Уверен, что это люди, ведь зомби еще не научились ездить на машинах и на катерах. Но не дофига ли их? Расстояние и дождь мешали разглядеть хоть какие‑то подробности, но я точно мог сказать, что там в основном мужики с оружием. И если это штурм лагеря, то нашим не выстоять, по количеству техники и мелких силуэтов, там толпа за сотню человек.
Я побежал к лестнице, кляня себя за бесцельно прожитый вечер. Потупить перед телеком дебилу захотелось. Если с сестрой опять что‑то случится, не прощу себе.
Установив очередной мировой рекорд в беге под дождем по охваченному зомби городу, выскочил на пересечение с Ферри‑Роуд и побежал наперерез через дворы и замусоренные участки. Полтора километра лачуг, гаражей, скользкой глины и вышедшая из берегов речка‑вонючка, которую и ручьем‑то раньше назвать нельзя. Я бежал, дергаясь от каждого выстрела, который слышался с той стороны. Пока одиночные, но темп нарастал.
Затормозил только уже за ближайшей к площади линией домов. По пожарной лестнице вскарабкался на крышу, подполз к парапету и выглянул.
Вспомнил, что надо дышать, и сполз по стенке, подставив лицо прохладному дождю. На улице стояло несколько грузовиков, в которых сидели вооруженные люди. Но целились они не в ЖД, а отстреливали подходящих из переулков зомби. Я заметил, как камаджоров, так и обычных вояк. Даже узнал парочку из лагеря Соломона.
Вот только яснее не стало, какого они приперлись к нам в лагерь. Послышались звуки работы спецтехники и скрип открываемых ворот. Я поднялся в полный рост и стал наблюдать.
Вышла еще одна вооруженная толпа, во главе которой шел Соломон вместе с Леонидычем, Дедушкой Лу и совсем каким‑то дряхлым старцем в традиционной одежде камаджоров. Подъехало три пустых грузовика. Леонидыч скомандовал загрузку, и народ полез в кузов. За толпой, пофыркивая на низких оборотах, выкатилась «пиранья». На бортах сидели люди, не обращая внимания на дождь. Я увидел Леху, а потом и сестру, одетую в камуфляжную куртку и черный берет.
– Космос, спускайся уже, мы тебя видим, лысая ты башка! – крикнул миротворец, а потом что‑то шепнул Катьке, вертящей головой, и показал рукой в мою сторону.
Не только сестра, а все, как по команде, обернулись на мою крышу. Дедушка Лу аж подпрыгнул от радости и стал что‑то объяснять старцу, активно жестикулируя руками. Соломон лишь улыбнулся, повторив свой коронный жест, поднеся два пальца к глазам.
– И куда это ты собралась? – первое, что я спросил у сестры, когда мы встретились посреди дороги.
– Космос, не отсвечивайте, не на бульваре, – вместо нее крикнул Леха. – Давайте на броню, пока ходячие не подтянулись.
Но на броню меня не пустили. Лу перехватил и потащил в черный микроавтобус, куда уже загрузился старец вместе с Соломоном. А за мной потянулись сестра с Лехой. Набились под завязку, но никто не жаловался. Дедушка Лу с дряхлым старейшиной со стороны камаджоров, Соломон с бандитского вида телохранителем со стороны нефтебазы, Леонидыч с Лехой, как представители ЖД‑музея, какой‑то незнакомый мне местный мужик в форме, похожей на полицейскую, только с нашивкой в виде якоря на рукаве, и мы с сестрой.
Дедушка Лу взял на себя роль координатора и всех представил. Новый персонаж оказался главой местной береговой охраны, который представлял еще один лагерь выживших из района Тагрин с другой стороны залива. Звали его – Тафари, а вот абракадабру, которую Лу произнес, представляя мне старейшину, я не уловил.
– Я рассказал всем, что мы увидели в шахте, – Дедушка Лу осенил себя каким‑то знаком и также поступили все местные, даже Соломон. – Только объединившись, мы сможем победить Шекхед. Но сначала нам нужен алмаз…
– Космос, это правда? – шепнул мне на ухо Леха, – Я не особо верю, но у нас в лагере тоже сектанты нашлись. Переубеждать бесполезно, уж лучше возглавить.
