— Черта с два это снова будет кухня! — сипло, но достаточно выразительно пробормотал он, вновь впиваясь поцелуем в ее губы.
И продолжая удерживать Агнию на весу, развернулся, выходя из кухни. А она все с той же жадностью целовала его лицо и шею, пока они не очутились в спальне.
Наверное, Агнии следовало бы ожидать чего-то нового, в конце концов, она впервые занималась любовью на кровати. Однако, если честно, наверное, и останься они на кухне, или обоснуйся на полу коридорчика — ей в тот момент не было бы разницы. Так Вячеслав еще не занимался с ней сексом. Словно вообще забыл о чем-либо, что могло их сдерживать. Требовательно, поглощая своим желанием и жаром, заставляя ее даже имя свое временами забывать. Так, что она перестала что-то замечать кроме него, не ощущала ничего вокруг, кроме тела, рук, губ Вячеслава. А он будто пытался вдавить себя в нее или саму Агнию сделать своей неотделимой частью. Целовал с такой силой, что в паре мест на плечах и шее краснота, спадая, сменялась следами засосов. И погружался в нее так мощно, что Агния совершенно потерялась, утратив суть и само понимание течения их движений. Она испытывала оргазм за оргазмом, потерявшись в таком напоре любимого, в таком количестве наслаждения. И все-таки, так и не смогла избавиться от противного и холодного очага холодка за грудиной, стекающего горьким привкусом на ее языке при каждом поцелуе. Потому что и в Вячеславе, кажется, ощущал что-то похожее. В каждом его движении и требовании, в каждом прикосновении и ласке. И это ее пугало, хоть Агния не смогла бы сейчас ни сформулировать, ни выразить словами свои опасения. Но это чувство какого-то надрыва и холодного страха присутствовало.
Осталось оно и когда Вячеслав брал ее второй раз, позволив Агнии отдохнуть лишь несколько минут. И тогда, когда буквально вытащил из горячей ванной, чтобы снова заняться любовью. Так же жадно, сильно, пусть уже и не так торопливо.
А около двух часов ночи этот страх всплеснулся с новой силой, когда Вячеслав, медленно и почти лениво перебирая ее влажные волосы, погладил плечи Агнии, лежащей прямо поверх него самого и не имеющей силы даже для того, чтобы перевернуться.
— Я утром уеду, малышка. На пару дней. Мне надо в Киев смотаться, уладить несколько мелочей, — тихо и будто через силу проговорил он, не позволив Агнии переместить голову, чтобы глянуть ему в глаза. Зато она щекой чувствовала стук его сердца. Правда, именно сейчас это не успокаивало. — Лысый при тебе пока постоянно будет. И Федот останется в городе. Запишешь его номер. Просто. На всякий случай.
— Вячек? — Она все же попыталась на него глянуть. — Может, ты все-таки скажешь, что…
— Да, нормально все, Бусинка, — обманчиво легко хмыкнул он, усилив нажим на ее затылок. — Все, как надо. Мелочи остались. Просто я страхуюсь. Не парься. Спи лучше.
И он обнял ее совсем крепко, видно ожидая, что Агния тут же заснет. Но она и понятия не имела, как это можно сделать после подобного разговора. Однако и не спрашивала больше ничего, четко поняв, что вдаваться в объяснения Вячек не намерен.
Глава 33
— Слушай, ну у твоего крестного реально крутая машина!
Стас бросил рюкзак на пол, вытянул из ушей наушники и плюхнулся на подоконник, у которого стояла Агния.
— Привет, Стас, — не прекращая поиски своего блокнота, где делала пометки на парах по актерскому мастерству, Агния слабо улыбнулась парню.
— Ага, привет, — невпопад отозвался он. — Не, серьезно, классная тачка! Кем он работает, а? Может, ну ее, эту консерваторию, поменяю специальность и буду тоже на такой машине гонять? — с усмешкой подмигнул ей Стас, хоть и было видно, что ему действительно любопытно.
— У него ресторан, — продолжая поиски, хоть и начала уже подозревать, что забыла блокнот в аудитории, откликнулась Агния. — И ювелирный магазин. — Про ночные клубы и остальные предприятия Вячеслава она решила не упоминать.
Стас присвистнул. И вдруг задумался:
— Ювелирный? — переспросил парень. — Это он тебе кулон подарил, да? — Стас махнул головой в сторону ее украшения.
— Да, — поняв, что возвращаться придется так или иначе, Агния сердито отбросила сумку.
Та подпрыгнула по подоконнику и упала на пол, все содержимое разлетелось вокруг.
— Тьфу ты!
Агния тяжело привалилась к стене и прижала ладони к лицу, постаралась вдохнуть и унять бушующий внутри страх и напряжение.
— Эй, ты чего? Все нормально? — Стас наклонился к ней, внимательно всматриваясь в лицо Агнии.
Она еще раз глубоко вздохнула. Нет, все не было нормально. И не в порядке. Совсем наоборот. Она ни одного раза не вдохнула полной грудью с тех пор, как закрыла за Вячеславом дверь своей квартиры сегодня утром. Он привез ее туда в шесть утра, перед тем, как сам уехал в Киев, чтобы Агния могла переодеться и собраться на пары. А через полчаса в ее дверь позвонил Вова. И парень честно сидел в гостиной, ожидая, пока Агния соберется, чтобы привезти ее сюда. Это оказалось не совсем тем, что она подумала, когда Вячек сказал «пока постоянно побудет». Он что, и спать у нее дома останется? Агния этого не хотела. И ей все равно было страшно и плохо, несмотря на присутствие Вовы.
Но, разумеется, ничего этого она не сказала Стасу:
— Нормально. — Агния присела на корточки и принялась собирать разлетевшиеся ручки, салфетки и прочую мелочь. — Да, Стас. Это Вячеслав Генрихович подарил мне кулон на восьмое марта, — запоздало ответила она на его вопрос. — Спасибо, — поблагодарила за вещи, которые он собрал и передал ей.
— А почему ты не скажешь девчонкам, что это крестный подарил? — Стас нахмурился с непониманием. — Ты в курсе, чего ни про тебя болтают и навыдумывали из-за этого украшения?
— В курсе, — Агния застегнула сумку и повернулась к Стасу. — Меня Аня просветила.
Видно он понял, что это не было преподнесено в участливой форме.
— Паршиво. — Стас потянулся за ней следом, когда Агния пошла назад, в аудиторию, где у нее проходила последняя пара. — Вы потому поссорились?
— Наверное, мы и не дружили, раз она так обо мне судит, — Агния небрежно передернула плечами, пытаясь при этом убедить себя, что нет никакого повода для волнений.
Вячек же несколько раз говорил, что все нормально, и ему лишь надо уладить какие-то мелочи…
— Агния?
— А? — Она обернулась, успев забыть, где и с кем находится. Никак не могла найти внутреннее равновесие, потерянное еще вчера. Никак не могла успокоиться.
Стас нахмурился еще сильнее:
— У тебя же пары уже закончились, ты зачем в аудиторию идешь?
— Забыла конспект, — пояснила она. Закрыла глаза и придавила веки пальцами. — Смысл кому-то что-то объяснять, Стас? Им нравится верить в то, что они говорят, и мои объяснения мало что изменят. Они другое что-то придумают.
