подбородку, не попадая куда надо.
– Наклоните немного.
Солдаты наклонили офицера и вода потекла внутрь. Майор закашлялся, но вместе с этим пришло некоторое осознание. Он заглотнул таблетки и запил их водой.
– Грузите его на ваш танк и везите в санчасть немедленно. – Приказала Настя экипажу БТРа.
Бойцы схватили начальника за руки и за ноги и затолкали в бортовой люк. Майор был без сознания и никак не реагировал на бесцеремонные попытки затолкать его внутрь.
Вадим дождался когда БТР уедет, взял за руку дочь и отвел ее в сторону.
– Слушай, Насть, а я видел чьих рук это дело.
– В смысле? – Удивилась Настя.
– Этих жуков подкинул «енот». Он закинул их внутрь того БМП. – Вадим показал на машину стоявшую у самого края просеки.
– Ты уверен, пап?
– Ты знаешь, они очень резкие, но я уверен, что это был он. Лейтенант тоже видел его, но он сейчас не в лучшей форме.
– А с другой стороны, почему они не должны этого делать? Это их земля, и мы вторгаемся на их территорию. Они и так долго терпели. Они так же, как и мы заложники чьей-то игры. Мы поддались на провокацию первыми, у местных тоже терпение не бесконечное.
– Так как же сохранить мир при таких обстоятельствах? – Вадим совершенно не верил, что можно что-то изменить.
– Я долго думала над этим. Есть у меня один вариант, но я о нем тебе не расскажу пока, а может и никогда.
– Насть, давай без глупостей. Мы с матерью не переживем если с тобой что-то случится.
– Хорошо, пап. Какие тут глупости, мы их и так уже много наделали. Ладно, мне нужно ехать. К тому танку не подходи. Пусть ему сначала дезинсекцию проведут. Вообще, уйдите пока с этого участка что ли? Я вам оставлю немного антидотов самых распространенных. Если укусит такая тварь, первым делом отсоси кровь из ранки, а потом все таблетки разом и побольше воды пей. Ну все, мне пора бежать. Береги себя. – Настя отправилась к своему УАЗику.
– Ты тоже! – Крикнул ей вслед отец.
Вадим вдруг понял, что его дочь уже настолько самостоятельна, что он сам ощущает себя рядом с ней ребенком. Она так целенаправленно гнет свою линию, это видно даже тогда, когда Настя об этом не говорит. Откуда все это в его ребенке он не представлял. Кремень.
Спокойно работать никто не дал. Из штаба понаехало начальство. Вадима с Михалычем и молодого лейтенанта закидали вопросами. Вадим говорил как есть, он не старался выгородить «енотов». Это несомненно вносило определенный вклад в разжигание войны. Но выгораживать их значило предавать своих.
В течении рабочего дня стало известно, что подобные происшествия имели место и на других участках. Почти везде были свидетели того, что это сделали «еноты». Терпению туземцев пришел конец. Земляне перешли ту черту, которую переходить не стоило. У туземцев не было такого совершенного оружия, как у людей, зато на их стороне было знание своего мира, и уверенность в том, что они ведут справедливую войну.
Работы продолжались. Меры безопасности были усилены. Военные периодически постреливали в сторону леса, надеясь отогнать спрятавшегося в тумане врага.
Больше двух недель шло строительство кольца вокруг городка. Еще две недели устанавливались бревенчатые блок-посты. За это время количество провокаций со стороны местных превысило пятьдесят раз. У рабочих и солдат даже развился синдром постоянной опасности. Все время казалось, что в тумане мелькают тени. Молодые бойцы частенько растрачивали отведенный им лимит патронов, гораздо раньше окончания своей смены.
Люди тоже не оставались в долгу. Танки и гаубицы разрушили все пирамиды туземцев в пределах видимости. После завершения строительства кольца перед всеми встал вопрос «А что дальше?» Стоит ли углубляться в лес еще, или остановиться на занятых территориях. В принципе, эта полоса обеспечивала людей свежими фруктами и ягодами в достатке. В течении многих лет можно было спокойно пользоваться её дарами. К тому же агроному удалось приживить саженцы в земной почве. Формальных поводов к войне вроде уже и не было. Но теперь «еноты» не могли успокоиться.
Настя в составе взвода под командованием лейтенанта Кравцова находилась на боевом дежурстве когда по рации сообщили, что в секторе «М» произошло проникновение через колючку. Взвод запрыгнул внутрь двух БМП и отправился на выяснение обстоятельств. Была длинная наэлектризованная ночь. Идеальное время для нападения. Видимости никакой, от раций толку тоже никакого.
Почти посередине, между двух блок-постов зияла рваная дыра в заборе из колючей проволоки. Ближайшие столбики были вывернуты из земли и протянуты по земле вслед за тем, кто прорвал заграждение. Фонарь выдернул из темноты следы этого существа. Наверняка его лапы имели шипы, которые позволяли ему крепче упираться в землю. Прелая листва была вывернута точно посередине дыры.
– Они на нашей стороне. – Заключил Кравцов.
– Может это дикий зверь. Случайно блуждал, да напоролся на ограждение. – Предположил водитель, так же наблюдавший следы.
– Наверно. Но представляешь какой он, если столбы за собой вытянул. Как минимум размером со слона. Надо предупредить своих, чтобы не теряли бдительность.
Кравцов приказал водителю подъехать вплотную ко второй машине. Когда они поравнялись, командир откинул люк и постучал ключом по башне другой БМП. Люк откинулся и оттуда показалась голова сержанта Доброва.
– Сержант, гоните на ту сторону по просеке и скажите, что колючку порвало огромное животное. Пусть не теряют бдительности. Кто знает куда ему захочется направиться? Понял?
– Так точно! – Сержант уже хотел скрыться в люке, но его глаза уставились на что-то позади Кравцова. – Там… – Еле вымолвил он.
Кравцов резко обернулся. Вначале он ничего не увидел. В свете фонаря все выглядело серым. Редкие невыкорчеванные еще пни отбрасывали тени. Но вдруг участок почвы пришел в движение. Кравцов направил фонарь на это место. Взору предстало огромное животное, имеющее мимикрическую окраску. Оно имело много ног, острых и блестящих. От полированных ног отражался свет фонаря. Животное собиралось. Передняя часть его оставалась неподвижной, а задок своими ножками заталкивал тело само в себя. Процесс напоминал сжатие гофрированной трубы. Морду животного закрывала тень. Когда процесс сжатия прекратился, животное приподнялось на своих многочисленных, не меньше десяти, ногах и развернулось в сторону БМП. Кравцов почуяв опасность скрылся в башне, захлопнув за собой люк. Почти за следом раздался сильный удар в борт машины. БМП тряхнуло, как от разрыва близкого фугаса.
Лейтенант припал к прицелам пушки
