— Убейте их! — приказал человек в черном, как и у Русия, плаще — адмирал.
Кривые мечи пиратов скрестились на шее стоявшего рядом с Русием гвардейца. Голова отделилась от туловища и шлепнулась к ногам атланта.
И вдруг Русий почувствовал нарастающий шквал ярости. Огромный, ослепляющий, накатывающийся, словно волна. Подобный тому, что случился с ним, когда он ударил Ария или когда погибла Ариадна. Он вдруг понял, что готов испепелить этих людей. Он вдруг понял, что может сделать это. Глаза атланта превратились в ослепительные солнца. Он заглянул в зрачки замахнувшегося на него мечом пирата, тот рухнул замертво. Страшно засмеявшись, Русий повел глазами вокруг себя, и все, на кого бы ни пал этот взгляд, валились замертво, словно трава, срезанная острой косой. Косой смерти.
Ужас обуял бесстрашных пиратов. С дикими криками бросились они на свои корабли, спешно отваливающие от «Солнечного круга».
Русий опомнился лишь тогда, когда на палубе не осталось ни одного живого человека. Его взгляд, убивший всех не успевших спастись бегством пиратов, не пощадил и воинов-атлантов — двое или трое из них, еще стоявшие на ногах к тому моменту, когда огонь глаз Русия убил первого пирата, тоже были мертвы — и гребцов.
Корабль, чьи борта были пробиты в нескольких местах, тонул.
Русий взглянул на обжигающий диск Солнца и не зажмурился. Его глаза больше не боялись огненной стихии, они сами стали подобны Солнцу — сжигающему и всепоглощающему, но не животворящему. Желтое, обжигающее пламя стихии с черным зрачком Вечности. Глаза ЗВЕРЯ.
Тем временем море поглощало корабль, волны катались уже у самой палубы. Русий поспешил залезть на вершину мачты.
Пираты подбирали барахтающихся в воде, изредка пуская в атланта стрелы с пожеланиями:
— Мы дождемся, атлантическая собака, пока тебя не скроют волны!
Оказавшись в закрепленной на самом верху мачты корзине, Русий сосредоточился и попытался телепатировать:
Слишком далеко, но все же…
— «Командор, Командор, мне грозит опасность! Отец, мне грозит смерть!»
Командор откликнулся почти мгновенно. В голове Русия возник его встревоженный голос:
— «Что случилось?»
— «„Солнечный круг“ подвергся нападению пиратов. Он тонет».
— «Я же говорил тебе, что надо взять эскадру!»
— «Вряд ли бы это помогло. Их слишком много. Здесь несколько сотен кораблей. Кстати, — мысль сопровождалась легким смешком, — если тебя это интересует, я сижу на самой верхушке мачты, которая уже до половины ушла в море».
— «Пикантная ситуация! — бодро телепатировал Командор. — Ладно, сейчас я попытаюсь вытащить тебя. Сосредоточься. Представь себя в моей каюте…».
— «У тебя столик слева?» — невинным тоном осведомился Русий, чувствуя, как волны лизнули ноги.
Командор не обратил никакого внимания на эту браваду.
— «Сосредоточься. Представь себя рядом со мной. Представь свою руку в моей руке». Ну вот, ты и дома, — сказал Командор, держа Русия за руку.
— Ловко! — Русий изумленно огляделся. Море и пиратские корабли исчезли. Он был в каюте Командора. На столике, который на деле стоял справа, дымилась сигарета. — Я думал, такое возможно лишь в сказках о параллельных мирах.
— Не только! — Командор улыбнулся. — С возвращением!
Он внимательно заглянул Русию в глаза.
— Мне жаль тебя огорчать, но тебе суждено вечно носить черные очки.
Командор раскрыл небольшой, вроде сигарного, ящичек и бросил Русию пластиковые с темными матовыми стеклами очки.
Русий поймал их на лету.
— Знаю, и это не слишком пугает меня!
Когда я вернусь, пусть будет утро. Когда я вернусь, пусть светит Солнце. Когда я вернусь, пусть улыбнется друг. И я надену черные очки.
* * *
Когда демон, сжигающий корабли и повергающий людей взглядом, исчез, пираты исторгли крик ужаса. Кое-кто был уже готов повернуть назад — в спасительные гавани Тира и Сидона. Мечу и его помощнику Корьсу с большим трудом удалось восстановить какое-то подобие порядка.
Адмиралы, командовавшие эскадрами, спешно собрались на флагманской триере Меча — самом быстром корабле в мире. Адмиралов было восемь. Пять пиратов: Меч, Лисица, Корье, Одноух, Шелом и трое кемтян: Лиме, Геллур, Абу. Каждый из них предводительствовал шестью десятками триер. Общее командование флотом осуществлял Меч. Здесь же был Сбир, возглавлявший сухопутные силы.
Держался совет: что делать дальше. Трое: Шелом, Лисица и кемтянин Абу требовали повернуть назад. Больше всех горячился Шелом, чудом спасшийся с палубы «Солнечного круга».
— Вы не видели это чудовище! Меч блистал в его руках, словно молния! Ослепительные лучи, данные ему Солнцем, сожгли и потопили три моих корабля. Его взгляд испепелил лучших моих людей, видевших зарево Гадиса и Овдомена. Я сам чувствовал его на себе. Он обжег мою спину. Смотрите! — Шелом задрал кожаную рубаху и продемонстрировал окружающим свою спину. Она действительно покраснела и была покрыта нехорошего вида черными пятнами. — Еще мгновение — и от меня осталась бы лишь горсть пепла!
Шелом брызгал слюной, в глазах его светился нескрываемый ужас.
— Мои корабли не пойдут на Атлантиду. Вы как хотите, но мы вернемся в гавани Тира. Атланты не трогают нас, зачем нам их богатства? В этом мире еще есть места, где можно омыть руки золотом.
— Кто еще придерживается того же мнения? — спросил Меч.
— Они нам не по зубам, — сказал Лисица, известный не столь храбростью, сколь умом и даром предвиденья. Никто не мог припомнить случая, чтобы Лисица хоть раз ошибся. Мнение его значило многое, почти как слово Меча.
Третьим высказался Абу.
— Адмиралы правы, — сказал он, старательно пряча глаза от свирепого взгляда Сбира. — Нам лучше вернуться.
— Кто еще так думает?
Все остальные молчали. Сомнение шевельнулось и у Корьса и у Одноуха, но они слишком хорошо знали своего предводителя, как и то, какое значение он придает этому походу; они чувствовали малейшие интонации в голосе Меча, а те были неласковыми. Корье промолчал. Промолчал и Одноух.
— Значит, шестеро за продолжение похода, трое за то, чтобы вернуться, — подытожил Меч. — Как же нам поступить в этом случае? Есть несколько вариантов. — Меч вскочил со своего места и стал прохаживаться по каюте. Движения его были взвинчены. — Первый — мы поворачиваем назад. Как вы понимаете, он мало кого устраивает. Он не подходит ни мне, ни тем более кемтянам, которым придется нести ответ перед номархом. Да и я привык отвечать за данное мною слово. Второй — мы продолжаем поход. Но, насколько я понимаю, этот вариант тоже устраивает не всех. Третий — поход продолжают лишь пять эскадр…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
