Выйдя из жилища вождя, Лашилла пошла не к себе. По тропе, к краю Огненного круга. Вот еще непонятное: каждый вечер делают, и переступить его не смей, – а зачем? Почему? Говорят, Защита от нечисти! И зачем эта стража? От кого? Да и не сторожат они, болтают о чем-то – и все!..
Лашилла полной грудью вдыхала холодный, влажный воздух весны… Хорошо! И у нее – все впереди! И если уж на то пошло, у вождя – тоже! Он сильный, он могучий, он… может быть, и впрямь «мудрый»… Но – ГЛУПЫЙ! И она, Лашилла, прибавит ему ума! И они… а что? Неплохо заживут! Совсем неплохо…
Она стояла у самого края Огненного круга и всматривалась в глухую даль, все еще переговаривающуюся сама с собой капелью и журчанием… Она сама не знала, чего ждет здесь, когда все известно, все решено… И все-таки – ждала. Но Круг – НЕ переступала. Ни разу.
Дни шли за днями. И здесь прошел лед: с глухим ворчанием вспороло реку однажды под утро, и три дня уносила она на север остатки своей зимней коры. Ждали Большого разлива, как там, на родине, и он тоже пришел, Большой разлив, да только… посмеялись общинники, и все! И это – БОЛЬШАЯ ВОДА? И это – Великий Ее Разлив?! Там, на родине, глазом не охватишь эти весенние воды! А здесь… Ну вышла чуть-чуть из берегов, ну и что?! Нет, не видать им больше этого весеннего великолепия!
А тут еще и погода переменилась. Вначале пошли дожди, какие-то хмурые, безотрадные. Потом – вроде бы и не в срок уже, а повеяло холодом. Настоящим, зимним. И вот уже вновь ложатся белые хлопья на освобожденную было землю, на первую зелень… Этот негаданный возврат зимы в дни, когда весна уже перевалила на вторую половину, раздражал и даже пугал. Люди знали: такое бывало и прежде, такое ненадолго, следом – и уже совсем скоро! – придет и настоящее тепло. А снег этот все равно не настоящий : вот он прямо на глазах уходит в землю, умирает, и даже зелень не погибла… Все так! Но знали и другое: спроста в мире не бывает ничего! И этот поздний снег – тоже какое-то предвестие, как и тот, нетающий, летний, что выгнал их из родимых мест… Быть может, настало время и отсюда уходить? Дальше, пока их не остановит воля предков?
Задумывался об этом и вождь, все чаще задумывался. Понимал: нужно поговорить с Колдуном. Но… чем дальше, тем меньше желания испытывал он идти в знакомую хижину Колдуна, где еще совсем недавно проводил едва ли не все вечера. Почему? Ответ ясен: как бы то ни было, а он, Арго, вождь детей Мамонта, оказался слаб! Предостережению внял, но не исполнил. И ему стыдно.
В один из дней, на переломе погоды, Колдун подошел сам и решительно заговорил:
– Великий вождь! Скоро распогодится, скоро уснет Небесная Старуха. Пора думать о нашей тропе!
– Духи уже говорили с могучим Колдуном? – осведомился Арго как ни в чем не бывало.
– Нет. Выбирать тропу нам, людям. Без помощи.
– И что же думает о ней могучий Колдун?
– Думает, что настало время поговорить. Быть может, великий вождь детей Мамонта навестит Колдуна? Сегодня, после заката.
– Да будет так!
Разговор был недолог и сух. Оба собеседника и здесь, на одной шкуре, у одного очага, словно стыдились друг друга, избегали друг на друга смотреть.
Колдун сказал просто: духи молчат, а его собственное предложение – уходить! Чем скорее, тем лучше. И вновь – через текучие воды.
– Но, могучий Колдун, – усомнился Арго, – ведь после уничтожения лашии эта тварь не давала знать о себе. Ни разу! Быть может, ее уже нет и все предосторожности напрасны?
– Было бы так, мои духи-помощники вернулись бы ко мне! Да и пути в иные Миры открылись бы. Ничего этого нет, я по-прежнему глух и слеп! Нет, великий вождь, не дай себя обмануть: Он слишком хитер! Он выжидает!
– Но ты сам говорил: духи уже возвращались!
– К Анго и ради Анго. Не ко мне.
– Бежать! Снова бежать! – с горечью вымолвил вождь. – Что же, так и будем вечно бегать, пока последние дети Мамонта не полягут где-нибудь… как те, сородичи Лашиллы! Не лучше ли остаться здесь и дождаться эту тварь, и покончить с ней наконец! Если она еще и впрямь жива!
– Вижу, мудрый Арго не верит больше своему Колдуну! Что ж, выбирать тропу для Рода – дело вождя. Только пусть он призовет на помощь всю свою мудрость! И выслушает еще раз: будь это место для нас, духи дали бы знать, если не мне, то тебе, вождь! Последние дети Мамонта и здесь полечь могут… когда нежить вновь возьмется за дело! «Покончить»! – Колдун впервые усмехнулся, одними губами. – Поверь, Арго, если только ты можешь еще мне верить…
Не договорив, он махнул рукой. Но вождь понял. И почувствовал злобу. Совсем не ту, что вела его в бой на лашии. Иную, давно забытую: злобу на того, кто сказал неприятную правду.
(«Что это со мной? Или настал срок прийти новому вождю?»)
– Пусть так! За весь наш путь могучий Колдун ни разу не дал дурного совета. Должно быть, прав он и в этот раз! Когда же следует нам встать на тропу?
Колдун ответил немедля. Видимо, обдумал заранее.
– Новая тропа – важнее Большой охоты. Готовиться нужно. Одноглазая заснет не сегодня завтра, тогда и начнем. Мужчины от своих жен должны уйти, – как обычно, на весь срок. Мужских домов у нас здесь нет. Придется вождю прикинуть, как людей расселить. Мужчина может и у себя остаться, лишь бы женщины не касался все это время… Ни своей, ни чужой!..
Вождь понял намек. На этот раз он почувствовал не злобу – досаду.
(«Что же, он совсем уже беспомощным меня считает, если не выдержал тогда!.. „Не выдержал“! И сам он, и любой другой, в ком есть мужская сила, поступил бы так же…»)
– А когда Небесная Старуха вновь проснется, тогда и на тропу встанем, – продолжал Колдун. – Самое лучшее время! К тому сроку, глядишь, и внук у тебя появится! С новорожденным трудно придется, но Нага выдержала. А Туйя покрепче. Не разродится к сроку – день-другой и припоздниться можно, не беда.
Разговор окончен. Сегодня общинники узнают о решении вождя. Мужчины с радостью займутся подготовкой: разговоры о новой тропе идут уже давно, все заждались. Женщины загрустят, ну так что ж! Здесь еще не их земля, не их новая родина! Ее еще предстоит найти…
Пора уходить. Но Арго хотелось высказаться о наболевшем. Давно хотелось.
– Как быть с Лашиллой? Что думает об этом великий Колдун?
Старик удивленно поднял брови:
– Но, великий вождь… ты уже обещал этой женщине найти ее сородичей! Вот и будем искать. В пути.
(…Если только есть они вообще, ее сородичи!)
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
