— Любовницы? — Арабелла покачала головой и медленно опустилась на топчан. — Неужели его порочность не имеет предела?
Максим отдал шпагу Николасу и, вытащив из-за ремня пистолеты, протянул их Рэмси.
— Может, безоружный противник для тебя привычнее? — разведя руки в стороны, язвительно произнес он. — Или тебе надо, чтобы я еще лег на пол и смиренно ждал, когда ты нанесешь удар? Где предел твоей трусости, Квентин?
Квентин прищурился. Он понял, что ему предоставляется шанс, и, развернувшись, выхватил у Форсворта шпагу. Но торопливость подвела его: оружие выскользнуло из его руки и со звоном упало на пол. Квентин было бросился за ним, но Максим преградил ему путь, заставив своего противника выпрямиться, прежде чем его пальцы нащупали эфес. Взбешенный неудачей, Квентин замахнулся, и перстень, который он носил на среднем пальце, оставил на щеке Максима длинную царапину.
И тут Максим дал волю своему гневу, его охватило удовлетворение оттого, что ему наконец-то представилась возможность отомстить этому негодяю. Сильнейший удар слева заставил Квентина отлететь к стене, следующий удар пришелся ему в лицо. Он затряс головой и, собравшись с силами, ринулся на Максима, словно разъяренный бык. Вцепившись ему в плечи, он старался ударить коленом в пах, но Максим отшвырнул его, и тот, пролетев через привязанного к стулу дружинника, со всего маху врезался в прутья решетки. Он потер ушибленное плечо и злобно взглянул на противника, но не сделал попытки подняться.
— Я-то думал, что уже избавился от тебя, — прошипел он.
Максим сдержанно улыбнулся:
— Тогда я вернулся, чтобы забрать то, что когда-то принадлежало мне. А теперь я пришел требовать то, что дороже мне больше всего на свете.
— У тебя никогда не было золота, — внезапно осенило Квентина. Вытерев тыльной стороной ладони кровь с губ, он опять поднял на Максима глаза. — Ты даже не собирался довести нашу сделку до конца.
— Но золота действительно не существует, Квентин, — вмешался Рэмси. — Вернее, не существует золотых монет, которые ты мог бы потратить. То, что я сохранил для своей дочери, представляет собой документы, дающие ей право унаследовать мое состояние.
— А те сундуки, что ты привозил из Стиллиардса? — Квентин никак не мог уразуметь, что же произошло на самом деле. — Чем ты занимался в Стиллиардсе и что было в сундуках?
Рэмси покачал головой:
— Они были пусты. Я покупал их для дочери. Вот и все.
— Все? — взревел Квентин и вскочил. — Почему ты раньше мне об этом не сказал?
— Если бы я открыл тебе правду, ты бы убил меня, — просто ответил Рэмси. — Потому что не захотел бы оставлять в живых свидетеля, знающего тебя в лицо.
— Столько времени! И все впустую!
— Мне нужен ключ, — перебил его Максим, щелкнув пальцами. — Давай его сюда.
Ухмыльнувшись, Квентин полез в карман дублета и вынул ключ. Он с издевкой помахал им перед всеми и, размахнувшись, отшвырнул его к дренажному колодцу. Илис вскрикнула, когда ее муж бросился вперед, чтобы перехватить ключ. Возглас девушки заставил Максима оглянуться, и он успел краем глаза заметить, что Квентин атакует его со шпагой в руке. Он увернулся, и острие разрезало воздух в дюйме от его головы. Максим столкнул ключ в колодец и поймал свою шпагу, которую ему бросил Николас.
— Ну что же, давай решим все вопросы так, как того требует честь, — язвительно произнес он.
Но Квентин, страшившийся подобной перспективы, только с ненавистью взглянул на противника.
— Иди сюда. Посмотрим, кто из нас лучше фехтует. Может, тебе даже удастся одолеть меня.
Квентин уставился на шпагу, зажатую в руке. Неожиданно он перепрыгнул через связанного дружинника и метнулся к лестнице. Николас ринулся ему наперерез, и Квентин попытался проткнуть его, но промахнулся. Максим, убедившись, что с его другом все в порядке, бросился за Квентином. Сэр Кеннет помог узникам выбраться на свободу и последовал за Максимом.
Квентин промчался через кухню, пол которой был устлан телами его дружинников, и, выскочив во двор, подбежал к стене, окружавшей замок. Он был вынужден остановиться, когда увидел за стеной выстроившихся в две шеренги королевских драгун, а рядом — стрелков, готовых пресечь любую попытку бежать. Оглядевшись по сторонам, он заметил старика Джастина, теперь вдруг превратившегося в юношу, Шерба, с глаз которого исчезла повязка, и дородного повара. Все трое медленно приближались к нему, а за ними следовали Максим, Николас, Кеннет и узники, успевшие к этому моменту подняться по скользким ступеням лестницы.
Квентин взобрался на стену. Его глаза бегали по сторонам в поисках лазейки, чтобы бежать. Максим выступил вперед. Он держал шпагу наготове, но не угрожал ею.
— Ты проиграл, Квентин. Удача изменила тебе. Давай покончим с этим. Сражайся или сдавайся!
— Я выбираю поединок, и победа будет за мной! — взвизгнул Квентин и отбросил шпагу.
Максим на секунду отвернулся, а когда вновь взглянул на Квентина, то увидел направленный в лицо пистолет.
— Будь ты проклят, Сеймур! — добавил Квентин. — Больше тебе не удастся выследить меня!
Раздался выстрел, и Максим вздрогнул, когда мимо его уха просвистела пуля. Он не почувствовал никакой боли, но почему-то у Квентина на лбу появилось темное отверстие, и тот, окинув всех ошеломленным взором, стал оседать. Он напоминал обмякшую марионетку, медленно поворачивавшуюся вокруг своей оси. Он поднял невидящий взгляд к небу. Его руку свела судорога, и палец нажал на спусковой крючок. Пуля со свистом исчезла в облаках. Камень кладки закачался под ним, и Квентин рухнул вниз.
В следующее мгновение дождь усилился — казалось, природа хочет смыть следы пребывания этого негодяя на земле. Максим вставил шпагу в ножны и повернулся. За его спиной стояла Арабелла. Она словно окаменела. Капли дождя смешивались со слезами. Наконец она посмотрела на Максима.
— Прости меня, Максим, прости меня за все…
Илис подошла к сестре и, забрав у нее пистолет, передала его Максиму. Потом отвела ее в башню. Кеннет забрался на стену и подал знак солдатам войти в замок. У них не заняло много времени арестовать Кассандру с ее отпрысками и всех уцелевших дружинников Квентина.
Максим был несказанно удивлен, когда увидел въезжавший в ворота экипаж графини Анны. За экипажем следовала повозка со слугами из Бредбери. Все они были вооружены: одни — длинными ножами, другие — ржавыми древними мечами, третьи — дубинами и косами. Леди Анна Холл выбралась из экипажа и, когда Максим указал ей на башню, поспешила туда, чтобы убедиться в целости и невредимости своей правнучки. Найдя девушку и ее отца в комнате наверху, она бросилась обнимать их. Ее радостные возгласы перемежались всхлипываниями.