– Леха… – я обернулся и, глядя на него и на сестру, хотел как‑то подобрать слова, чтобы Катя и прониклась и вроде как она младшенькая, надо за языком следить, но так ничего и не придумал. – Там пиздец. Если даже не брать в расчет источник заразы, то остальных тварей в той пещере хватит, чтобы весь город опылить в считаные минуты. Никакой забор не спасет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Леха притих, а вот в глазах сестры загорелся тот дурацкий огонек азарта, с которым она всегда бросалась в поисках сенсаций отхватывать приключений на пятую точку.
– Куда мы едем? – потом с сестрой разберусь, а пока нужно все прояснить.
– На остров Банс, искать Дугласа, – ответил Лу.
– Данные сходятся, – продолжил Леонидыч, – наши разведчики видели, что к «глобалам» пришло подкрепление, и они перевезли все уцелевшее оборудование из исследовательского центра, куда‑то в порт и дальше по морю. А люди Тафари несколько раз уже с ними пересекались в заливе. Если и есть где‑то в городе база у «глобалов», то она там.
– И какой план?
– Просто приплывем и попросим отдать алмаз, – пожал плечами Лу, – С нами правда и вера…
– И две сотни стволов, – хохотнул Леха, – Так что они поймут, что нам нужнее.
Проехали мы совсем ничего, я даже с сестрой толком поругаться не успел. Неудобно было перед незнакомыми людьми устраивать семейные разборки, тем более тогда, когда эти люди жизнью идут рисковать на поводу у своих колдунов. Какой‑то африканский Крестовый поход получается. Взяли и подорвались по указу местного папы‑колдуна на борьбу со злом. Или дело не в вере, а в отчаянии – лучше делать хоть что‑то и иметь цель, чем прятаться, боясь в любой момент обратиться и своих же родных покусать. Лу, правда, по дороге к воде шепнул, что в случае бойни, Соломон себе заберет остров, а мчсникам пообещали неплохие бонусы.
По большому счету мне было все равно, зачем они едут, но вооруженная толпа действительно весомый аргумент в переговорах. А там, глядишь, и с бывшими коллегами удастся перетереть.
Нас ждал пустой здоровый паром, которые в доэпидемное время возил людей к аэропорту, но также мог и пойти глубже в залив. Пройти мимо островов Йеливор и Тассо и уже оказаться в непосредственной близости от нужного нам – острова Банс. На паром уже въехала «пиранья» и несколько техничек. Вокруг на воде ждало несколько катеров и баркасов, битком набитых парнями Соломона.
Со стороны мы, наверное, были похожи на банду Сомалийских пиратов – ассорти из лодок с кучей потных мужиков, в разномастной одежде и обвешанные пулеметными лентами. Грозные и страшные вояки‑голодранцы ‑ это, если туристов каких‑нибудь встретим, а вот напугает ли это ЧВК «Глобал корп» с их отрядами «призраков» – в этом я сильно сомневался. Но нам не воевать, нам переговоры нужны.
Дождь поутих, даже просвет в облаках появился и робкие солнечные лучи начали согревать. Я перебрался на «пиранью», и стал читать занудную (сам себе удивлялся) лекцию сестре, чтобы она никуда не лезла. Заткнулся, только когда Вадик всучил мне крышечку от термоса, заполненного ароматным кофе.
Чем дальше мы двигались по заливу, тем больше к нам подтягивалось лодок с местными под управлением камаджоров. Со стороны аэропорта нам навстречу выдвинулось четыре патрульных катера береговой охраны и, возглавив колонну, пошли с нами.
– Ээф, фейфаф бы на офтроф. Дефофек, мофито или фекф на пляфе и дофку для ферфинга, – сказал Вадик, глядя на остров, к которому мы подплывали, – Это Таффо, золотые пефки и фамые крутые мефтные волны.
– Ага, ждут тебя там с распростертыми челюстями, – к нам подошел Леха, принес мне пачку патронов для «шмайсера», – Красиво стоят.
– Кто?
– Вон та группа в полосатых купальниках, – Леха хмыкнул и показал на полосу пляжа, открывшуюся за деревьями.
Пляж был битком заполнен зомби в ярких цветастых одеждах. Туристы, рыбаки, беженцы, кто решил укрыться на острове и пропустил кого‑то мимо карантина. Плотность тел на квадратный метр песка, как на наших черноморских курортах в первую ковидную изоляцию.
