А потом с ее губ сорвались слова тайного заклинания. Слова, которые были переданы ей много лет назад и которые она уже и не надеялась когда-нибудь произнести. Рана стала горячей, затем начала затягиваться, а потом к ней как будто приложили кусок льда. Вейра опустила руки, устало опустилась на стул и улыбнулась, глядя на Эшера.
— Готово. Дело сделано, и сделано неплохо. Молодец.
Только теперь Эшер дал волю эмоциям.
— Сумасшедшая старуха! Совсем спятила! — заорал он, потрясая кулаками. — Ты что делаешь? Режешь меня, словно я праздничный пирог! Что это все значит? Что ты со мной сделала?
Совершенно опустошенная, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой, Вейра посмотрела на него. Рана на груди исчезла. От нее не осталось даже шрама. Только лишь там, куда она поместила кристалл, была заметна небольшая выпуклость. Да и то, если долго присматриваться.
— Отныне ты соединен с Кругом, мой мальчик. Все Хранители стали частью тебя, и ты составляешь с ними неразрывное целое. Когда придет время, их сила наполнит тебя, укрепит и подарит могущество. Ты ощутишь ее в своей крови и в своем сердце.
— Что? О чем ты говоришь?
— Успокойся, — посоветовала Вейра. — Дай отдых разуму и загляни в свое сердце. Ты чувствуешь их? Слышишь наших добрых друзей, составляющих Круг? Слышишь биение их сердец? Они ждут твоего призыва! Прислушайся к себе!
Эшер в изумлении посмотрел на нее, затем закрыл глаза, но уже через секунду вздрогнул, словно его укололи иголкой.
— А чтоб тебя!
Она тихонько засмеялась.
— То, что я тебе рассказывала прошлой ночью о нашей магии, это только начало. Тебе еще многое предстоит узнать, и многому ты сам сможешь научить меня. Более того, ты обладаешь такими знаниями, которые я, возможно, даже и не смогу понять. Но так хотело Пророчество, и кто я такая, чтобы предаваться сомнениям? Посмотри, пожалуйста, в верхний ящик комода. Там должен лежать синий войлочный мешочек.
Потрясенный, растерянный, он подошел к комоду, нашел требуемый мешок и передал его Вейре. Старуха собрала оставшиеся осколки кристалла и положила их в него.
— И что дальше? — спросил Эшер, потирая грудь, хотя чувство боли давно исчезло.
— А теперь пойди и приведи себя в порядок. Да не говори никому о том, что здесь произошло. Я сама им скажу, когда придет время.
— Я ни с кем и не разговариваю, кроме Мэтта, — сердито буркнул Эшер.
— Тогда не говори ему, — терпеливо повторила Вейра. — Иди и посмотри, не требуется ли ему помощь. Подготовьте лошадей и повозку, натяните тент. В общем, найди себе какое-нибудь полезное дело. К тому времени, как будут готовы боевые заклинания, все остальное должно быть сделано.
Она посмотрела в окно, за которым шел дождь.
— Времени у нас осталось очень мало.
Эшер кивнул и направился к двери, но на пороге остановился и повернулся к хозяйке.
— Вейра, я смогу?
Она постаралась вложить в свою улыбку всю свою веру и надежду.
— Да, мой мальчик. Сможешь. Ты справишься.
Он криво ухмыльнулся.
— Сумасшедшая старуха!
И вышел из комнаты.
Она поднялась, кряхтя, стараясь не обращать внимания на терзающую сердце боль, прибралась в комнате и поковыляла в кухню.
Глава тридцать четвёртая
Пролившийся на город нежданный ливень переполошил его обитателей, и они закопошились, словно муравьи в потревоженном муравейнике. Морг вышел на балкон дворца и с удовольствием прислушался к испуганным голосам суетившихся на улицах жалких букашек. В воздухе стоял отчетливый запах тревоги и страха.
В отдалении Стена, построенная Барлой, содрогнулась от нового удара.
Задыхаясь от быстрого бега, в комнату ворвался толстяк Уиллер.
— Ваше величество! Ваше величество! Служитель Холз настаивает на срочной аудиенции! Может, мне прогнать и его?
Морг улыбнулся. Жалкий старикашка. Долго ж его пришлось ждать.
— Нет. Проводи его в зал для приемов.
Он еще немного постоял, наслаждаясь творением своих рук, прислушиваясь к испуганным крикам горожан, и направился вниз, туда, где ожидал жрец. Холз торопливо поднялся при его появлении. От былого достоинства не осталось и следа; служитель выглядел растерянным, держался неуверенно, суетился и даже позабыл украсить цветами головную повязку, символ верности Барле. Мало того, на его жреческой мантии красовалось жирное пятно.
— Конройд! — воскликнул он, и голос его при этом дрогнул. — Признаюсь, я уже потерял надежду тебя найти. У меня еще сохранилась слабая надежда, что весь этот ужасный ливень просто результат твоей неопытности и отсутствия Главного мага, которого ты до сих пор так и не назначил. Но раз уж ты здесь, во дворце, а не в Погодной Палате…
Он растерянно развел руками.
— Конройд, нужно срочно взглянуть на Стену. У тебя есть этому какое-нибудь объяснение?
Являть свою истинную сущность было еще рано, поэтому Морг придал лицу выражение сожаления и серьезной озабоченности. Маска эта не то чтобы очень мешала, но начинала надоедать.
— Эфрим, дорогой Эфрим. — Он грустно покачал головой. — Ты и в самом деле читаешь мои мысли. Я как раз собирался послать за тобой, когда это все случилось. Мне нужна твоя помощь.
— Все, что пожелаешь! — горячо заверил жрец. — Только скажи, что я должен сделать! Скажи, что случилось не так?
Морг прошелся по комнате, всем своим видом показывая, что испытывает серьезную тревогу и смятение, и в душе потешаясь над жрецом.
— Я не говорил этого ни одному человеку, Эфрим, и должен просить тебя сохранить в тайне то, что скажу сейчас. Если новость просочится за эти стены, боюсь, я уже не смогу обеспечить безопасность жителей королевства. Знай же — Стена Барлы повреждена.
Жрец застонал от отчаяния и бессильно опустился в ближайшее кресло.
— Не настолько, конечно, чтобы я не смог ее восстановить, однако на это потребуется какое-то время. К счастью, благодаря Погодной Магии, дарованной нам Благословенной Барлой, мне известно, какое средство следует применить. В настоящий момент я делаю все, что могу. Мне уже удалось добиться кое-каких успехов, но прежде, чем я заделаю все разрывы и устраню весь вред, причиненный Стене, дожди и прочие… неудобства… продолжатся.
— Эшер, — злобно прохрипел жрец. — Я знаю, это все дело рук изменника-олка.
Морг склонил голову, всем своим видом показывая, что глубоко сожалеет о случившемся.
— Боюсь, ты прав.
— Ты разговаривал с этим идиотом, принцем Гаром?
— Нет, — немного помолчав, ответил Морг. — Да и зачем? Гар Торвиг отныне частное лицо. Говорить с ним незачем и не о чем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
