлись ими.
Не останавливаясь, Теклис повёл всех вниз, в вечный мрак. Феликс поглядел на гнома, но тот казался поглощённым собственными мрачными думами, и мыслями погружённым в себя, как частенько бывало перед моментами исключительного и взрывного неистовства.
Даже ведущий вниз пандус оказался огромен. Он круто спускался во мрак, который ещё больше сгустился, когда зелёные потолочные огни стали попадаться реже. Феликс шёл во главе колонны, позади эльфа и гнома. Даже здесь он находил их присутствие ободряющим. Затем его глаза уловили нечто, от чего он застыл на месте.
Дальнейший путь был преграждён тем, что выглядело огромной разломанной стеной из кольев. Феликс подошёл ближе и увидел, что это не колья, а кости, которые являются частью другого, гораздо большего скелета. Над ним возвышалась грудная клетка чудовищных размеров. Он прошёл вдоль разбитого позвоночника в сторону явно человекообразного черепа, который был проломлен каким — то титаническим ударом.
Это был скелет великана. Он полностью перегородил коридор. Его размер полностью соответствовал тому существу, образ которого представил себе Феликс, когда увидел огромный отпечаток ноги в лесной грязи.
— Не думаю, что он был похоронен здесь, как часть некого древнего ритуала, — заявил Феликс.
Он осмотрел скелет на предмет признаков мутации и ничего не обнаружил. Кости были огромными, гораздо толще, чем кости обычного человека при сопоставимых размерах, и Феликс предположил, что при жизни великан был значительно шире, если пропорционально сравнивать с человеком. Однако ни рогов, ни когтей не наблюдалось. Недоставало нескольких костей рук и ног, но Феликс видел, что их разбитые и треснувшие останки лежат неподалёку. Это напомнило ему о привычке орков и зверолюдов раскалывать кости, чтобы высосать костный мозг. Он подавил дрожь.
— Что способно убить и сожрать великана? — спросил он, не особо ожидая услышать ответ.
— Другой великан, — мрачно отозвался Готрек.
Он прошёл вперёд, встал под громадной грудной клеткой и на мгновение задумался, словно примеряясь к скелету. Феликс гадал: «Какие мысли проносятся в мозгу гнома?» В сравнении с этим громадным созданием, даже могучий топор Готрека выглядел детской игрушкой. Не очень — то обнадёживающая мысль. Виденный ими снаружи отпечаток был оставлен недавно, и образ великана — каннибала, достаточно сильного, чтобы убить даже своего могучего сородича возник в мыслях Феликса.
По выражению лиц остальных людей, стоящих возле него, Феликс понял, что у них возникла та же мысль. С явной неохотой они продолжили спуск в чрево пирамиды.
Глава двадцать шестая
Теклис изучил нити энергии, которую ощущал вокруг. Теперь он был близок. Близок к чёрному сердцу загадки, ради решения которой он пересёк континенты. Близок к источнику ужасающих энергетических возмущений, которые влекли за собой гибель его родины, если только их не удастся прекратить. Он чувствовал рядом мощный поток энергий, который был даже сильнее тех, который связывали сторожевые камни Ультуана. Сравнивать его с ними было то же самое, что сравнивать горный ручей с могучей рекой Рейк.
Что — то тут было не в порядке. Потоки энергии были неустойчивыми. Они испытывали резкие колебания. В один момент они мощно нарастали, а в следующий спадали почти полностью, словно кто — то призывал их мощные энергии, но не вполне мог их контролировать, и, по сути, пытался обуздать. Эта мысль заставила его содрогнуться от страха, пробившегося даже сквозь его безупречное самообладание. То, что некто пробудил этого спящего демона, не зная его истинного имени, и возбудил всю эту мощь, не имея понятия, как её полностью контролировать, страшило больше, чем мысль о том, что злодеи использовали её для службы Хаосу.
Ибо если позволить бесконтрольно изливаться силе, которая поддерживает континенты и способна смещать планеты с их орбит, то конец мира, вероятно, не заставит себя ждать. Совершенно очевидно, что сгинет этот храм и, возможно, остров, а затем, как неизбежное последствие, и Ультуан. Хуже то, что даже тот частичный контроль, который здесь наблюдается, указывает на могучих чародеев, которые, возможно, даже превосходят его самого. Теклиса не радовала перспектива столкновения с ними.
Вариантов у него явно немного. Им нужно продолжать движение, чтобы поскорее попасть в самый центр происходящего. Он вёл остальных вниз, к сердцу пирамиды. Вокруг пульсировала энергия. Вокруг кипел бой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
