— Привет, — искренне улыбнувшись, она попыталась поймать взгляд любимого в отражении зеркала заднего вида. — А что за прослушивание вдруг?
Вячеслав повернул голову, и сам ища ее взгляд. И так глянул… В общем, у Агнии аж горло перекрыло и по затылку дрожь прошла. И при всем этом он совсем не смотрел на дорогу. Ну и что, что бульвар?!
— Вячек? — Агния попыталась откашляться, потому как голос внезапно охрип. — Что…
— Какого хрена ты туда опять уселась? — прервал он ее тихим и напряженным голосом. И вдруг резко затормозил. — Пересаживайся, — велел Вячеслав, пока Агния еще пыталась вернуть себе равновесие. — Или фиг мы куда-то поедем.
Он даже перегнулся через сидение и открыл дверь переднего пассажирского сидения, будто торопил ее. Она знала, почему он это потребовал — Вячеслав всегда предпочитал видеть ее глаза, когда они разговаривали. Веских причин, чтобы аргументировать выбор места у нее не нашлось. Но у Агнии ни с того, ни с сего, вдруг появилась другая идея.
Тихонько скинув с ног туфли, она оперлась одной ладонью о спинку переднего пассажирского сидения и поднялась. Чуть наклонилась и босыми ногами забралась на переднее сидение. Но сесть на то ей не дали. Не успела Агния перебраться вперед, как ладони Вячеслава ухватили ее бедра, смяв юбку платья, он резко потянул вниз, и уже в следующую секунду она сидела на его коленях. Задыхаясь, потому что Вячек тут же зарылся лицом в ее распущенные волосы и глубоко, шумно вдохнул. Его хватка не ослабла ни на миллиметр, наоборот, руки скользнули по ее животу, обхватывая Агнию словно тисками. Плотными и жадными.
— Друг? — наконец хрипло и требовательно уточнил Вячеслав, заставив Агнию повернуться к нему лицом, надавив ладонью на щеку. — Пацаны с девчонками не дружат, Бусинка. Уж мне можешь поверить. — Его губы замерли на ее затылке. — Почему я об этом друге только сейчас узнаю?
Она растерялась. Честно.
— Ой, да я и познакомилась с ним не очень давно, Вячек, — совершенно искренне призналась она, извернулась в его руках, пересев так, чтобы оказаться лицом к лицу с ним. От этого ее юбка вздернулась еще выше. — Мы с его одногруппницей случайно порвали мой браслет, помнишь? Вот, а Стас помог все кусочки собрать. Ну, а потом мы иногда пересекаемся в консерватории, он мне несколько дисков дал послушать, я этой группы раньше не слышала, — не дождавшись ответа от Вячека, продолжила она. — Аня в него влюблена, мы часто втроем в буфете сидели…
— Аня, значит. — Вячеслав цокнул языком. — Разве ты не поссорилась с ней?
В первую секунду она опешила. А потом Агнии стало так смешно. Можно, конечно, было бы рассердиться за настолько полный контроль, и вероятно, кто-то бы именно так и отреагировал. А ей просто стало весело.
— Вячек! — стараясь подавить смех, возмутилась она, обняв его руками за шею. Прижалась своим лбом к его лбу. — А это не чересчур? — поинтересовалась она, имея в виду его желание иметь тотальное управление над всеми событиями в ее жизни.
Он скривился:
— В самый раз, малышка, — довольно раздраженно проворчал Вячеслав.
— А мне кажется, ты несколько переигрываешь… — начала было Агния, но его губы помешали ей закончить фразу.
Вячеслав обрушился на ее рот с напором, придавливая и гладя одновременно. Целуя так сильно, так крепко, почти алчно. Она даже застыла на мгновение, почему-то похолодев внутри, словно ощутив что-то нехорошее. Не от поцелуя любимого, а в нем самом, в Вячеславе. Он показался ей вдруг таким напряженным и настороженным. И Агния задрожала от непонятного холодка, отчего-то застывшего внутри, как раз за сердцем. Словно что-то плохое могло произойти. В машине же, в противовес ее внутреннему ощущению, наоборот, стало жарко. И тихо. Так тихо, что звуки их тяжелого дыхания грохотали по барабанным перепонкам Агнии.
— Вячек? — Чуть отстранившись, она заглянула в его глаза, стараясь восстановить дыхание.
Но ничего не смогла разобрать в темно-карих глазах, слишком много там всего бушевало. Ничего, кроме неоспариваемой и требовательной потребности, которую Вячеслав не замедлил озвучить губами:
— Моя, — низко и тихо рыкнул он, руками возвращая ее голову и ее губы на прежнее место. И поцеловал с новой силой.
Она крепко-крепко зажмурилась, стараясь избавиться от этой дурацкой изморози в груди, и обхватила ладонями его щеки. Сама подалась вперед, шепча:
— Люблю тебя.
И Вячеслава, как показалось, отпустило. Его напор стал мягче, каждое касание нежнее.
У Агнии в голове мелькнула глупая мысль: не мог же Вячеслав ревновать к Стасу? Серьезно. Ей было сложно даже попытаться их сравнить. И пусть Стас был одним из «красавчиков» консерватории, и немало девчонок строили ему глазки и вздыхали (да на ту же Аню достаточно посмотреть), она его «не воспринимала». Вот не воспринимала, как мужчину, и все. Возможно потому, что была поглощена Вячеславом. Так полно и глубоко, так всецело, что не только у Стаса, но и у кого угодно другого, наверное, не получилось бы переключить ее внимание на себя. И не только потому, что сравнивать Вячеслава и парней вроде Стаса было для нее так же дико, как попытаться сравнить … Ну, горный массив, к примеру, и какой-нибудь камень, ростом с человека. Не совсем, но в этом роде.
И потом, не могла она серьезно воспринимать Стаса, и все тут. Она верила, что он хороший и интересный парень, и красивый, наверное, пусть и мальчишеской красотой, совершенно не трогающей ее. И что он, вероятно, мечта многих девушек и еще много «всего»… И даже могла допустить, что Стас, как и другие парни вроде него, могли очень красиво ухаживать. Но даже так не могла понять, как Вячеслав мог допустить хоть малейшую вероятность, что Стас мог нравиться ей как парень. Ведь он на это намекал всем этим разговором?
Но… но…
Она же просто не видела никого, кроме Вячеслава. И не хотела видеть.
Почему?
Она не думала раньше об этом. Но если подумать… Стас, наверное, обязательно подарил бы ей цветы на восьмое марта. Даже не спрашивал бы. Агния не сомневалась в этом. Обязательно подарил бы. Но как бы он отреагировал, скажи Агния то, что сказала Вячеславу? Что не любит и ленится ухаживать за цветами. Обиделся бы, что к его подарку так отнесутся? Посчитал бы цветы бесполезной тратой денег? Может быть и посмеялся бы. Агния могла допустить каждый из этих вариантов.
Но вряд ли бы он стал самостоятельно подрезать цветы, которые подарил и менять в тех воду. Конечно, Агния не поверила бы, что и Вячеслав способен на это. Даже удивлялась, что розы стоят так долго. А потом увидела в мусорном ведре обрезки стеблей. И это точно не Агния их туда выбросила.
