Читаем без скачивания Сочинения - Плутарх

22. Тот выказывает демократическое расположение нрава, кто умеет снести от должностного лица и попреки, и вспышки гнева, повторяя про себя либо слова Диомеда:

Слава ему да сопутствует даже и в этом…1373 —

либо изречение Демосфена, заметившего, что ведь теперь он — не просто Демосфен, но законодатель,1374 устроитель игр, украшенный венком оратор. Возмездие лучше отложить на приличное для того время, и тогда нам придется или преследовать его по суду, когда он уже сложит должность, либо, к выгоде для нас же самих, перестать сердиться.

23. Что касается, однако, рвения, предусмотрительности, заботы об общем благе, то в этом следует непрерывно состязаться со всеми представителями власти, и если они настроены благожелательно, надо при нужде помогать им советом, давая им возможность осуществить правильную мысль и завоевать себе доброе имя, сделав нечто для пользы всех; если же мы замечаем в них леность, нерешительность или злую волю, необходимо выйти вперед и самому обратиться к народу, чтобы не уклониться от долга перед общим делом на том основании, что неприлично де вмешиваться в чужие обязанности и соперничать с существующими властями. Ведь закон всегда отдает первое место в государственных делах тому, чьи поступки справедливы, а мысль дальновидна. Вспомним эти слова: «Был в войске некто по имени Ксенофонт, ни стратег, ни лохаг»,1375 — но верно понимавший обстоятельства и отважно действовавший, а потому он сам стал во главе и спас эллинов. И среди деяний Филопемена особенно славно вот какое: когда Набис захватил Мессену, а стратег ахейцев по малодушию не пожелал помочь, он сам, не имея на то приказа, двинулся во главе добровольцев и освободил город.

Не следует, однако, ломать заведенный порядок по ничтожным или случайным поводам, но лишь тогда, когда обстоятельства либо отчаянные, как у Филопемена, либо благоприятные, как у Эпаминонда, который противозаконно продлил свои полномочия беотарха на четыре месяца и за это время успел напасть на Лаконику и основать Мессену. Пусть, если уж будут нас обвинять или хулить за самовольный поступок, мы сможем либо оправдывать себя тем, что другого выхода не было, либо утешать себя тем, что совершили дело великое и прекрасное.

24. Как передают, фессалийский царь Ясон, чиня подданным насилия и обиды, всегда повторял, что приходится, мол, нарушать правду в малом, если хочешь соблюсти ее в большом. Это, как всякому тотчас видно, изречение, которым может руководиться лишь самовластный правитель; а государственному мужу, действующему среди свободных граждан, мы посоветуем на малое поглядывать сквозь пальцы в угождение народу, чтобы в большом являть строгость и сдерживать законопреступных. Ведь кто чересчур взыскателен и крут в любой мелочи, кто не делает ни поблажек, ни уступок, но всегда держит себя жестко и непреклонно, приучает и народ все делать наперекор, состязаясь, кто кого переупрямит. Иногда нужно

Приспустить наш парус на пядьПред великою силой воля,1376 —

то разрешая народную вольность и весело шутя вместе со всеми, например, во время жертвоприношений, игр и зрелищ, то делая вид, что чего-то не видишь и не слышишь, как мы поступаем дома с детьми, чтобы сила решительного вразумления, словно сила лекарства, не растрачивалась и не притуплялась, но, сохранив всю остроту и убедительность, тем действеннее охватывала и уязвляла души в серьезных случаях.

Другое дело, когда Александр, услыхав, что сестра его сошлась с неким юным красавцем, нимало не возмутился и даже сказал, что, мол, нужно же и ей извлечь свою пользу из царского сана; такое попустительство было недолжным и недостойным его, ибо наносить сану бесчестие значит упразднять его, а не извлекать из него пользу. Так и народу государственный муж, насколько будет от него зависеть, не разрешит никаких бесчестных насилий над согражданами, никаких отчуждений частного имущества или разделов общественного; своим увещающим, назидающим, грозящим словом он противустанет тем страстям, какие впускал некогда в город Клеон, в изобилии взращивая их, по слову Платона,1377 как трутней с жалами. Но если народ, выставляя предлогом издревле установленный праздник и почитание божества, попросит каких-нибудь игр, или раздач, или другого приятного и почетного дара, пусть дано будет ему извлечь пользу из своей свободы и общего благоденствия. Так поступали и Перикл, и Деметрий, а Кимон украсил городскую площадь Афин насаждениями платанов для прогулок граждан. Когда во время заговора Катилины Катон Младший увидел, что Цезарь возмущает народ и государство недалеко от крушения, он побудил сенат устроить денежную раздачу для бедняков, и эта уступка успокоила смуту и предотвратила переворот. Как врач, выпустив много испорченной крови, дает больному немного безвредной пищи, так и государственный муж, отсекши какое-нибудь великое бесчестие или великую порчу, немедленно стремится смягчить горечь и ропот малой, но радушной уступкой.

