class="p1">Даже я не могла летать на таком уровне. Я меняла траектории в воздухе и замедлялась при падении, но высвобождение чистой магической силы было невероятно энергозатратно.
Летать было так же утомительно, как непрерывно стрелять «Черными Дырами».
Если отложить в сторону плохое удобство темной магии, был только один тип волшебников, умеющих летать. Это высокоранговый волшебник ветра. Лишь немногие могли свободно летать в небе.
Высокоранговый волшебник ветра. Патрик полностью соответствовал требованиям. Он давно должен был бы летать, но боялся высоты.
— Рюу! Стой! — прокричал он, еще больше сокращая разрыв.
— Рюу! Не останавливайся!
Я его приёмный родитель, а Патрик, любовник его родителя, не связан с ним кровным родством. Было очевидно, за кем последует Рюу.
Рюу замедлился, как сказал ему Патрик. Что?
— Хе… Рюу-кун, прости!
К счастью, мы сейчас были намного выше облаков. Мы уже приблизились к критической высоте.
Магия ветра Патрика потеряла бы часть своей силы с разрежением атмосферы. Я извинилась перед Рюу и пнула его в спину.
Естественно, я старалась не пинать его слишком сильно. Он слишком дорог для меня, чтобы так делать.
— Рюу-кун, первый ускоритель!
С небольшим увеличением скорости я взлетела еще выше.
Магическая сила высвободилась в полную силу вниз. Этот метод ускорения был более эффективен, чем крылья дракона или магия ветра, только в том месте, где атмосфера разрежена.
Благодаря растущей силе Рюу и моим прыжкам я смогла накопить значительную скорость. Я поднималась все выше и выше, превращая кинетическую энергию в потенциальную.
Я ускорилась так быстро, как могла, но скорость снижалась все больше и больше. Я остановлюсь?
Глядя вниз, я могла видеть Рюу и Патрика, которые боролись друг с другом. Как только они упадут на определенное расстояние, они снова смогут взлететь.
Я поднималась, а они падали, относительная скорость была невероятной, и в мгновение ока Рюу и Патрик становились меньше.
Простите, я лечу на Луну.
Это должно быть следствием превышения 99-го уровня. Даже после того, как я потратила столько магии, не было особого ощущения, что моя магия уменьшилась.
Но производительности не хватало, и скорость быстро падала.
Успею ли я вовремя….
И я освободилась от притяжения планеты.
…
Я пытался сказать, что это красиво, но все, что у меня получалось, это хватать ртом воздух.
Наверное, в космосе не было воздуха. Верно.
Я, наверное, на спутниковой орбите, ходила по кругу. Значит, я достигла не второй космической скорости, а первой.
Первая космическая скорость не совсем такая же, поскольку это начальная скорость на нулевых высотах. Скорость, с которой спутник может выйти на орбиту спутника, не ускоряясь на своем пути.
Я посмотрела на раскинувшуюся подо мной планету. Планета все еще была синей и намного красивее, чем Земля, которую я видела на фотографиях.
Континенты отличались от того, что я знала. Никогда не думала, что окажусь в другой вселенной, но никогда не знаешь, что приготовила для тебя жизнь.
Это действительно красиво. Я никогда не устану на это смотреть.
…
Мне стало скучно. Забыв, что воздуха нет, мой рот снова начал задыхаться.
Мне пора домой. Полет на Луну — несбыточная мечта. Я не была уверена, что смогу задерживать дыхание так долго.
Мне придется потренироваться задерживать дыхание, чтобы отомстить.
…
Как я вернусь?
… Я никогда этому не училась.
Не имея возможности вернуться на землю, меня ждало мое жалкое будущее, поскольку я продолжала вращаться вокруг спутников, пока не умру.
Но неужели я с жизненной силой выше 99 уровня умру от нехватки воздуха?
Я останусь здесь, блуждая в космосе навсегда. И поскольку я не могла умереть, даже если бы захотела…
…
По крайней мере, я перестала об этом думать. Я знала, что это немного, но я хотела сказать это вслух.
Я должна думать нормально и сделать выброс маны вверх.
Если то, что я выпускаю, это воздух, он замерзнет, и я не смогу вернуться домой.
Давайте начнем падение Юмиэлы.
Я извергнула немного маны вверх и опущусь на землю. Если я приложу немного силы, гравитация планеты подхватит меня и мгновенно притянет к земле.
На этот раз я направила магию вниз. У меня был образ ракеты, у которой больше аварий при входе в атмосферу, чем при запуске. Вернуться могло быть сложнее, чем уйти. Я буду очень осторожна.
Мое тело становилось все теплее, когда я падала.
То, что становится ярко-красным при входе в атмосферу, не являлось результатом теплового трения с атмосферой. Долгое время я также принимала это за трение, но то, что заставляло космические корабли, метеориты и скафандры гореть красным, — это явление, известное как адиабатическое сжатие.
Тепло генерировалось молекулами воздуха, сталкивающимися друг с другом при столкновении с объектами, движущимися на сверхвысоких скоростях.
Спасибо за урок! Я приближалась к поверхности.
Я притворилась расслабленной, хотя была почти на пределе своих возможностей.
Если мне не удастся сбросить скорость, я врежусь в землю. Это не шутка. Половина населения Земли погибнет в этом падении Юмиэлы.
Я продолжала падать, замедляясь настолько быстро, насколько это возможно.
Слишком сосредоточенная на замедлении, только когда я увидела крышу здания, я начала думать о зоне приземления.
Ах, я никогда не успею. Где мы сейчас? Мы не на территории Долкнес, верно?
Судя по тому, что я могла видеть с неба, это был процветающий город. Хотя он меньше столицы Королевства Бэлшайн, он был намного больше моего города.
Первый был бы гораздо менее процветающим, если бы это было человеческое поселение. Мне повезло или не повезло?
Я врезалась в неизвестную крышу в неизвестном доме, через неизвестный потолок и, наконец, оказалась в неизвестной комнате. Сидя на полуразрушенной мебели с раскинутыми руками и ногами, я потеряла ориентацию.
Потом я услышала, как кто-то бежит вверх по лестнице. Должно быть, они услышали взрыв и пришли посмотреть, что происходит.
В комнату ворвался серовласый, сильно усталого вида молодой человек.
Он включил предоставленный волшебный инструмент и смотрел на меня.
— Кто ты?
Том 4 Глава 6 Загадочный старший брат
Житель дома, в который я врезалась, оказался серовласым молодым человекок.
— И кто ты?
— …Не заморачивайся. Представь, что у тебя вдруг появилась сестра.
— Есть ли причина? У меня есть младший брат. У меня нет младшей сестры и я ее не хочу.
Стратегия младшей сестры провалилась. Я подумала, что это умная идея — использовать мужскую психику, предположив, что он был бы счастлив, если бы однажды милая младшая сестра вдруг упала к нему на колени.
Этот человек, кажется, был
