— Нет, — вмешался Сбир. — Я не касаюсь дел пиратов, но флот Кемта в моем подчинении, и он весь пойдет к Атлантиде.
— Отлично! — обрадовался Меч. — И четвертый вариант, который лично меня устраивает больше всего. Все адмиралы, которые не хотят продолжать поход, возвращаются обратно, но без своих эскадр.
— Я против! — немедленно возразил Лисица. — Мои люди подчиняются только мне.
— Я тоже не позволю кому-то распоряжаться своими кораблями! — выкрикнул Шелом.
— Подумай, Лисица! — предложил Меч. Видимо, нечто зловещее в голосе предводителя прозвучало слишком явственно, потому что Лисица заколебался.
— Да что тут думать! — заорал Шелом. — Возвращаемся!
Но больше крикнуть он ничего не успел. Из рукава куртки Меча выскользнул тонкий змеинообразный стилет, пронзивший мятежному адмиралу горло. Шелом плюнул кровью и повалился на пол.
Лисица и Абу схватились за мечи, но вытащить их не успели. Стилет Меча уперся в кадык Лисицы, а Сбир зажал голову Абу в замок крепко сплетенных рук, заставив того потерять желание играть оружием. В этот, признаться, весьма щекотливый момент в каюту постучали.
— Спокойно! — велел Меч Лисице и Абу. — Вы на моем флагмане, где команда предана мне как три тысячи чертей. Лисица, не делай глупостей. Мне не хотелось бы лишиться хорошего товарища. — Меч спрятал окровавленный стилет обратно в рукав, а Сбир отпустил полузадушенного Абу.
— Войдите! — велел Меч.
Дверь распахнулась, и появился помощник капитана.
— Адмирал, нами выловлен человек — гребец с галеры демона. Он говорит, что имеет важные сведения.
— Тащи его сюда!
В каюту вошел человек, шатающийся от усталости, абсолютно голый, покрытый многочисленными ранами и синяками. Левая кисть его была отрублена, рука перетянута наскоро скрученным жгутом.
Он медленно поднял голову, и Меч, пристально всматривавшийся в лицо вошедшего, воскликнул:
— Капитан Маринатос!
* * *
Лет двадцать тому назад пиратская шхуна «Кедр» вышла в набег к берегам Ахейи. Одним из матросов на шхуне был сопливый парнишка Лупар. «Кедр» искал удачи, но она отвернулась от него. Шхуна напоролась на отряд неприятельских кораблей и была потоплена. Перепуганного, нахлебавшегося воды Лупара схватил за шкирку и выдернул на борт здоровенный ахеец, капитан одного из вражеских кораблей по имени Маринатос. Лупар стал рабом ахейца и работал на его полях. Впрочем, его доля была не столь тяжела до тех пор, пока красивый сидонец не пленил сердце младшей дочери Маринатоса Ораи, совсем еще девчонки. Не донимая себя излишними сомнениями, Лупар познал девичью любовь, а Маринатос — позор. Лупара били, травили собаками и в конце концов бросили в глубокий засоленный колодец. Выбраться из него было невозможно, но Лупар сделал это. Крадучись, он вернулся к дому ахейца и увидел страшную картину: его возлюбленная висела на смокве, руки и ноги ее пронзали медные нагели, а спина была до костей истерзана бичом. Она уже не дышала. В ране шевелились белые черви.
И после этого Лупар уже не думал, а действовал, словно хорошо рассчитанный автомат. Он прокрался в дом, нашел комнату хозяина и, прислушиваясь к его мерному, спокойному дыханию, вонзил в горло Маринатоса один из тех нагелей, что были вбиты в руки его дочери. Затем он бежал, сопровождаемый воплями домочадцев и истеричным лаем собак, долго блуждал по Ахейе и в конце концов вышел к морю, где его, умирающего от голода и усталости, подобрали пираты. Он стал гребцом, затем воином, кормчим и, наконец, капитаном. Он прославился и водил эскадры. Лупар стал зваться Мечом и никогда не вспоминал об той страшной ночи, о иссеченной спине, прибитой к смокве Ораи и предсмертном хрипе распоротого горла Маринатоса. Не вспоминал… И вдруг такая встреча!
— Капитан Маринатос! Живой…
Маринатос поднял голову и всмотрелся в лицо пирата.
— Лупар? Я думал, ты давно умер.
Пираты и кемтяне с любопытством наблюдали за этой сценой. Меч захохотал.
— Я был такого же мнения насчет тебя. И вдруг такая встреча! Как ты оказался на корабле атлантов?
— Воды! — хрипло попросил Маринатос.
— Вина и стул! — велел Меч.
Ахеец жадно припал к принесенному сосуду с вином, напился и внимательно рассмотрел свою изуродованную, небрежно замотанную руку.
— Где тебя так угораздило?
— Корабль тонул, я не мог освободиться от цепи, приковывающей меня к скамье, и тогда мне пришлось отрубить себе руку.
Кое-кто из находившихся в каюте невольно вздрогнули. Даже по спине бесстрашного Меча поползли предательские мурашки.
— Тебя надо перевязать получше.
— Нет, — отрезал Маринатос. — Потом. Сначала — дело!
— В чем же оно заключается, твое дело?
— Я помогу вам завоевать Атлантиду. Корье присвистнул.
— Говори! — велел Меч.
И Маринатос начал говорить.
— На Острове есть люди, которым ненавистно владычество Титанов. Таких людей много. Кое-кто из них занимает очень важные посты. Они объединены в организацию, которая ставит целью свержение Великого Белого Титана и его помощников. — Словно вспомнив, что и сам принадлежит к числу заговорщиков, Маринатос сменил «они» на «мы». — Нас много. Очень много. Многие тысячи. Среди нас есть рабы, но есть и архонты. Много воинов, моряков, ремесленников. Атлантида поражена тленом недовольства, атланты не будут защищать тиранов. Стоит лишь нажать — и Держава Солнца рухнет как карточный домик…
— Все это интересно, — перебил Меч, — но нам нужны факты. Факты! Мы как раз, если так можно выразиться, на перепутье. И от того, какое впечатление произведет твой рассказ, зависит во многом, пойдем ли мы на Атлантиду или повернем обратно. Поэтому не торопись и попытайся представить ситуацию в лучшем для нас свете. Итак, какими средствами защиты располагает Атлантида?
— Флот. Он действительно грозен. Но лишь числом и снаряжением судов. Пятьсот боевых кораблей. Правда, часть из них отсутствует или неисправна, но все равно, не менее трехсот.
— Это серьезная сила! — заметил Меч. — Мы, конечно, разобьем их, но можем понести слишком большие потери, и штурм Города Солнца станет невозможным.
— Не волнуйтесь! — заторопился Маринатос. — Я уже сказал, что они сильны лишь числом и вооружением. Моряки-атланты не хотят сражаться. Боевой дух их чрезвычайно низок. Флот в худшем случае займет нейтралитет, в лучшем — там ведь много наших людей — примкнет к вашим эскадрам.
— Допустим. А армия?
— Почти вся армия сосредоточена вблизи Города Солнца. По острову раскиданы лишь небольшие гарнизоны.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
