class="p1">И снова остановился, вспомнив кое-что еще. Мне всегда нужно было подробно аргументировать именно свою личную надобность.
Мне очень нужно попасть к целителям, чтобы отвлечь внимание от Татьяны и, следовательно, не застрять вместе с ней у целителей, растрачивая впустую непревзойденный талант хранителя…
Этаж целителей я узнал, как только открыл глаза. У нас, хранителей, всегда было пустынно. У внештатников и карателей тоже, в чем я имел несчастье лично убедиться. А вот этаж целителей поразил меня еще в тот мой первый визит к ним, когда мы с Тошей готовились Галю назад отвоевывать — у них по коридорам постоянно сновали туда-сюда сотрудники.
Выяснив у одного из них, где искать их руководителя, я постучал в указанную мне дверь. Я и хозяйку кабинета сразу узнал — с ней мне довелось встретиться на заседании контрольной комиссии, на котором судьба Тоши решалась, когда он Галю чуть не потерял и мне его на поруки всучили.
На этот раз, правда, меня совсем другой прием ожидал.
— Вот, принес, — протянул я ей наши воспоминания, подойдя к ее столу.
— О, наконец-то! — живо отозвалась она, вставая и с нетерпением открывая наше творение. — Я уже наслышана об этом документе. Честно говоря, не ожидала такой предупредительности от хранителя — не очень-то вы нас жалуете, когда приходится вашим людям неотложную помощь оказывать.
— Да что Вы! — широко улыбнулся я. — Это мы себя не жалуем, если нашим людям приходится неотложную помощь оказывать.
— И все же, — с тонкой усмешкой кивнула она, — мы высоко ценим Ваш жест. Если Вам когда-либо понадобится наша помощь, обращайтесь без малейшего стеснения.
— Спасибо, — поблагодарил ее я. — Собственно говоря, хочу поймать Вас на слове.
— Да? — Она чуть склонила голову к плечу.
— Насколько я понимаю, Вы тоже отправляете отчет в аналитический отдел? — произнес я с еле-еле выраженной вопросительной интонацией.
Руководитель целителей снова кивнула, но уже без улыбки.
— У одного из обучающихся в группе новичков, которая только что закончила курс обучения в вашем павильоне, — продолжил я, — стоят максимальные баллы практически по всем дисциплинам. Вы не могли бы немного занизить их?
Стоящая передо мной невысокая женщина-ангел не спеша положила наши воспоминания на стол перед собой и выпрямилась, мгновенно преобразившись. На меня — снова как в прошлый раз — с холодным гневом взирала представитель руководящего звена ангельского сообщества.
— Вы отдаете себе отчет в том, что говорите? — негромко и отчетливо произнесла она.
— Вполне, — уверил я ее. — Здесь, — указал я на лежащий перед ней том, — речь идет как раз об этом обучаемом. Мы стараемся избежать любого повышенного интереса к нему — интереса, который может коснуться и вас.
Она резко отодвинула наши воспоминания в мою сторону и села за стол.
— Боюсь, нам придется отказаться от Вашего любезного предложения, — сухо бросила она, больше не глядя на меня.
— Это не предложение, это — просьба, — снова подвинул я наш труд к ней. — Часть Ваших сотрудников уже ознакомилась с этой историей. Свяжитесь с ними, передайте им эту просьбу, спросите их, оправдана ли она.
Она подняла на меня оценивающий взгляд.
— Только … если можно… — быстро добавил я, — выражайтесь иносказательно. Открытые каналы уже не безопасны.
В ее взгляде появилось профессиональное терпение.
— Мне кажется, Вам весьма не помешала бы наша специфическая помощь, — размеренно и умиротворяюще произнесла она.
— Вы правы, — кивнул я, — нам нужна Ваша помощь. Насколько, Вы поймете, когда прочитаете всю историю. А потом задайте себе вопрос: почему человеку вычистили всю память, а его хранителю — нет.
Она опять опустила глаза, нахмурившись и бессознательно поглаживая наши воспоминания. Затаив дыхание, я ждал.
Через несколько очень долгих минут она снова глянула на меня. Пристально и молча. Все также без единого слова, она достала из папки у себя на столе какой-то бланк и еще один — из ящика.
— Перепишите результаты группы, — совсем тихо сказала наконец она, — внеся нужные Вам изменения. Предупреждаю, — подняла она руку, когда я открыл рот, — если подлог обнаружится, ответственность за похищение нашего отчета и замену его другим будет возложена на Вас.
Я молча кивнул, вытаскивая ручку.
На лестницу с этажа целителей я вышел ногами и привалился без сил к стене. Хоть бы они повыше располагались, а то до аналитиков не доползу. Тьфу ты, а зачем мне куда-то ползти? Я снова зажмурился, сосредотачиваясь на своей чрезвычайной надобности попасть в аналитический отдел, чтобы… Зачем? Да нет же, не прямо в отдел, а к их двери — чтобы мой закон надобности остался в тайне и моя задача хранителя Татьяны и агента Стаса в одном лице оказалась выполненной.
Вот хорошо, что я о нем вспомнил. Лучше прямо сейчас отрапортовать, что прошел целителей, а то потом еще рявкнет в голове в самый неподходящий момент.
Стас не преминул еще раз напомнить мне о необходимости тщательно запоминать все, что мне на глаза попадется.
Первыми в зале аналитиков на глаза мне попались ближайшие к двери прозрачные панели. Какая-то у них необычно бурная активность в тот день оказалась — все видимые мне изображения метались на панелях, словно с цепи сорвались.
Глаза у меня тоже заметались от одной панели к другой, и через пару минут я понял, что в этом наслоении образов Стас точно никогда не разберется. И нетрудно догадаться, кого он в этом обвинит.
— Тут какой-то ажиотаж, — быстро подумал я, вызвав его, — так что принимай репортаж прямо с места событий.
Сгорбившись и изображая изнуренного тяжким трудом кураторства ангела, я медленно побрел к месту своего отчета. Зафиксировав взгляд на одной из панелей, потом, пройдя ее, на другой, потом на следующей… Только справа от себя. У меня и так уже в глазах рябило — вспомнился Макс, не к ночи будь помянут, с его свинством во время обучения меня мысленному блоку. Поведи я глазами по сторонам, мне больше никогда не придется ставить этот блок — мне бригада целителей понадобится, чтобы его снять.
Впервые за все это время бокс моего аналитика показался мне желанной тихой гаванью.
Как выяснилось, однако, ее бушующая аналитическая стихия тоже стороной не обошла. Мой аналитик сидел у себя за столом, уставясь в такую же панель. Интересно, она там только сейчас появилась или я ее раньше не заметил, потому что она действительно прозрачной была?
Сейчас по ней тоже плыли какие-то кривые — то разветвляясь, то переплетаясь, то резко меняя направление — и, слава Всевышнему, не так быстро, как на других панелях.
— Добрый день, — обратился я вслух к аналитику, — следующий отчет принес.
