class="p1">«Володя, я отправил тебе свое сообщение, раньше чем получил это твое письмо. Если, после его прочтения, твое мнение не изменится, останется сказать: «Была без радости любовь – разлука будет без печали» Выбор за тобой…».
И тут же, как бы в подтверждение своей алогичности непоследовательности, и потрясающей неорганизованности, при полностью сохраненной способности излагать что-то, в случаях защиты своего «Я», весьма настырно-наступательно, вроде, ниже «бескомпромиссного» решения.
«Володя, у нас, очевидно, настолько разный подход к известным событиям и их оценке, что их дальнейшее обсуждение не имеет смысла».
«Петя, наверное надо действительно кончать, дабы не затравить друг друга окончательно».
15.11
И вот, как завершение свежего цикла нашей с ним переписки, – его ответ на выше приведенное мое однострочное резюме.
«From: Peter Sent: Sunday, November 11, 2012 6:02 AM
To: Евелина Рапопорт; Валентин Кричман; Володя Быков; Yulis Margolin; Yegor Makhiboroda; Yefim Lurye; Vitaliy Niskovskih; Veniamin Braslavsky.
Subject: Fwd: Смените памперсы».
Опять без единого собственного слова, без привета и до свидания, но с болезненно-дичайшим упрямством – единственном, что, кажется, без каких-либо заметных изменений, еще осталось от этого прекрасного человека.
24.11
Вчера похоронили Галю Балабанову. После смерти Димы я ей несколько раз позванивал и один раз, по случаю какой-то оказии, даже приглашал к себе в гости. Прошел год, и вот я, словно по наитию, позвонил ей вновь 19.11, и услышал в ответ… голос очень больного человека… а через два дня она скончалась.
Похороны были пышные: с большим количеством венков и цветов, с отпеванием в Храме, но казенно-скучные без слов о покойной, с разговорами молодых о машинах, заморских курортах, прочих прелестях современной жизни, с поминками без вина, и только с моей, старика, одной на них произнесенной речью. Под впечатлением, видимо, выше отмеченного, получилась она также какой-то натянутой, совсем не соответствующей моему доброму отношению к семейству стариков Балабановых: Диме, его брату Олегу и Гале, ушедших из жизни один за другим в течение двух последних лет.
29.11
Сегодня ночью по каналу ТВ «Россия 1» прослушал устрашающую передачу о ртути и еще более мерзких ее химических соединениях. Ими, оказывается перенасыщено все наше пространство: атмосфера, вода и почва, весь животный мир и, более всего, рыба. Ртуть, ее соединения везде и во всем: от сжигания угля в топках, применения в технологических процессах, а теперь еще от массового использования в лампах и других приборах, усугубляемого до преступности негодной последующей их утилизацией.
Впечатление от передачи, даже у меня совсем не мнительного человека, такое, что нас ожидает не предрекаемый разными пророками конец света, а погибель всех от отравления ртутью и прочими отбросами цивилизованной, одержимой непотребно-дичайшим потребительством всей современной жизни.
09.12
Вчера неожиданно напросился в гости Сомов. Чего, спросил, ему захватить, может хлеба, или чего другого? Сказал, что чем накормить его – у меня есть, а вот если выпить хочет чего-то особенного, то пусть захватит. В подтверждение этого стариковского вопроса насчет хлеба, Сомов, не успев переступить порог и не скинув еще с плеч своей шубейки, начал с явным возмущением: «Страна обречена, она непременно скоро развалится. Сталин параноик, всех посадил, всех уничтожил, покончил с империей, которая была при Александре третьем. У нас сейчас засилье всяких узбеков и таджиков». – Все в однобоком ключе, старческого звучания и сплошного негатива. Стал возражать, не слушает. Успел только посоветовать ему посмотреть еще раз на мои записи, где все это изложено значимо достовернее. Он в ответ совсем из другой оперы: «Как это я позволил в них сослаться на его, Сомова, частный рассказ о Пащенко и Лиле. В ответ на мое недоумение: «А что в нем оскорбительного и для него недопустимого?», – понес невразумительно, что Лиля знакомая его Гали, и он теперь вынужден прятать мои записи дабы она ненароком не прочитала в них мою конкретную от 14.02.05 года. Сколько помню, в таком заводе его раньше не видел.
Замечаю, что сдаю сам, но все же пока меньше своих стареющих друзей.
10.12
Сдаю. Главный лейтмотив моего очередного пятилетнего пенсионерского существования. Идет, не раз уже мной упомянутый, процесс, «сдачи позиций». Теперь – все ускоряющийся и только с одними негативными ассоциациями, без каких-либо даже самых малых позитивных эмоций.
Приведение в соответствие моих желаний с физическими возможностями естественно стареющего организма можно считать закончившимся. Из старых добрых привычек осталась только одна – долгое без ограничений пребывание на солнце. Все остальное: купание в холодной воде, пробежки, демонстративные, с перепрыгиванием через две ступени, спуски по лестнице, катание на лыжах, выжимание тяжелых гантелей, всякие прочие подобные упражнения – остались в прошлом. Нынче, правда, несколько раз, не совладав со своими желаниями, проехался по лесному парку на велосипеде, но при этом с невольной мыслью, что если где-нибудь при езде по откосу свалюсь, то едва ли останусь живым.
В остальном полностью перешел на стариковскую манеру существования. Стал ходить медленно, останавливаться перед самым малым препятствием, ощупывать часто первую и последнюю ступени лестничного марша. Поэтому почти перестал падать, хотя два раза все же ухитрился оступиться и слететь со ступенек лестницы, но как-то удачно, удержавшись за поручни, не упасть полностью, В голове возникает устойчивая мысль, основанная на известном плачевном опыте многих пожилых людей, что серьезное падение в таком возрасте равносильно самоубийству.
Начались и чисто старческие хвори. Полгода ноет левое плечо. Малейшее по продолжительности некое неудобное для него положение руки, или незначительная нагрузка на руку – и начинается боль. Похоже, что плечо может без боли существовать только при полном бездействии руки, что, естественно, обеспечить я не в состоянии. Травматолог Ирина Николаевна, при моем ей звонке, сказала, что это последствия старой травмы плечевого сустава и что, вдобавок, будет ограничена подвижность пальцев этой руки. И она действительно тут же у меня проявилась. А сегодня ночью от переохлаждения еще и заболела шея, и настолько сильно, что уснул только в четыре часа. Интересно: боль в шее, «забила» сколько-то таковую в плечевом суставе. Лечусь теплом: бутылкой с горячей водой и шерстяной накидкой.
Но есть и радости. Любовь. Любовь во всех значениях этого слова: к жизни, работе, к людям вообще и конкретно к кому-нибудь.
23.12
Вчера организовал в кафе «Кодра» банкет по случаю 85-летия. Пригласил сначала полста человек. Затем из-за массовых отказов, по разным старческим причинам, вынужден был список многократно уточнять и дополнять. И все равно из окончательно мною затверженных, не явилось на него человек десять. 25 лет назад по такому случаю, помнится,
