к конверту. Тот на мгновенье загорелся красным, но свечение тут же исчезло. После этой процедуры мэр осторожно вскрыл письмо. Похоже, Грейс не соврал насчет защиты.
– Приятно было познакомиться, – бросил мне мэр и махнул рукой секретарше. – Анда, отведи нашего гостя к себе, – ему явно не терпелось изучить содержимое конверта, и сделать это он хотел без чужих глаз.
– Слушаюсь, Господин Элиот, – ответила девушка, жестом приглашая следовать за ней.
Находящееся через стену помещение, куда она привела меня, было раза в четыре меньше кабинета градоначальника. Все доступные поверхности были завалены бумагами, в которые зарылась кудрявая девица в смешных круглых очках – «Младший секретарь». Между прочим, семьдесят четвертого уровня.
– Оставь нас, – велела Анда, и ее помощница торопливо ретировалась. – Присаживайтесь, – девушка указала мне на потрепанный стул, а сама разместилась во главе стола и принялась листать какую-то здоровенную книгу в кожаном переплете. Всем своим видом помощник мэра показывала, что я вполне могу заниматься своими делами. Она и не подумает мне мешать.
Расположившись поудобнее и стараясь не обращать внимание на секретаршу мэра, я достал из инвентаря камень и уставился в него пристальным взглядом. Запросил у системы информацию:
Осколок Единства.
Мировое.
Одна из частей Единства, наделенная долей его силы.
Вот и все скудное описание этого странного артефакта. Порождает больше вопросов, чем дает ответов. Что за «Единство» такое, сколько у него частей, что за класс у предмета – «мировое»? В нормальных играх используются куда более понятные слова: «Легендарное» или хотя бы «Божественное»…
Стоп! Нельзя терять время на размышления о всякой ерунде. У меня осталось меньше тридцати минут.
Единство «объединяет», верно? Именно это мне и требуется – объединить доступные мне силы, а вместе с ними и свой разум, который начал трещать по швам, стоило только набить «Полный Свет». И сейчас он нормально функционирует только благодаря вмешательству Старика. Он будто поставил мне в мозгах заслонку, отодвинув в дальний угол чужеродную стихию. Тем самым решил мою проблему с «бесите сами себя», но не более того. Искать способ подчинить новую силу приходится мне самому.
А ведь хорошо, что мэр использовал янтарную жемчужину. Благодаря этому, я увидел, как именно работают с подобными артефактами. Клятвохранитель активировался обычным прикосновением с обеих сторон. Почему бы и «Осколок» не включить аналогичным способом?
Делая вид, что смотрит в книгу, Анда исподлобья косилась на меня. Не очень приятно чувствовать себя рыбкой в аквариуме, но что поделать? Затаив дыхание, я прижал Осколок Единства к своей груди.
«Желаю поглотить присутствующий во мне Свет» – мысленно проговорил я, тут же почувствовав жар, исходящий от артефакта. Хотелось вскрикнуть и разжать пальцы, но я смог пересилить себя.
Активирован Осколок Единства.
Внимание! Полное объединение невозможно из-за неравного соотношения Света и Тьмы.
Генерация результата…
Результат получен.
Доступные направления Стихий:
Тьма – основная.
Сумрак – вспомогательная.
Свет – запасная. По требованию.
Камень у меня в руках померк, сменив цвет с радужного на грязно-белый.
Анда тихо хмыкнула. Она выглядела задумчивой и не отводила глаз от артефакта. Я тоже решил еще раз взглянуть на «Осколок». К трем скудным строчкам его описания добавилась четвертая:
Осколок Единства перегружен. Необходимое время восстановления: 48 часов.
Спросил у системы, сколько у меня осталось времени. Еще 15 минут, так что можно поддаться любопытству и заглянуть в меню навыков.
Хм… тут все без изменений. Хорошо…
«Покажи мне мои направления Стихий» – мысленно отчеканил я.
Открывшееся меню, тремя равными колонками напоминало меню навыков. Под каждым заголовком: «Тьма», «Сумрак» и «Свет» значились те же примечания, что и в прошлом системном сообщении. А еще ниже была надпись (одинаковая в каждой колонке):
Для развития необходим алтарь.
Дальше вновь шли различия.
В первой колонке:
Очки Веры –18.
Во второй:
Очки Веры –18. Жизни, сохраненные чистым существом 121.
В третьей:
Жизни, сохраненные чистым существом 121.
Ох ты ж… «чистое существо» – это я, что ли? Выходит, мое решение не добивать никого лично, пока окончательно не разберусь с силой Света, было верным? И теперь, если я прерву свою серию… Черт подери, от нее одни неудобства, а плюшек до сих пор нет.
Старик говорил, что я все делаю правильно. Значит, условно, «чистые руки» дают мне больше, чем то, что можно получить, добив врага. Кстати, я все еще не в курсе, чем эта игра награждает за добивающий удар, кроме понимания смертного ты прикончил или отправил Отблеска на перерождение. Тут я, конечно, на все сто процентов не уверен, но в первый мой день в мрачном мире, когда меня просто победил железномордый, в логах было только его имя. Но когда через несколько секунд он добил меня, уже появилось слово «Отблеск». Скорей всего, так же система работает и в обратную сторону. Но спросить, что еще хорошего стоит ждать от добивания, не у кого. Уж очень не хочется задавать людям в лоб столь необычный вопрос. Ведь первое, что я услышу, будет что-то вроде: «Ты не знаешь? Да ну?». А дальше начнут докапываться, как же так вышло, что, дожив до двадцать седьмого уровня, я так никого и не прикончил.
Ладно, довольно время тянуть, не хватало еще из-за долгих размышлений стать клятвопреступником.
– Я готов задать вам своим вопросы, – нарушил тишину я.
– Слушаю, – тут же спокойно ответила Анда. Отчего-то ее голос мне показался смутно знакомым. Но, скорей всего, это просто моя паранойя. Можно конечно, попросить секретаршу рассказать о себе, но не хочется так бездарно тратить ограниченное количество вопросов.
– Первый вопрос, – строгим тоном проговорил я. – Зачем железномордые уничтожили Листьеру?
– Они выполняли приказ своего нанимателя барона Леронта Карла Цунтера, – мгновенно ответила девушка.
Я не удержался и расплылся в торжествующей улыбке. Задавая вопрос именно таким образом, я сильно рисковал. Ведь секретарь не обязана давать полный ответ. Она вполне могла бы ограничиться первыми тремя словами, и обязательства были бы выполнены. Но Анда поступила иначе. Отсюда следует, что полученная сейчас мной информация точно не вредит Экхайму. Возможно, даже наоборот – обозначение собственного врага вполне может быть первым шагом к обретению нового союзника.
Однако, несмотря на то, что она даже назвала имя, девушка умолчала о причинах. И это может говорить о многом. Может подтверждать мою теорию, а может просто быть совпадением.
Но, думаю, если спрошу, зачем Карл Цунтер велел уничтожить Листьеру, ответа не
