побережья. Когда-то, целую вечность назад, отражая свет Древ, путь в Альквалондэ сиял серебром и золотом. Теперь это были просто белые камни среди сухой и жёсткой почерневшей травы.
— Природа гибнет, — дрогнувшим голосом произнес Нолофинвэ, — а владыки бездействуют.
— Они обещают, что постепенно исцелят раны Валинора, — без выражения произнес Турукано.
— Они обещали многое, — криво улыбнулся Нолофинвэ, — и теперь мой отец мёртв, мой брат меня презирает, а сам я вынужден вести свой народ вслепую, неизвестно куда. Но, — эльф выпрямился в седле, — мои обещания крепче тех, коими разбрасываются Валар. Пусть они неправы, не нам их судить. Мы просто не будем такими, как они.
Турукано кивнул. Ему очень не нравилось, что пришлось надолго оставить семью, и лишь мысль о том, что, обустроившись в Средиземье, он заберёт жену и дочь к себе, грела сердце.
— Финьо снова несётся впереди всех, — указал кивком головы Турукано на знамёна брата, почти исчезнувшие вдали.
— Поэтому именно он первым узнает, чем закончились переговоры, — натянуто улыбнулся Нолофинвэ, — расскажет нам, и я приму решение, как быть дальше. Я всё равно не смогу его остановить.
— Может быть, стоит попытаться?
— Знаешь, сын, — Нолофинвэ отвернулся, — порой мне кажется, моего старшего брата все любят больше, чем меня. Даже мои дети. Возможно, я это заслужил, но от понимания менее обидно не становится.
Глава Второго Дома, опустив голову, помолчал, потом встряхнулся и улыбнулся сыну.
— Не принимай близко к сердцу, — сказал он. — Сейчас не время для взаимных обид. Мы делаем общее великое дело, и не имеем права быть слабыми.
Впереди затрубили рога, и Нолофинвэ встревоженно переглянулся с сыном.
— Разведка Финьо донесла дурные вести? — собрался рвануть вперёд Турукано, но отец остановил его.
— Мы не бросимся вслепую неизвестно куда и зачем, — сжал зубы Нолофинвэ.
— Но Финьо…
— Мы не сможем его остановить.
— Может быть, ты просто не хочешь этого делать?! — вспылил Турукано и пришпорил коня.
Нолофинвэ обернулся на своих воинов. Часть из них последовали за Турукано, остальные ждали приказа своего короля. Короля Нолофинвэ. А второй из владык Нолдор посмотрел на исчезнувшие вдали знамёна старшего сына, и сильнее стиснул поводья, чтобы никто не видел, как дрожат его руки.
***
Время словно остановилось, будто в одном кратком мгновении уместилась вечность. В голове прозвучали слова Клятвы, в груди проснулось неистовое пламя, готовое пожрать любого, кто не понимает, какое горе может принести в Валинор Моргот.
А завершили наваждение всплывшие в памяти слова брата:
«Неважно, прав отец или нет. Но всё держится на нём. Абсолютно всё».
Брата, который должен был со своими воинами занять башни. А теперь с них полетели стрелы…
Нельяфинвэ быстро обернулся на маяк, увидел, что оттуда не стреляют, и, больше об этом не думая, загородил отца, выставляя вперёд щит.
— Уходи на корабль! Я прикрою! — эти слова пришлось выкрикивать, перекрывая страшные звуки, донесшиеся со всех сторон. — Дай мне свой шлем! Бери мой! Я отвлеку их! Уводи Нолдор, отец!
В высоко поднятый щит ударились стрелы, но металл был прочным, и лишь слегка промялся.
На миг взгляд остановился на оказавшемся в руке шлеме отца. Гребень на нем был намного выше остальных, на металле преобладал алый цвет, звезду, символ рода, украшали алмазы.
Призвав своих воинов во главе с Асталионом, Нельяфинвэ, надев шлем Феанаро, под градом стрел ринулся к дворцу. Крепкий щит пока ещё держал удары, и нужно было атаковать, пока металл не пробит. В это время остальные могут отступить, а потом напасть снова. Стрелы у Тэлери рано или поздно закончатся.
Закрывая щитами отца от стрел, Макалаурэ, Карнистир и Куруфинвэ-младший начали отступать к кораблям, но вдруг из открывшихся трюмов показались лучники, мгновенно взобравшиеся на мачты.
«Где мой сын?!» — в ужасе подумал Куруфинвэ-младший, понимая, что через мгновение стрелы полетят уже со всех сторон. Воины подняли щиты, но эльфы стреляли метко, достаточно увидеть крохотный зазор, прореху в защите и…
Струна жизни превратилась в тетиву лука, натянулась. Заигравшая музыка получилась чудовищной.
***
Это было похоже на падение в самый страшный миг прошлого. Я снова в Форменоссэ? Здесь опять Моргот?!
Тьма. Белые камни. Красная… Кровь?! Свист пролетающих стрел, кто-то схватил под руку, потащил. Асталион? Нет… Это кто-то другой.
Стрела пролетела совсем близко, незнакомый эльф, оказавшийся рядом, не успев закрыться щитом, упал. Это он кричит?
Над головой вдруг оказался мост. Нет, это причал для рыбацких лодок. Здесь мелко. Стрелы падали совсем близко, но не долетали, не ранили.
— У меня приказ короля, — сказал эльф, припирая Тьелпе к стене и закрывая собой. — Я буду тебя защищать.
Внук Феанаро посмотрел на воина, и вдруг понял, что этот эльф едва ли старше его самого.
Рука потянулась к мечу, но юный воин схватил внука Феанаро за запястье.
— Нет! — перекрикивая жуткие звуки, доносящиеся сверху, заявил защитник. — У меня приказ короля!
Тьелпе осмотрелся. Они стояли по щиколотку в воде, скрытые от всех белокаменным причалом. То и дело рядом падали стрелы.
Крик раздался совсем рядом, над головами. Ещё. И ещё. Грохот металла о камни стал невыносимым, а потом сверху полилась кровь.
Эльфы переглянулись.
— Мы не сдадимся, — юный воин осмотрелся. — Я, Аратэльмо из Первого Дома Нолдор, пойду за моим королём и его Клятвой, исполняя любой приказ моего короля.
— Что был за приказ? — спросил Тьелпе, и вдруг в воду в нескольких шагах от них с ужасным криком упал воин в алых доспехах, а следом спрыгнул серебрянной стрелой Тэлеро, держа в руках меч, видимо взятый у мертвеца.
Аратэльмо мгновенно ринулся вперёд и вонзил меч в спину эльфа в серебрянной кольчуге. Тот изогнулся и выронил меч. Упав на колени в воду, Тэлеро схватился руками за клинок, торчащий из живота, с содроганием хватая ртом воздух. Выдернув меч, Аратэльмо отпрянул назад и снова встал перед Тьелпе. В воду с конца клинка капала кровь.
Серебряный воин, по-прежнему стоя на коленях в воде, упёрся одной рукой в морское дно, другой зажимая страшную рану на животе, согнулся, сквозь сдавленный стон, кашляя кровью. Воин в алых доспехах приподнялся из воды, с трудом найдя меч. Правая рука его была проткнута тремя стрелами и бессильно висела плетью. Пошатываясь встав, эльф, держа дрожащей левой рукой меч, размахнулся и рассёк давящемуся кровью и