25. Притом неплохо бывает порой отклонить устремления толпы в иную, безопасную сторону, вроде того, как это сделал Демад в бытность свою управителем доходами государства.

Когда афиняне порывались снарядить триеры в помощь отложившимся от Александра и требовали, чтобы Демад выдал потребные для того средства, тот ответил: «Деньги у вас уже есть; я приберегал их на праздник Хой,1378 чтобы каждому из вас было выдано по полмины, но если вам предпочтительнее другое, распоряжайтесь своим достоянием, как хотите». Чтобы не лишиться раздачи, они отказались от мысли посылать корабли, и таким приемом Демад помешал народу навлечь на себя вину перед Александром. Иные неблагоразумные предприятия не могут быть предотвращены просто и прямо, а лишь какой-нибудь хитростью, например такой, к которой прибег даже Фокион, когда получил приказ в неподходящее время вторгнуться в Беотию: он распорядился призвать всех граждан от эфебов1379 до шестидесятилетних, а когда старики подняли шум, сказал: «Что тут страшного? Я тоже выступаю с вами как ваш стратег, а мне уже восемьдесят». Таким же способом можно сорвать и несвоевременные посольства, и бесполезные строительные предприятия, и постыдные судебные процессы, в первом случае назначив явно неподходящих людей, во втором — определив высокие налоги, в третьем — приказав противникам одновременно предстать перед судом в городе или за его пределами. Подстрекателей и вдохновителей всех таких дел надо ловить на слове и первыми привлекать к участию; либо они отступятся и этим сами изобличат свое предприятие, либо им придется принять на себя свою долю последствий.

26. Но если уж необходимо предпринять нечто важное и полезное, но сопряженное с немалой борьбой и трудами, тут между всеми твоими друзьями постарайся выбрать самых способных, а между самыми способными — самых миролюбивых; такие смогут больше всех тебе помочь и готовнее всех пойдут тебе навстречу, ибо знают толк в делах, не будучи честолюбцами.

Должен ты исследовать и собственную твою природу, чтобы знать, в чем ты слабее других, и на это дело выбирать не подобного себе, но сильнейшего; так Диомед, идя лазутчиком во вражий стан, выбрал в товарищи самого смышленого, обойдя храбрых. Так действия соучастников наилучшим образом уравновешиваются, и между ними не возникает соперничества, ибо дарования и способности, которыми они гордятся, различны. Избери же сотрудником твоим в судах и посольствах, если ты не способен говорить, витию, как Пелопид — Эпаминонда; если ты заносчив, как Калликратид,1380 и не умеешь ладить с толпой, — человека любезного и обходительного; если ты слаб телом и непригоден к телесным трудам — крепкого и закаленного в тяготах, как Никий — Ламаха.1381 И Герион,1382 имея много ног, рук, очей, не вступал с ними в соперничество, ибо все это управлялось единою душою; так и государственному мужу дано распоряжаться ради единого дела не только телами и деньгами, но также судьбами, способностями и дарованиями людей, если они единомысленны с ним, и через это сложение совокупных сил добиваться успеха. Не надо подражать аргонавтам, которые оставили Геракла, а потому принуждены были спасать себя и воровать руно при помощи бабьих заклятий и зелий.

Есть святилища, при входе в которые золото надо оставлять за порогом, а железо вообще не вносят ни в одно священное место. Поскольку же ораторская кафедра есть общее святилище Зевса Советного и Градского, и Фемиды, и Правды, отложи, восходя на нее, всякое корыстолюбие и сребролюбие, этот недуг души, словно железо, пораженное ржавчиной, и отбрось его на ту часть площади, которая отведена торгашам и ростовщикам,