— Я ожидал, что здесь будет пахнуть, как в хлеву, — сказал он.
— Может быть, мы были неправы, и зверей не было здесь до этих пор, — ответил Альдрих.
— Кто-то был, — произнёс Готрек, постучав топором по камням очага. — Если эти звери не разжигали этот огонь.
Феликс было начал отвечать, но вдруг вновь услышал мягкий шуршащий звук. Крысы в стенах, может быть? Или что-то ещё… Феликс посмотрел на то, как волосистые лишайники, цеплявшиеся к стенам, заколыхались под ветром, и с трудом сдержал дрожь.
— Конечно, это были звери, — ответил Альдрих. — Кто же ещё?
Феликс увидел что-то, что было слегка не к месту среди мусора, заполнявшего комнату. Он подошел и вытащил это из кучи, используя лезвие Карагула.
— Может быть тот, кому принадлежит это? — задал он вопрос своим спутникам, демонстрируя ботинок.
— Это ботинок, — сказал Альдрих.
— И на нём есть кровь.
— Ба, звери, вероятно, убили нескольких путешественников, — встрял Готрек. — Не всем так повезло с мечом, как тебе, человечий отпрыск.
Феликс проигнорировал сомнительный комплимент.
— Но сначала заставили их разжечь огонь?
— Я слышал и более странные вещи, человечий отпрыск, — ответил гном, пожав плечами. — Это не имеет значения. Тот, кто зажёг огонь, ушёл, звери мертвы. А если есть ещё, то… мы скоро это исправим. — Он провёл пальцем по кромке топора, словно подчёркивая последние слова.
Как только языки огня вспыхнули вновь, возвращаясь к жизни, небо, видное сквозь дыры в потолке, потемнело. Феликс смотрел, как поднимающийся дым скрывается в зияющих провалах крыши. Готрек сидел и глядел в огонь, казалось, он углубился в себя, как никогда ранее. Иногда, Феликс гадал, что представало взгляду Убийцы в такие моменты. Но только иногда — по большей части он был рад тому, что эти вещи были от него скрыты.
Альдрих, с другой стороны, казалось, становился всё более нервным с каждым часом. После того, как Феликс увидел, как он хладнокровно подстрелил зверолюда, ему казалось, что Альдрих — человек не робкого десятка. Но с другой стороны, сейчас Феликс не мог обвинять своего спутника за то, что тот был немного не в своей тарелке. Огонь отбрасывал на стены жутковато танцующие тени, да и звуки, разносящиеся по ночному дому, также не способствовали расслаблению. Каждый скрип и вздох заставлял волосы Феликса шевелиться, а самого его вздрагивать. И было кое-что ещё… Постоянный звук, далёкий, но безостановочный, напоминающий бой барабанов.
Наконец, он не выдержал.
— Готрек, ты слышишь это?
Альдрих вздрогнул, когда он заговорил, и чуть не выплюнул кусочек вяленого мяса, который жевал. Сухое мясо и сыр были всеми припасами, что они взяли с собой в дорогу. Феликс надеялся, что им удастся подстрелить птицу либо кролика на пути, но жизнь словно бы отступала при приближении к Звёздному Чертогу, впрочем, он винил в этом зверей. Но не менее странным было и то, что, казалось, даже деревья и трава старались расти подальше от этого места.
— Слышу что, человечий отпрыск? — спросил Готрек, выныривая из раздумий.
— Это, — ответил Феликс, жестикулируя. — Этот звук, что это… Ты слышишь?
— Это вода, — отмахнулся Готрек. — Вода, бьющая по камню. Эти горы слабо устойчивы к воде, их корни слабы, и слишком много известняка. — Готрек постучал костяшками пальцев по камням очага. — Этот камень мягок. Вот почему вы, люди, могли делать из него то, что хотели. Для этого даже не нужно было особого умения.
В тишине эхо от жеста Готрека было громким. Оно отскакивало от столба к столбу, вырастая и затихая. Феликс почувствовал холод, который не имел ничего общего с ночным.
— И всё-таки, почему это место назвали Звёздный Чертог? — спросил он, скорее, чтобы заполнить гнетущую тишину, чем из реального любопытства.
— На самом деле, причина достаточно банальна, — рассеянно ответил Альдрих. — В это место упала звезда. На расчищенном при падении месте и был построен дом…
Готрек неожиданно вскочил на ноги, и было на его лице то, что обеспокоило Феликса. Он принюхался, вдруг встревожившись от вони, на которую он мог бы не обратить внимания в течение всей ночи. Он думал, что это был запах мёртвых зверей, но так ли это было на самом деле? В запахе ощущалась стойкая сырость. «Словно мокрая шерсть», — подумал он.
Звук снова вернулся, на этот раз громче. Не только монотонный гул, но суетливое движение. Резко вспотевшие ладони Феликса опустились на рукоять Карагула. Альдрих не двигался, но было понятно, что он тоже всё слышал.
В тени мелькнули фигуры. Готрек издал торжествующий крик и прыгнул на одну из них, его мощные руки вцепились в трепыхающиеся конечности. С рёвом он выкинул фигуру на свет.
— Ха! Поймал тебя, — закричал он. Феликс вскочил на ноги с мечом в руке. — Посмотри за ним, человече, а я позабочусь об остальных, — сказал Готрек, дико ухмыляясь.
— Готрек… — начал Феликс с ужасом глядя на пленника гнома. Убийца схватил топор и бросился в тени, не обращая на Феликса никакого внимания. Феликс посмотрел на тело, которое Готрек свалил к его ногам. Человек был мёртв, и, судя по нанесенным ранам, уже несколько дней. Но не это вызвало ледяной страх, скрутивший кишки Феликса.
Что-то длинное, чёрное и блестящее тянулось от тела к теням, и пока Феликс смотрел, это дёрнулось, и вместе с ним задёргалось тело, а затем, шатаясь, поднялось. После чего, не издав ни звука, он было утащено в темноту. Готрек невнятно заорал, и Феликс увидел, как он ударил по танцующим, качающимся фигурам, движения которых более походили на управляемых нитями кукольника марионеток, чем живых людей. Но кто держал эти нити?
— Альдрих, ты ви… — Феликс повернулся и уставился в дуло пистолета Альдриха.
— Я видел гораздо больше, чем мне бы хотелось, Ягер, — прохрипел Альдрих, широко раскрыв глаза, его лицо подёргивалось, словно от нервного тика. — Теперь будь хорошим наёмным мечом и присоединись к своему другу.
— Что за…?
— Просто выполни свою работу, Ягер. Сделайте то, за что я заплатил вам и вашему низкорослому другу, — помогите достать мне то, за чем я…
Знакомая тварь пролетела по воздуху, стуча сломанным клювом. Волосатая птица, что немногим ранее чуть было не прикончила Феликса, упала перед ними, размахивая когтями. Феликс бросился в атаку на тварь и ударом меча отбросил её в сторону. Существо безвольно плюхнулось в огонь, вьющийся чёрный усик, что управлял тварью, словно рука кукольника, заизвивался, когда пламя лизнуло его, но спустя мгновение сбил огонь. Мерзкая вонь, напоминающая сожжённые волосы, наполнила ноздри Феликса, и вдруг всё накрыла тьма.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
