сильно пахнет сигаретами, а это значит, что ты долго его не снимал, а ведь это уличная одежда.
Кроме этого было ещё множество деталей, указывающих на тот же вывод, но Одри намеренно о них умолчала.
Граф Холл, снимая пальто и передавая его своему камердинеру, усмехнулся:
— Неплохо, очень наблюдательно. Похоже, работа в «Благотворительном фонде» значительно тебя развила. Я всю ночь провёл в резиденции премьер-министра, ждал новостей.
Сказав это, граф Холл вздохнул и продолжил:
— На фронтах в графствах Винтер и Мидси наступление фейсакцев снова отбито. С приходом сильных холодов мы наконец-то получили передышку.
Одри моргнула, изобразив уместное удивление.
Граф Холл тут же улыбнулся:
— Я понимаю, что тебя удивляет. В газетах пишут лишь то, что мы хотим, чтобы знали люди. Положение на оборонительной линии в горах Аманда и в прибрежных городах Мидси не так хорошо, как ты думаешь. В первой же внезапной атаке наш флот и наши солдаты понесли огромные потери. Чтобы не вызывать паники, мы объявили, что силы примерно равны, и заставили все верфи и оружейные заводы работать на полную мощность. За это время обе оборонительные линии несколько раз были на грани прорыва, многие ключевые районы переходили из рук в руки, шли ожесточённые бои. Говорят, это превратилось в человеческую мясорубку.
— К счастью, мы наконец-то выстояли. Эта зима станет поворотным моментом в войне.
На самом деле я знаю... Количество убитых, пропавших без вести и раненых, возможно, и скрывается, но и так многое понятно... К тому же, зима — не обязательно хорошо. Чародеи Погоды из Фейсака очень умело используют подобные условия…
Сердце Одри сжалось от печали, но она быстро взяла себя в руки и с улыбкой сказала:
— Это замечательно. Надеюсь, мир скоро восстановится.
Граф Холл на мгновение замер, а затем сказал:
— Его Величество намерен в субботу выступить с речью перед всем народом и сказать им, что мы непременно победим. В это время во всех городах и деревнях соберут людей на площадях, чтобы с помощью новейших технологий все могли его услышать.
Новейшие технологии… собрать людей на площадях, чтобы слушать речь короля…
Одри внезапно вспомнила предостережение мистера Мира и решила сообщить ему об этом.
Собрать огромное количество людей на площадях, чтобы они слушали речь… Это и есть соответствующее жертвоприношение? Георг III собирается провести ритуал Чёрного Императора?
Получив последние новости от мисс Справедливость, Клейн вернулся в реальный мир с заметно посерьёзневшим лицом. Он несколько раз прошёлся по съёмной квартире, затем, не мешкая, достал бумагу и перо и быстро написал:
«Я собрал кровь Потусторонних двадцати путей, не хватает только „Ассасина“ и „Преступника“.
Георг III в эту субботу собирается выступить с речью перед большинством населения. Ты должна понимать, что это может означать.
Кроме того, мне нужен ритуал для разговора с мистером Дверью».
Сложив письмо и отправив его с Ренетт Тинекерр, Клейн медленно выдохнул. В его голове неудержимо закружились мысли:
С кровью Ведьмы проблем быть не должно. Трисс кажется очень решительной в вопросе срыва планов Георга III…
Можно намекнуть Таинственной Королеве, что у меня есть способ проникнуть в тайный мавзолей… Хотя её главная цель — воскресить Великого Императора, и она не горит желанием напрямую враждовать с Георгом III, но если Георг III преуспеет, Великий Император, скорее всего, уже не вернётся…
Кровь Демона — нужно лишь дождаться возвращения вождя Города Серебра… Его охотничий отряд отправился в путь больше десяти дней назад, скоро должны вернуться… Теоретически, должны успеть, проблем быть не должно… Если нет, я попробую два запасных варианта: первый — использовать дыхание бормочущего вместо крови, второй — вызвать из прорех истории тех демонов, которых я встречал, и взять их кровь…
Район Моста Баклунда, в одной из ничем не примечательных комнат.
Трисс с блестящими, распущенными по плечам чёрными волосами, протянула руку и достала из зеркала письмо. Она вскрыла его, и её брови постепенно сошлись на переносице, что делало её особенно трогательной.
Наконец-то это время пришло?..
Выражение лица Трисс несколько раз сменилось: на нём отражались то сомнение, то сопротивление, то робость, то растерянность. В конце концов, она улыбнулась и с лёгким искажением в голосе прошептала:
— Я убила столько людей, устроила столько трагедий. Даже если я умру на этот раз, я уже давно отбила все вложения…
Помолчав ещё несколько секунд, Трисс достала из потайного кармана чёрного платья стеклянную пробирку. В ней была не её кровь, а кровь другой ведьмы — той, что звалась Шерман, а позже называла себя Шермане.
Как опытная и квалифицированная ведьма, Трисс, обучая Шермане, нашла возможность взять у неё немного крови в качестве основы для проклятий. Возможно, в большинстве случаев это и не пригодилось бы, но могло эффективно предотвратить непредвиденные ситуации. После смерти Шермане Трисс не выбросила эту пробирку, потому что ведьмам довольно часто требовался такой материал, как, например, сейчас.
Город Серебра, в одном из жилых домов.
Как только частота молний увеличилась, Деррик вскочил с кровати, разжёг печь и проворно принялся печь грибной хлеб. Этот хлеб был более нежным, ароматным и вкусным, чем тот, что делали из чёрной травы. Он ему очень нравился, и каждый день он с небывалым нетерпением ждал завтрака, обеда и ужина. Единственная проблема заключалась в том, что грибов, из которых можно было делать хлеб, было не так уж и много.
Из-за ограниченного количества трупов монстров каждый житель мог получать их только раз в неделю, и хватало этого на четыре-пять приёмов пищи. За тысячи лет усилий окрестности Города Серебра стали относительно безопасными, и монстров здесь было мало. Деррик слышал, что кто-то, чтобы добыть монстров для выращивания грибов, намеренно вышел во тьму, надеясь стать приманкой.
И его съели.
Получение этих грибов вызвало у всех определённый оптимизм… Это нехорошо…
Деррик, вспомнив слова вождя перед уходом, покачал головой, взял банку, найденную в руинах другого города, и налил себе белого молока.
Честно говоря, ему не нравился этот напиток, но слова мисс Справедливости о том, что молоко помогает людям расти выше и становиться сильнее, его убедили. Как житель Города Серебра, Деррик знал, что, не выбрав путь Гиганта, его шансы вырасти в будущем будут невелики, но он втайне надеялся хоть немного сократить разрыв с друзьями, и молоко давало ему надежду.
Глоть, глоть.
Деррик с серьёзным выражением лица выпил свою дневную порцию молока. Он уже собирался взять грибной хлеб, как вдруг что-то почувствовал и повернул голову
