высоком камне, который возвышался в центре пещеры. Сальвет пришлось постараться, прежде чем она смогла взять в пальцы тонкий стебелек со светлой пушистой колючкой на его конце.
Стоило открыть сумку, как содержимое пещеры стало само подниматься в воздух, отрываться от потолка и стен и плыть в их сторону. К счастью, каким-то чудом материалы были небольшого размера, так что все прекрасно вмещалось.
— У нас что-то сломалось? Почему оно повисло? — Сальвет смотрела под ноги на материалы, повисшие в воздухе. Сидеть на камне оказалось очень удобно.
— В сумке место закончилось, — с нервным смешком отозвалась Зу Жи, с лица которой не сходила какая-то глупая улыбка.
— Ах да, я и забыла, — с этими словами Сальвет захлопнула крышку сумки. Духа колодца вернула на законное место, воткнув в твердую поверхность темно-красного камня.
Болтая ногами в воздухе, еще какое-то время осматривала пещеру. Материалы вернулись на свои места. Словно и не взяла отсюда ничего.
— Как будем выбираться из этого благословенного места, Зу Жи? — полюбопытствовала Сальвет. — Идеи будут? Колодца не вижу, дверей тоже.
— Зато я вижу. Там в стене дыра есть. Там выход, — указывала куда-то в сторону Зу Жи.
— Уверена? — Сальвет посмотрела в ту сторону, но ничего не заметила за скоплением огромных разноцветных грибов с крохотными шляпками.
При ближайшем осмотре ножки грибов оказались похожими на губки, легко продавливались и так же быстро возвращали себе исходную форму. За одной из таких ножек скрывалась дыра. Без подсказки Зу Жи долго бы искала.
Любопытно, но в тоннеле, куда на коленях заползла Сальвет, оказалось светло. Солнечные лучи словно прошивали насквозь твердую породу камня и освещали путь. Необычное зрелище. Сальвет так устала, что даже не подумала удивляться.
— О! А вот и потолок! Ух! Не думала, что увижу потолок колодца на Большой Охоте, — воскликнула Сальвет, когда тоннель вывел их к краю колодца. Вниз убегали каменные стены, мерцали ступени, скрадываемые молочным туманом.
Обычный каменный потолок, ничего необычного. Ни единого материала на том. Похоже, все драгоценности скрывались за спиной, в той пещере, откуда приползла Сальвет.
Прыгать сразу вниз не стала. Уселась на краю. Хватило краткого осмотра, чтобы понять — на той стороне колодца тоже есть дыра.
— Посмотрим? — предложила Сальвет и, не дожидаясь ответа, поползла по стене, пытаясь наскрести остатки сил на трудный путь.
Но любопытство такая вещь! Силы даже после схватки и беготни по колодцу внезапно нашлись. Так что спустя полчаса Сальвет уже заглядывала в очередной тоннель, освещенный лучами солнца сквозь каменный потолок.
— У нас еще есть время, как думаешь? — оглянулась через плечо на колодец Сальвет.
— Есть, — с твердой уверенностью в голосе ответила Зу Жи.
— Тогда осмотримся! — решительно произнесла Сальвет, подтягиваясь в проход.
Снова ползти на карачках. Один поворот, второй. В прошлом ходе сворачивать никуда не приходилось. Здесь три изгиба, прежде чем тоннель подошел к концу.
Сальвет выглянула, упершись в зелень головой. Фыркая и отбрыкиваясь от мелких листочков, прорвалась сквозь многочисленные веточки и остановилась.
— Ничего себе! Где это мы⁈ — не удержалась она от изумленного возгласа. Совсем в духе Зу Жи, но на этот раз удивляться в самом деле было чему.
Большая поляна раскинулась перед ними. Над головой каменный потолок, но точно так же, как в тоннелях, в которых сегодня Сальвет протирала коленки, светит солнце. Зелень травы в его лучах светится и переливается изумрудными искрами. Разноцветные цветы в запущенных клумбах. В воздухе витают ароматы, от которых кружится голова. Из цветущих кустов выглядывает робко чаша, наполненная прозрачной чистейшей водой. Блики солнца лениво плавают жидким серебром по ее поверхности.
Среди всего этого великолепия возвышался деревянный бревенчатый домик, поросший зеленью так, что стал похож на огромный пенек, прислонившийся к другу-деревцу. Тихо перешептывались с черепичной крышей листья.
Сальвет осторожно сдвинулась с места. Крутила головой по сторонам, отмечая общую запущенность места. Кажется, здесь уже давно никто не бывал. Клумбы заросли сорняками, ветви кустов неровными изгибами торчат в разные стороны.
Огромные цветы, красивые. Сальвет ненадолго замерла у одной из клумб, огороженных серыми камнями разного размера и формы.
— Здесь, — запнулась с какой-то странной интонацией Зу Жи на ее плече. — Здесь я была рождена.
— Что? — не сходу сообразила Сальвет. Выпрямилась и осмотрела цветущий сад. — Рождена здесь?
— Да, — совсем тихо произнесла харпи. — Здесь. На этой клумбе.
— А?..
— Я не знаю, — негромко произнесла Зу Жи на вопрос в голосе солнцерожденной. — Не помню. Мы живем в Боевой академии. Я… Я знаю, что мы… что нас… А сейчас вспомнила, что была здесь прежде. Жила. Мы живем здесь. Жили…
— Мы? — Сальвет подумала и осторожно сдвинулась по заросшей травой тропке из мелкого золотистого песка дальше. — Другие харпи?
— Д-да, — кроха на ее плече крутила головой, словно пыталась увидеть все и сразу.
— Никогда не думала, откуда вы беретесь в академии, — заметила вдруг Сальвет. — Привыкла считать, что она ваш дом родной и все такое.
— Дом, — согласились с ней. — Но… Мы рождаемся здесь. Здесь и жили, порхая среди цветов. Мы…
Сальвет перемещалась по саду, слушая невнятные, сбивчивые слова харпи на своем плече. Воспоминания возвращались к крохе неохотно.
— Я помню, как прошла по тоннелю, — тихо призналась Зу Жи. — И упала вниз. В колодце мы летать не умеем. Сальвет…
— Ты действительно умеешь летать, — улыбнулась Сальвет, глядя на порхающего рядом с ее лицом мотылька. Прозрачные крылышки блестели и переливались всеми цветами радуги. — Раз ты вспомнила это, то, может, скажешь, кто жил тут вместе с вами? Прости, но вы маленькие, а эти предметы явно для кого-то моей комплекции.
— Не знаю, — призналась Зу Жи и тихо добавила. — Не помню. Всегда думала, что… Но моя память растаяла, едва ноги коснулись дна колодца. Там нас в разное время находил глава Боевой академии. И забирал себе. Помню, как спрашивал. Но я уже ничего не могла рассказать, позабыв прошлое.
— Раз не помнишь, попробуем заглянуть. Вдруг вспомнишь.
— А если она еще здесь?
— Она? — заинтересовалась Сальвет, пока харпи, вернувшаяся к ней на плечо по привычке или от слабости, прислушивалась к собственным воспоминаниям.
— Она, — повторила Зу Жи. — Не знаю, почему, но знаю это. Да, давай
