не раз уже делал подобное и потому имел близкое знакомство с отвратительными многолапыми десантниками — этого он не забыл, несмотря даже на свою частичную амнезию.
Веборианцы, а точнее хватеры, являлись единственными негуманоидными солдатами в войсках Королевства. Их реакция превосходила человеческую в сотни раз, они были неразборчивы в питании, необыкновенно живучи, равнодушны к таким внешним условиям, как повышенная гравитация, влажность, кислотность, содержание кислорода, которым дышали, или температура. Природа сама снабдила хватеров тем оружием, которое человек вынужден был себе придумывать: толстый соляной панцирь, скрывавший мозг, органы и запас питания, не мог пробить выстрел из бластера; тридцать шесть лап с присосками, четырнадцать любых из которых служили для передвижения, а остальные в это время выполняли любые другие функции, оказывались на порядок сильнее самых крепких человеческих рук или ног; хватеры чувствовали любое другое живое существо в радиусе нескольких километров, и безошибочно находили его; они обладали способностью ориентироваться по магнитным полям и перемещаться со скоростью до двухсот километров в час, даже не разворачиваясь для смены направления; они воспринимали звуки — тонкие волоски на конечностях позволяли делать это, но сами общались с помощью электромагнитных волн, которые излучали, а затем поглощали щелями-глазами, расположенными по всему диаметру круглого тела — они видели мир в отраженном свете своих излучателей и не нуждались в освещении…
При всех своих качествах и бесконечном желании воевать, хватеры вполне могли бы захватить власть в галактике, если бы не их стремление к одиночеству и не природные инстинкты, которые однажды и поставили веборианцев в зависимость от людей.
Когда впервые эрсэрийский корабль приземлился на Веборе, людей потрясло многообразие форм жизни, процветающих в таких условиях, которые, казалось бы, должны были противиться самому понятию «жизни». Четыре пятых эрсэрийского экипажа погибло от болезней или пошло на корм веборианской фауне, а те, кто остался, поклялись никогда не возвращаться на планету смерти. Однако позже, на втором столетии Великих Войн, люди вспомнили о Веборе, как о возможности использовать живущих там существ в качестве средств уничтожения. Тогда была организована специальная экспедиция для изучения Вебора.
Ученые насчитали триста тысяч видов животных, а хватеры оказались единственными разумными существами на планете. Несмотря на малую численность и неспособность объединяться, Вебор полностью принадлежал им. Единственными врагами хватеров служили сами хватеры.
Они оказались бесполыми. Один единственный раз в жизни хватер откладывал яйцо, после чего умирал. Это яйцо становилось причиной ожесточенных сражений между другими особями. Хватер, доказавший свое право на него, заглатывал «приз» и забирался в какую-нибудь укромную щель или пещеру или строил хижину, где делился на шесть-восемь молодых пауков. Эти молодые общались друг с другом, совместно охотились и жили, но только до тех пор, пока кто-либо из них не завоевывал право оставить потомство и не делился, что, на самом деле, случалось довольно редко, так как не многие хватеры доживали до того возраста, когда могли отложить яйцо. Дети родственника уже не являлись родственниками. Таким образом, самые большие группы хватеров, обнаруженные на Веборе исследователями, насчитывали восемь пауков, а все стремления хозяев планеты так или иначе витали вокруг размножения и не имели ничего общего с человеческими. Например: хватеры убивали себеподобных не с какой-то целью, как люди, а просто потому, что этого требовал их инстинкт, и одновременно придерживались строгих норм, также непонятных людям, например: нора «чужого» паука, уединившегося для деления, считалась священной и даже охранялась случайными хватерами-скитальцами, которые уже после деления могли спокойно уничтожить все потомство.
Хватеры оказались неспособными понять людей. Попытки контакта долгое время оказывались безуспешными и заканчивались плачевно для эрсэрийцев. Вооруженные конфликты имели эффект драки с комарами — стоило уничтожить семью целиком и ни один хватер на планете не имел к людям никаких претензий и мог охотиться на них, считая, что лично для него они не опасны. Также, если бы удалось договориться с одной семьей, любая другая относилась бы к людям по-прежнему, то есть как к легкодоступной дичи. Приручить пауков не удавалось — они сохраняли агрессивность в любых условиях, а образ их мысли не подчинялся человеческой логике.
Перелом в истории Вебора произошел, когда люди нашли способ ускорить размножение хватеров. Ради возможности оставить потомство пауки пошли на все. Ни одна человеческая религия, ни один культ не был так фанатичен по своей природе, как стремление к делению хватеров. Хватеры готовы были лететь с людьми, служить им, умирать за них, только за то, чтобы после этого каждый, кто уцелеет, мог получить драгоценное яйцо и спокойно разделиться в безопасности.
Эрсэрийцы набрали пехоту из веборианцев и использовали ее, как используют бактериологическое оружие — когда требовалось очистить планету от противника, но не хотелось взрывать ее целиком.
Те хватеры, которых видел в своей жизни Дилло, уже не являлись настоящими веборианцами — это были гибриды, выращенные в эрсэрийских лабораториях. Они умели подчиняться командам старших по званию, действовали сообща и ценили жизнь человека выше своей собственной. Но они все равно оставались опасными непредсказуемыми дикарями, которых большинство людей боялось и ненавидело. И Дилло не был исключением.
…Сигнал «по машинам!» разорвал размышления Риккрохха. Он сорвался с места, чуть замешкавшись, и бросился к своему линсору — с левой стороны, красный люк, второе отделение, номер 67. Четверо ребят, его подчиненных, составлявших прикрытие ловца, разбежались по машинам рядом. Хватер, с его молниеносной реакцией, уже влез в камеру и ждал, пока Дилло займет место в кресле пилота и закроет люк.
Дилло волновало только одно: успеть запрыгнуть в кресло, включить страховочную гравитацию, подсоединить шлем к устройству наведения, проверить исправность систем, подать сигнал готовности и закрыть люк кабины. На все давалась девятисекундная готовность. На счет «нуль» люки откроются независимо от того, готов пилот к старту или нет. Если обнаружена неисправность, о ней нужно сообщить на счет «три», не позже. Потом все проблемы лягут только на плечи солдата…
Крышка стала на место. Красная лампочка вспыхнула, люк распахнулся и машина стала падать по вертикальному туннелю, разгоняясь кольцами магнитных ускорителей. Дилло понял, что не включил защиты от перегрузки. Дыхание захватило, жилы вздулись, тело рвалось вверх. Он со злостью вспомнил о своем пассажире — тому-то на все наплевать!..
Линсор вылетел из ракетоносца со скоростью артиллерийского снаряда и камнем понесся вниз, окруженный роем таких же линсоров — весь третий батальон двенадцатой дивизии — на равном расстоянии друг от друга маленькие машины образовывали горизонтальную плоскость, которая падала на приближающуюся землю.
Глава 8
Пока продолжалось падение, Дилло мог повторить задание. Высадка
