Подзорная труба услужливо приблизила немалую баррикаду, укрывавшую засевших на берегу дриксов. Фашины… Пока артиллеристы бодались с фортом, остальные тоже не бездельничали, а крутили эти связки. Защита проще не придумаешь, но сработало. Укрытые от пуль «гости» вовсю соревновались в меткости с застигнутыми врасплох талигойцами. И успешно. Да, у них были потери. Десятка три, если не больше, «крашеных» валялось и у самой воды, и на мелководье, но больше четырех сотен закрепились за неожиданной баррикадой, а лодки уже спешили назад. За подкреплением.
— На берег высадился только один батальон, — обрадовал Зантола. — Много места в лодках занимали фашины.
— Скоро их будет два, — утешил Жермон.
Топтаться на прибрежном пятачке дриксы не станут. Накопят силы, пойдут в атаку на холмы, взберутся и вот там уже укрепятся как следует, после чего в дело с чистой совестью вновь пойдет Пфейтфайер. Перебросят артиллерию и уже всю свою пехоту, а ее у «гусей» побольше раза в два. Есть еще и драгуны, спешивать которых горазды не одни талигойские генералы, тем паче кавалерия в холмах преимуществ не даст. В этом Жермон убедился еще позавчера. Дриксы, видимо, тоже. Сообразить, почему талигойцы не пустили вперед конницу, мог бы и дурак, а дриксенский генерал был кем угодно, но не дураком.
Баррикада мозолила глаза, и Ариго опустил трубу. Захвати «гуси» холмы, они саданут по форту с тыла. Значит, надо бить на берегу и немедленно, но авангард потеряет больше, чем может себе позволить.
— Ваше мнение, капитан?
— Господин генерал, когда вернутся лодки, спихнуть дриксов в Хербсте станет очень трудно. Пушки нужны. Позавчера мы их сюда не дотащили, а сейчас надо бы. Даже полковые хороши будут.
— Варден?
— Я согласен, господин генерал. Я только боюсь… Прежде чем мы подтянем артиллерию, противник сам перейдет в атаку.
— Вот именно…
Пока силы скорее равны, но талигойцы рассеяны по склонам, а «гуси» засели за своими фашинами. Расстояние до паршивцев невелико, только вот атаковать дружно и в хорошем порядке не получится. И все равно атаковать надо. Прямо сейчас, пока дриксов не так уж и много. Плевать на пушки, один раз испугали — и хватит. По ровному берегу добежать до баррикады недолго, полминуты, ну, три четверти, не смертельно. По крайней мере, смертельно не для всех. Значит, собираем людей, спускаемся, пусть и под огнем, и бегом вперед…
За спиной зашуршало. Отчего-то вспомнился вчерашний еж, но ежи не ворчат. В отличие от некоторых генералов. Жермон повернулся навстречу отдувающемуся Анселу. Шляпу Джорджа украшала особо нахальная плеть вьюнка, на плече одного из свитских офицеров красовалась волосатая гусеница. Любопытно, они с Бертольдом никого на себе не приволокли?
— Джордж, где твой второй батальон? Здесь?
— Сейчас будет, слева подходят. И минут через двадцать подоспеет Берк.
— Столько времени нам «гуси» не дадут, сам видишь.
— Вижу. — Ансел раздраженно уставился на приближающиеся лодки. — Еще одна такая прогулка, и их станет многовато.
— Не позволим. Готовься к атаке. Я сейчас…
— Послушай…
— Распоряжайся, я сказал. И сними со шляпы цветочки.
Ансел растерялся, Жермон ему подмигнул и принялся спускаться по склону в сторону маленькой лощинки, где укрылось с десяток мушкетеров. Очень хорошей лощинки, просто прелесть какой… Если добраться по ней до самого низа…
Прыжки по камням отвлекали, но Ариго уже знал, какой будет атака, кто ее начнет, кто пойдет первым, кто вторым. Он почти достиг цели и почти составил план, когда неподалеку в здоровенный валун врезалось ядро. Осколки и того, и другого засвистели над головой, Жермон привычно пригнулся, пропуская брызнувшую беду, и тотчас выпрямился, делая последний прыжок.
Удар был внезапным. Генерала развернуло и бросило лицом наземь. Левый бок пронзила боль, вмиг растекшаяся огнем внизу живота. Ранен… Вот придурок…
Глава 6
Хербсте. Печальный язык
400 год R.С. 20-й день Весенних Волн
1
Нельзя подавать виду перед солдатами — дурная примета… Когда они пойдут, когда уже пойдут — не раньше… Ноги подгибались, но Ариго стоял. Как дурак, подставляясь под новые пули. Не как дурак — второй раз было бы слишком, и потом он мог только это. Еще мог… Зацепи его в роще, он бы оперся о дерево. Дерево, стена, скала — все что угодно, но их здесь нет. Значит, стоять! Боль как накатила, так и отхлынула. Не до конца, но это ничего… Какой душный день, а утро было свежим. Странно, что вновь поднялся туман. Словно хочет скрыть реку, чужой берег, чужие лодки, а они приближаются, только очень медленно. И свои мушкетеры приближаются, беззвучно открывая рты. Как рыбы. У рыб рты именно такие — широкие, губастые, молчаливые…
Жермон шагнул навстречу бегущим солдатам, вернее, его повело. Лодки, облака, люди начинали кружиться и качаться, а туман уже добрался до лощины и полз вверх. И по небу он тоже полз, притворялся облаками, но был слишком низким… Ариго посмотрел вниз и увидел траву и цветы. Желтые цветы с маслянистыми лепестками, залитые чем-то алым. Если разбить живое яйцо, так и будет. Кровь и желток.
— Похоже, ты доигрался!
— Атака, Джордж! Тебе сказано: готовиться к атаке…
— Ложись! Ложись, болван! Рэми, помогай!
— Кошки с вами. Лягу… Сейчас…
Голова кругом, сразу душно и холодно. Джордж бесится, а сейчас еще и Карсфорн явится. И будет нудить… Трава под руками мягкая, весенняя — закрыть глаза и лежать, только земля дрожит. Пушки… Бьют по форту. Бьют по берегу. Бьют по голове.
— Твое дело — атака. Ты за нее отвечаешь… Теперь ты!
— Варден, держи его! За плечи… Сильнее!
Дикая боль. Дикая… и сразу что-то с ногой. Отнимается. Кажется, совсем. Паршиво, но это потом, когда Ансел наконец пойдет в атаку.
— Джордж, ты еще здесь?! Марш вперед!
— Что? Что ты говоришь? Хочешь пить?
Закатные твари, навис, как влюбленный над дамой!
— Встряхнитесь, раздери вас кошки! Эти сейчас… подгребут.
— Тебя в ногу, в бедро. — Оглох и к тому же врет, это не бедро, это хуже. — Рана высоко, жгут не наложить… Но кровь остановилась… То есть останавливается. Лежи смирно.
— Кошки с ней, с кровью… Марш на берег!
— Лежи смирно. А то опять пойдет…
Трещат мушкеты. Раз за разом. Звуки выстрелов, солдатская брань, а у щеки трава. Так странно… Ансел не уходит. Расселся рядом и смотрит — куда, лежа не проследить.
— Джордж… Генерал Ансел, я не умираю. — Жермон не шутил, он… Он бы сейчас огрел Ансела чем придется. Если б мог поднять руку, но проклятая слабость… Накатывает и топит, но он не может… Не может сейчас сдохнуть. И сознание потерять не может, пока не начнут…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
