бороться с социальным протестом. Были с нуля созданы, изобретены, методы её работы. Старые не работали — городовые были слишком местечковыми, слишком костными, слишком неповоротливыми и малоинициативными. Другая часть полиции, представленная боевыми в прошлом офицерами, считала новые методы слишком грязными, недостойными чести офицера. Ведь им приходилось вербовать, то есть идти на переговоры и убеждать идейных противников поработать на благо Империи — приходилось подкупать, шантажировать, идти на компромисс, входить в положение идейно чуждого им человека. В итоге мало было изобрести новые методы работы, нужно ещё и отобрать подходящих людей и научить их работать по-новому. Да, им пришлось заниматься вербовкой политически неблагонадёжных элементов. А одной из самых успешных операций Охранки стало внедрение своего агента в нарождающуюся структуру революционных борцов. Они всё же тяготели к объединению, и этим поспешили воспользоваться тогдашние ушлые молодцы из спецслужбы.
По сути, они всеми средствами продвигали создание организованной структуры революционеров. На базе партии Социалистов-революционеров, их боевого ядра. Они же это ядро во многом и организовали. Знаешь, для чего это было сделано? Отловить одиночку почти невозможно. Он ни с кем не обсуждает своего замысла. Более того, никто даже не догадывается, что из всех соотечественников именно ему ударила моча в голову. Нанести удар он тоже может где угодно. Только случайность и повышенная бдительность позволяют выявлять подобных уникумов. Зато если их объединить в организацию… Начать фиксировать все их контакты… Управлять их «борьбой», направляя их деятельность в прогнозируемое русло… Так родился «Азеф». Это псевдоним руководителя боевой организации эсеров.
— Поразительно! Я… почему-то не смотрел на проблему с такой стороны.
— У тебя просто мало данных для анализа. Если собрать нашу статистику терактов, самоубийств, статистику по тем людям, кто отказывается от генетической модификации, можно сделать необходимые выводы. А сделав — разработать методы противодействия. И знаешь что ещё, Леон? Помнишь, ты задавал вопрос о моём недовольстве событиями в Литании? Просто за всё нужно платить. Наша цивилизация держится на жертве. Недавние внешники к ней не готовы. Поэтому мы берём ответственность за них на себя, взваливаем её на нашу совесть. Нас оправдывает только то, что мы и сами приносим такую же жертву. Добровольно. Постоянно. Валькирии и ласточки должны умирать в операциях реколонизации. Это неизбежно. Иначе наша кровь застоится. А так они своими жертвами подпитывают нашу идейную среду, нашу готовность вести Экспансию. Тут целый комплекс связанных вопросов. Помимо идеологии есть ещё и необходимость постоянной работы тыла на обеспечение Экспансии. Необходимость держать сами флота в тонусе. Для флота и армии вообще нет ничего хуже застойности. Армия должна воевать. Только тогда она эффективна, и только тогда прочее общество её ценит и уважает по-настоящему. Мы просто не можем остановиться. Никакие половинчатые меры не дадут того, что нам даёт силовая Экспансия. С яркой жертвой. С готовностью в любой момент её принести. Затяжка и сложность в ассимиляции — всего лишь досадные решаемые проблемки, главное именно в необходимости жертвы. В необходимости постоянно смазывать кровью отточенный механизм Экспансии. Я боюсь представить, что будет, когда наши бывшие колонии «закончатся». Придётся придумывать ещё что-то, и вполне вероятно, мы тогда окажемся в глубочайшем социальном кризисе. Отсюда уже сейчас действующее стремление распространить наше влияние на соседнюю галактику. Без этого никак. Даже ресурсы вторичны… Если только не брать человеческий ресурс, эту вечную нехватку мальчиков… Вон, даже я вынуждена довольствоваться вчерашним варваром.
Диана на этих словах задорно мне подмигнула, и я с рычанием подался вперёд, преодолевая разделяющее нас расстояние, навалился, вдавливая женщину в кресло. Несколько минут мы жадно целовались, но потом, не сговариваясь, разлепили объятия. Оба понимали, что далеко не всё ещё сказано.
— В принципе, Леон, такие методы, как в операции «Азеф», долгое время считались у нас устаревшими. Мы же превосходим внешников технически. Можем установить тотальный контроль едва ли не над всеми присоединёнными территориями, дотянуться до самых дальних уголков новых Секторов, залезть в мозг почти каждому новоиспечённому республиканцу. Так считалось. Но теракты всё равно случались. Поэтому я предложила вернуться к истокам, к классике агентурной работы. С этой программой и пришла в Верховные. Старшие сёстры её приняли и одобрили — всё же мой опыт полевой работы пользуется в Республике уважением. Меня уважали за жертву и за результат. Ещё и кондиции подросли в тех жутких земных условиях… Я смогла доказать сёстрам, что они не учитывали, отказываясь от подобной практики, ряд неочевидных обстоятельств. Да, если брать только недовольство и протест, то тут что наши старые методы, что предложенные мной «новые» — всё едино. Нужно смотреть статистику, что в итоге получится эффективней, и будет ли вообще какая-то выгода от всего этого. Ты сам видел, что организация порождает разочарование уже в её методах и успехах. Однако есть другие, сопутствующие, выгоды. Создание боевой оппозиции позволяет найти не только активных недовольных, потенциальных террористов. Организация позволяет также выявить отдельных сочувствующих ей людей, которые сами не готовы умирать, но готовы помогать иными способами. Так сказать, мягких недовольных. А ещё…
— Мафия. Преступность. Остатки старых спецслужб тоже будут искать выход на такую организацию, если не знают, что это — детище самой Республики. Гениально, Ди! Ты просто прелесть!
— Да, я создала эдакий пылесос, высасывающий шлаки прошлого эволюционного уровня. Они даже оружие из схронов, которые мы ещё не выявили, сами приносят! Даже своей показательной гибелью, когда вскрывается грандиозное предательство соратников, организация продолжает служить в интересах Республики. Она вызывает в людях разочарование в соотечественниках, в конечном счёте — в идеях. Приведу тебе не очень корректный пример. Разрушение СССР привело к разочарованию в идеалах коммунизма во всём мире. А до того сталинские чистки, захватившие и мировое коммунистическое движение, я уж молчу про резидентов в других странах, породили такое же разочарование. Не такое сильное, но всё же… Потому что до того непогрешимые носители идеи проявили теперь свою суть как люди… Как простые люди — со свойственными им пороками, и никакие идеи не смогли их исправить. Вот так, котик.
— Ты сказала про программу… Я правильно понимаю, что разница между Высшими и Верховными лишь в статусе?..
— Формально — да. Такого качественного скачка, как у тех же Старших по сравнению с Высшими, здесь нет. Здесь нужно доказать качественный рост личных кондиций, реальную подготовку в собственной сфере. А это возможно лишь через концепцию улучшений, подвижек в
