152
Мы говорим: «создать», ибо старые русские революционеры никогда не обращали серьезного внимания на вопрос о республике, никогда не считали его «практическим» вопросом, – народники, бунтари и пр. потому, что с пренебрежением анархистов относились к политике, народовольцы потому, что хотели прыгнуть прямо от самодержавия к социалистической революции. На нашу долю (если не говорить о давно забытых республиканских идеях декабристов), на долю социал-демократов, выпало распространить требование республики в массе и создать республиканскую традицию среди русских революционеров.
153
Может быть, небесполезно будет напомнить, к вопросу об «осуществимости» требований социал-демократической программы, полемику К. Каутского против Р. Люксембург в 1896 году. Р. Люксембург писала, что требование восстановления Польши неуместно в практической программе польских социал-демократов, ибо это требование неосуществимо в современном обществе. К. Каутский возражал ей, говоря, что этот довод «основывается на странном непонимании сущности социалистической программы. Наши практические требования, выражены ли они прямо в программе или представляют из себя молчаливо принимаемые «постулаты», должны быть сообразованы (werden… darnach bemessen) не с тем, достижимы ли они при данном соотношении сил, а с тем, совместимы ли они с существующим общественным строем и способно ли проведение их облегчить классовую борьбу пролетариата, дать толчок ее развитию (fördern) и расчистить (ebnen) пролетариату путь к политическому господству. С данным же соотношением сил мы при этом нисколько не считаемся. Социал-демократическая программа пишется не для данного («den») момента, – она должна по возможности дать директиву (ausreichen) при всех и всяческих конъюнктурах в современном обществе. Она должна служить не только практическому действию (der Aktion), но и пропаганде, она должна в форме конкретных требований указать с большей наглядностью, чем это могут сделать абстрактные рассуждения, то направление, в котором мы хотим идти вперед. Чем более отдаленные практические цели можем мы при этом себе ставить, не теряясь в утопических спекуляциях, – тем лучше. Тем яснее будет для масс – даже и для тех масс, которые не в состоянии понять (erfassen) наши теоретические рассуждения, – то направление, которому мы следуем. Программа должна показать, чего мы требуем от современного общества или современного государства, а не то, чего мы ожидаем от него. Возьмем, напр., программу немецкой социал-демократии. Она требует выбора чиновников народом. Это требование, если мерить его по масштабу Р. Люксембург, так же утопично, как и требование создать польское национальное государство. Никто не впадет в такую иллюзию, чтобы считать осуществимым при современных политических соотношениях требование выбирать государственных чиновников народом в Германской империи. С тем же правом, с каким можно принять, что польское национальное государство осуществимо лишь по завоевании пролетариатом политической власти, – с таким же правом можно это утверждать и о данном требовании. Но разве это достаточное основание, чтобы не принимать его в нашу практическую программу?» («Neue Zeit», XIV, 2, SS. 513 u. 514 («Новое Время», XIV, 2, стр. 513 и 514. Ред.). Курсив К. Каутского.)
154
В сущности, к непониманию именно этого пункта сводятся все заблуждения и блуждания «критиков» марксизма в аграрном вопросе, и самый смелый, самый последовательный (а постольку и самый честный) из них, г. Булгаков, прямо заявляет в своем «исследовании», что «учение» о классовой борьбе совершенно неприложимо к области сельскохозяйственных отношений («Капитализм и земледелие», т. II, стр. 289).
155
Разумеется, не всякие меры, ускоряющие буржуазный прогресс, защищает и пролетариат, а только те из них, которые непосредственно влияют на усиление способности рабочего класса к борьбе за его освобождение. А «отработки» и кабала падают на неимущую и близкую к пролетариату часть крестьянства еще гораздо сильнее, чем на зажиточную.
156
Отметим непоследовательность (или недомолвку?) Надеждина, который в своем наброске аграрной программы воспринял, видимо, идею «Искры» насчет крестьянских комитетов, но формулировал эту идею крайне неудачно, сказав: «создание особого суда из народных представителей для разбора крестьянских жалоб и заявлений относительно всех тех операций, которые сопровождали «освобождение»» («Канун революции», стр. 65, курсив мой). Жаловаться можно только на нарушение закона. «Освобождение» 19 февраля со всеми его «операциями» само является законом. Создание особых судов для разбора жалоб на несправедливость известного закона не имеет никакого смысла, пока не отменен этот закон, пока не даны в замену (или в частичную отмену) его новые законодательные нормы. Надо дать «суду» не только право принимать «жалобу» на отрезку выпаса, но и право вернуть (resp. выкупить и т. п.) этот выпас, – а тогда, во-первых, «суд» с полномочием творить закон уже не будет судом, а во-вторых, надо точно указать, какие именно права экспроприации, выкупа и т. п. имеет такой «суд». Но как ни неудачна формулировка Надеждина, а необходимость демократического пересмотра крестьянской реформы понял он гораздо вернее Мартынова.
157
См. Сочинения, 5 изд., том 4, стр. 434. Ред.
158
Напр., Мартынов обвиняет в «фразеологии» «Искру», которая дала ему и общие основания своей аграрной политики («внесение классовой борьбы в деревню») и практическое решение вопроса о конкретных программных требованиях. Не заменив этих общих оснований никакими другими, не вдумавшись даже вовсе в эти основания, не попытавшись поработать над составлением определенной программы, Мартынов отделался следующей великолепной фразой: «…Мы должны требовать ограждения их (крестьян, как мелких собственников)… от разных отсталых форм экономической кабалы…». Не дешевенько ли будет? Не попробовали ли бы вы указать нам прямо хоть на одно ограждение хоть от одной (а не то что «разных»!) отсталой формы кабалы? (вероятно, есть еще и не отсталые «формы кабалы»!!). А то ведь и мелкий кредит, и сборные молочные, и ссудо-сберегательные товарищества, и союзы мелких хозяйчиков, и крестьянский банк, и земские агрономы, – все ведь ото есть тоже «ограждение от разных отсталых форм экономической кабалы». Значит, вы полагаете, что всего этого «мы должны требовать»?? Подумать сначала надо, любезнейший, а потом уже о программах говорить!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
